Горизонты магии
Шрифт:
Мы, в конце концов выбрались, несмотря на мои тревоги. Все прошло довольно тихо. Перекрыть выходы из города не смогли даже храмовники. К тому же они нашли - таки козла отпущения. Последним Клавуса посетил генерал Дарт, и что-то они, во время встречи, не поделили. Ушел тот весьма недовольный, а следом и покушение. В общем, сделали соответствующие выводы и генерала попросили покинуть столицу. Хотя об этом я, конечно же, узнал гораздо позже.
Глава 28
Закупив провизии в первой же деревушке, мы весь день шли вдоль побережья, пока не прибились
– Вы ребята, смотрю, неплохо устроились, идете в моем караване, а разрешения не спросили.
– И покачал головой, в знак недовольства.
– Почто такое неуважение?
– Да мы и не знали, собственно говоря, кто здесь старший, - после дневного перехода чувствовалась усталость, и я ответил с ленцой.
Понятно, куда он клонит. Двое парней, крепких с виду, неплохо вписывались в его караван. Караванщик не всегда следовал по тракту, то и дело съезжая на проселочные дороги. Телеги застревали, и мы лишними не будем.
– Что же, вот мы и встретились. Если и дальше хотите идти с нами, то будьте добры отработать, господа хорошие, - и усмехнулся, чувствуя свое превосходство.
– И что от нас потребуется?
Караванщику хватило пары минут, чтобы понять, с кем из нас разговаривать. На Глема теперь он даже не смотрел.
– Сущие пустяки. Сами видите, какие нынче дороги: лужи и грязь, телеги то и дело норовят увязнуть...
– Понятно, - посмотрев на целителя, я продолжил, - значит, мы идем с вами, и если будет нужна помощь, то чем горазды...
Он развернулся и неспешно потопал обратно, а маг поспешил за ним, о чем-то недоуменно ему рассказывая. Я только усмехнулся, и подмигнул караванщику, после того как он бросил в мою сторону испуганный взгляд. О чем ему толковал целитель, было, конечно же, понятно. Рассказал про печати мастерства, да и высказал свое недоумение. Отчего я согласился, а не послал их обоих подальше.
Это случилось утором, на следующий день. Инцидент, так сказать. Впереди каравана застряла телега и преградила дорогу для остальных. Любопытствуя, я решил сходить и посмотреть, как ее будут вытаскивать. Пока впереди распрягали волов, позади каравана раздались крики и ругань. Присмотревшись, я увидел Глема, отбежавшего от телеги. Он с кем-то переругивался. Пришлось снова месить грязь, но уже в обратном направлении. В общем, назад добрался уже в мрачном настроении.
– Надежно закрепил?
– Кривой, повернулся в сторону Глема, - двигай, давай вперед, щенок!
– Сам и двигай, урод.
– Ты кого уродом назвал, щенок!
– направляясь в обход повозки и расправляя бич, Кривой прокричал несколько матерных слов, - Хрр, ааа...
Его неожиданно развернуло в другую сторону, это ручища возницы сдавила ему горло.
– Ты че Кривой, тебе жить надоело. Иди, давай отсюда, зачем парня достаешь?
Растирая рукой шею, он зло на него покосился. "За этот
противный взгляд тебе и дали такое прозвище", - подумал возница, нахмурив брови.– Тебе то чего, проучу щенка, ни че, с ним не станется...
– Тупой ты, Парим, глянь туда, - он кивнул ему за спину.
– А че там?
– И хрюкнул, хрюкнул потому, как в лоб ему ударило чем-то тяжелым, словно молотом вышибая из него дух. Он успел только услышать крик возницы, как в глазах у него все потухло.
– Тейв, не убивайте!
– Возница уже начал привставать, медленно поднимая свою тушу, как вдруг его прижало к телеге. На плечи упал неподъемный груз, вынуждая сжиматься и при малейшей попытке разогнуться, причиняя сильную боль.
– Мне неприятно, когда обо мне ведут разговор, словно меня рядом нет.
– Тот, что подбежал, посмотрел на дело своих рук и довольно улыбнулся.
Нехилый сам по себе удар, еще и с толикой, направленной силы, вышиб из Кривого сознание. Глем, как стоял, так и продолжал стоять, бестолково хлопая глазами.
– Что здесь случилось?
– задал я резонный вопрос. Как говорится, сначала бей, затем выясняй.
Глем с опаской смотрел на телегу, видимо ожидая, что извозчик бросится защищать своего знакомого.
– Толстяка не бойся, он будет сидеть и сопли жевать. Давай говори, что этот урод хотел...
– Хотел, вола из меня сделать: подай то, сходи туда, тащи больше...
– Глем расслабился, пробурчал какое-то ругательство и забрался на телегу.
Оно и понятно, не отличался парень внушительным видом, но желчи в нем хватало с избытком. Я усмехнулся и не смог удержаться от комментария.
– Не боись, сразу в морду бей! Если что...
Привалы караванщик делал, редко. Люди в дороге перекусывали остатками вечерней трапезы и с нетерпением ждали окончания дня. Стоянку организовывали уже почти в темноте. Бывали, конечно, исключения. Не все повозки переносили бездорожье исправно, иногда требовалось время на ремонт. На каждую ночевку телеги старались поставить так, чтобы в случае нужды, они могли прикрыть людей, как от непогоды, так и от недоброжелателей. Что касается магического прикрытия, то его и вовсе не было.
Неприятные чувства возникали при виде этого безобразия. Я настолько привык к армейским правилам, что подобное поведение казалось опасно глупым. Ради собственного спокойствия, пришлось создать нескольких астральных ищеек. Они на привалах шерстили в округе, выискивая потенциальную опасность. За пять дней пути все понемногу привыкли к нашей парочке. Глема задевать перестали уже после первого и последнего инцидента. И теперь в караване совершенно спокойно воспринимали двух бездельников.
С некоторых пор Глем считал себя не иначе как моим учеником. Я старался не разочаровывать парня, и подкидывал для него занятия. Для начала пусть освоит работу с накопителем. Во время движения каравана это себя оправдывало, но на привалах, когда он уже уставал работать с накопителем, начиналась игра в вопросы и ответы. Меня это уже начало доставать, но хоть как-то убивать время тоже было необходимо - в дороге до безобразия было скучно.
Мы и сегодня расположились на ночлег обычно заведенным способом - телеги вкруг, мои ищейки вокруг.