Чтение онлайн

Лаская ее грудь, Лайам вдавил в нее чресла, и Кайра тихо застонала. Он вызвал в ней лихорадку, с которой было трудно бороться. «Почему нет? – шептал неугомонный внутренний голос. – Кто узнает?» Ее муж раз за разом терпел в этом неудачу, так разве она не заслуживает немного радости, краткий миг ослепления, перед тем как отправиться выполнять клятву, данную Дункану? Попытка освободить людей Арджлина от Рауфа скорее всего будет стоить ей жизни, так почему же не ухватить сейчас порцию удовольствия, как ни мимолетно оно будет?

Мгновение отделяло Кайру от того, чтобы, отбросив все опасения, взять в любовники этого мужчину, но тут лошадь передвинулась

и толкнула обоих. Лайам быстро выпрямился, но момент был упущен. Безумно смущенная, Кайра опустила руки; от еще большего унижения ее спасли только вид напряженного, страстного лица Лайама и его тяжелое дыхание.

– Думаю, я достаточно вас отблагодарила. – Она отвернулась, делая вид, что проверяет подпругу.

В тщетной попытке остудить кровь Лайам медленно и глубоко дышал. Он еще чувствовал мягкие изгибы прижатого к нему тела, как будто созданного специально под его формы. Двигаясь более неуклюже, чем обычно, он побрел к своей лошади и остановился, дожидаясь помощи от Кайры.

Может, он и показал ей, что такое разделенная страсть, но также сделал некое открытие и в себе: Кайра полностью лишала его самоконтроля и мастерства любовника, которое он приобрел за прошедшие годы. Возможно, утренний поцелуй так сильно на него подействовал потому, что он проснулся после сладострастного сна и вдруг обнаружил ее в своих руках. Теперь стало очевидно, что если они отдадутся страсти, это будет горячее и прекрасное чувство, возможно, даже такое, какого он никогда не испытывал.

Взобравшись на коня, Лайам молча поехал к Скаргласу. Несмотря ни на что, они должны были добраться туда до закрытия городских ворот. Лучше не ночевать вдвоем на природе, по крайней мере пока Кайра видит в нем охотничью собаку, вынюхивающую женские юбки.

При мысли о том, что скоро они с Кайрой будут заниматься любовью, сидеть в седле стало совсем уж неудобно, и Лайам выбросил из головы соблазнительные картины. Пора было убедить ее, что он прекрасный помощник в деле борьбы с Рауфом Моубри, но сначала пусть она побольше расскажет про Рауфа, Арджлин и клятву, данную умершему мужу. Впрочем, Кайра не была расположена к разговору, а он медлил расспрашивать о муже, с которым она так недолго пробыла в браке. Причиной колебания была ревность. Лайам удивлялся, как можно ревновать к мертвому, но с горечью признал, что это так и есть. Когда Кайра будет принадлежать ему и только ему, он будет ревновать ее к любому человеку.

Придержав коня, Лайам поравнялся со своей спутницей:

– Когда вы готовились выгнать меня из коттеджа, вы говорили о какой-то клятве, которую должны выполнить. Что вы имели в виду? Клятву, данную мужу?

Кайра нахмурилась:

– Как вы поняли, что я дала клятву мужу?

– Ваш кузен сказал, потому что он о вас беспокоится. Время от времени я задавался вопросом, почему вы об этом не рассказываете. Правда, вы вообще редко говорите о муже…

Ничего удивительного, Кайра старалась думать о Дункане только как о добром, но несчастном человеке, который был зверски убит. Она вообще старалась как можно меньше думать о нем и о времени, когда ей довелось быть хозяйкой Арджлина, зато часто вспоминала добрых друзей, которых тогда завела. И уж конечно, ей не хотелось это обсуждать с мужчиной, который одним беглым взглядом вызывал в ней лихорадку.

Что же ей сказать? Лайам знает про клятву, так как брат Мэтью, конечно же, рассказал ему про беду Арджлина. Вот про это, и только про это Кайра и будет говорить. Что происходило между

ней и Дунканом, полный провал их супружества и секрет, который ей теперь приходится хранить, – все это Лайама не касается.

– Мой кузен рассказал вам о Рауфе Моубри и его преступлениях?

– Да. Сейчас он держит в своих руках то, что по праву принадлежит вам. Он убил вашего мужа, и можно с уверенностью сказать, что жизнь людей Арджлина он превратил в мучение.

– Вы знаете, что он за человек?

– Нет, я его никогда не встречал, зато слышал о нем много разных мрачных историй.

Кайра кивнула:

– Не удивляюсь, но, думаю, эти истории даже отчасти не раскрывают его дьявольскую суть. Жестокий, злобный, холодный, беспощадный, он получал информацию от тех, кого пытками замучил до смерти. – Кайра слегка вздрогнула. – Он и его люди зарезали всех, кто стоял у них на пути. Дункан взял с меня клятву: если Рауф его победит, я помогу людям Арджлина. Он победил и разрезал бедного Дункана на куски, стараясь, чтобы каждая рана не убивала сразу, а продлевала агонию. Он наслаждался страданиями Дункана.

– А потом он стал преследовать вас?

– Да, но он не собирался меня убивать, а хотел лишь унизить. Рауф был так опьянен своей победой, так убежден, что ни у одной женщины не хватит смелости пойти против него, что не очень пристально за мной следил.

– Но он вас ранил – об этом мне сказал Мэтью.

– Я попыталась с ним бороться, и это его разозлило. Я сумела выбраться из имения, нашла помощь вне Арджлина и с тех пор пряталась в монастыре.

– Вам надо было залечить раны, – сказал Лайам, хотя был уверен, что этого простого объяснения, недостаточно, чтобы понять, почему за каждым ее словом ему чудится чувство вины. – И какие же теперь у вас планы?

– Я должна придумать, как выполнить клятву и помочь людям Арджлина. Это простые, мирные жители, их интересует только работа. Ткачи, граверы – ремесленники, но не воины. Я слишком надолго оставила их под властью жестокого Рауфа, а значит, пришло время выполнить клятву и помочь им.

– Мы выполним клятву.

– Мы? – Кайре очень хотелось принять его помощь, но она поборола себя.

– Да, мы. Я собираюсь вам помочь.

– Нет, это моя битва. Я дала клятву, мне ее и выполнять.

Лайам не удивился, что она отказалась разделить с ним риск. Брат Мэтью говорил, что Кайра не желает привлекать к битве даже родственников, поэтому он приготовил аргументы и будет стоять рядом с ней, хочет она того или нет.

– Милочка, из того, что мне сказал ваш кузен, следует, что вы едва избежали смерти.

– Это не ваша борьба.

– Я сделаю ее моей.

– Лайам, у вас сломана нога.

– Она почти зажила и совсем заживет к тому времени, когда соберутся бойцы и мы выработаем план битвы. Милая Кайра, почему вы отказываете человеку в праве отплатить вам добром за спасение жизни? Дайте мне шанс стать вашим защитником.

– Я отказываю вам всего лишь в праве погибнуть.

– Но если вы отказываетесь от помощи, то как вы избавите Арджлин от этого чудовища? Сомневаюсь, что Рауф будет смирно сидеть и ждать, когда вы прокрадетесь и вонзите кинжал ему в сердце.

Кайре очень не хотелось признаваться, что у нее нет никакого плана. Единственное, о чем она до сих пор думала, – это не дать семье присоединиться к ней в борьбе с Рауфом, учитывая то, что этот человек делает с каждым, кто осмелится ему перечить. По той же причине она не хотела, чтобы Лайам стал ее защитником.