Гонтлгрим
Шрифт:
Скипетры Ашмадай казались красными только на заре своего использования — со временем краска стиралась и выгорала, приобретая скорее розовый оттенок. Но тот что держала в руках Валиндра был рубиновым не только по цвету. Он, казалось, бы вырезан из цельного драгоценного камня. Оттенок был столь глубоким и насыщенным, что некоторые из стоящих рядом культистов потянулись к нему руками, словно желая погрузить пальцы в скипетр.
Валиндра крепко сжала драгоценный артефакт и вскинула над головой. Концы скипетра полыхнули ярко-алым.
— Кто ваш хозяин? — закричала она.
Смущенные Ашмадай переглянулись. Одни шептали «Асмодеус»,
— Кто ваш хозяин?! — снова спросила нежить, и ее усиленный магией голос заполнил пещеру и эхом отразился от камней. Концы скипетра, словно вторя крику, снова вспыхнули.
— Асмодеус! — выкрикнул командующий, и остальные культисты последовали его примеру.
— Молитесь ему! — приказала Валиндра.
Фанатики встали на колени, сформировав круг с личем в центре. Их правые руки покоились на плечах товарищей, а левые были вытянуты по направлению к удивительному скипетру. Ашмадай запели, и их круг стал медленно поворачиваться против часовой стрелки.
Отступив назад, Дор'кри с изумлением наблюдал за происходящим. Ему было известно, что это за скипетр. Сзасс Тэм хранил его в Тэе, зная, что это наиболее почитаемый артефакт Ашмадай. Вампир подозревал, что Силора Салм принесла его с собой, учитывая, что почти все приверженцы религии Асмодеуса собрались в Лесу Невервинтер и безоговорочно подчинялись чародейке. Когда к тэйским агентам присоединилась лич, власть Силоры над ней только подтвердила эту догадку.
Вампир поверить не мог, что Салм доверила скипетр Валиндре, непредсказуемой и опасной нежити.
Дор'кри постарался выбросить эти мысли из головы. Сейчас для них не подходящее время. Его воины замерли, стоя на коленях, а призраки дварфов все приближались.
— Валиндра! — позвал он, но немертвая чародейка полностью погрузилась в пение и ничего не слышала.
— Валиндра, они уже рядом! — снова крикнул вампир, но лич и бровью не повела.
Когда первые призраки ступили под свет, испускаемый рубиновым скипетром, они тоже окрасились в алый оттенок. К тому же, как заметил Дор'кри, что их движения стали менее уверенными, на лицах отразилось беспокойство и даже боль. Из концов артефакта повалил дым, кружась между Валиндрой и дварфами, он клубился и бурлил на полу, опускаясь все ниже и ниже, словно проникая в недра скальных пород. Камень плавился, становился текучим, на поверхности пола то и дело появлялись красные пузыри, которые, лопаясь, отравляли воздух едким желтым дымом.
Все как один призраки остановились и вскинули руки, защищая глаза.
Из пола, как из неглубокого пруда поднялось нечто. Сначала появилась крупная голова, увенчанная рядами красных костяных наростов и шипов. Пара крученых черных рогов расходилась в стороны, изгибаясь и сужаясь к верху, где оказывались направленными друг на друга. Глаза не имели зрачков — просто два огненных провала. Глаза разъяренного дьявола. Пасть была разинута, обнажая ряды клыков, которые легко могли отделить плоть от костей. Казалось, что чудовище поднимается из расплавленного пола по лестнице. Лава не оставила на великолепном обнаженном теле ни следа ожогов, кожистые красные крылья широко распахнулись, как полностью вышли из отверстия в полу.
Демон был красным и горячим, как пламя всех Девяти Кругов Ада. Под кожей, украшенной костяными наростами, бугрились массивные мышцы. По всей длине спины располагались черные шипы, сужавшиеся к основанию позвоночника,
где плавно переходили на извивающийся красный хвост, оканчивающийся жалом, с которого капал смертоносный яд. Длинные черные когти блестели как полированный обсидиан. В правой руке монстр держал огромную четырехдольную булаву, каждая сторона которой была подобна лезвию топора. От оружия вился дым, и время от времени вдоль лезвий пробегли языки пламени.Наконец дьявол вышел из пузырящегося пруда, ступив огромными лапами на пол. Когти заскрежетали по камню.
Чудовище было облачено только в зеленую набедренную повязку, украшенную спереди железным черепом, черные наручи крепко обнимали мускулистые предплечья, а на шее покоилось жуткое ожерелье из черепов, которые не уступали в размере человеческим. Но казались крохотными в сравнении с восьмифутовым гигантом. На хвосте висели схожие украшения.
Ашмадай завопили в экстазе и пали ниц, не смея взглянуть на величественного дьявола.
Конечно же это был не Асмодеус, ведь даже попытка вызвать его могла привести к гибели всех присутствующих. Но в этот ужасный и вместе с тем великолепный момент Валиндра значительно выросла в глазах Дор'кри. Вампир почувствовал себя дураком из-за того что смел сомневаться в Силоре Салм. При помощи скипетра лич воззвала к самым глубинам ада — и была услышана.
Дор'кри не был последователем демонических учений, но как и все, кто провел некоторое время с темными волшебниками, знал о тех, кто обитал в нижних планах. Валиндра несомненно была услышана, раз к ней явился Дьявол Ямы, один из личных слуг бога-дьявола, герцога Девяти Кругов. Обычно подобных тварей могли контролировать разве что архидьяволы.
Зверь посмотрел на призраков, затем чуть повернулся, чтобы взглянуть на Валиндру и распластавшихся на полу Ашмадай. Монстр протянул длинную руку к немертвой чародейке и сжал пальцы на скипетре.
И снова Дор'кри подумал о том, чтобы уйти, но Дьявол Ямы, не вырвал артефакт из рук лича. Вместо этого он, казалось, передал ей свою силу.
Свечение скипетра усилилось, и вампиру пришлось заслониться локтем и воротом плаща. Ведь он тоже был нежитью. Множество раз он подчинял своей воли ничего не подозревающих людей, чья слабая воля не выдерживала его натиска, но в этот момент он понял весь ужас своих жертв.
Сам того не желая, Дор'кри опустился на колени. Он понял, что больше не может смотреть на дьявола ямы и прикрывая лицо руками согнулся, целуя пол. Трясущийся, беспомощный, здесь и сейчас он мог только снова умереть. Не было выхода, не было надежды.
— Дор'кри, — скорее почувствовал, нежели услышал вампир. Голос обратившейся к нему Валиндры был слабым и невероятно далеким.
— Дор'кри, встань, — приказала она.
Вампир осмелился поднять голову. Лич так и не изменил позу, подняв над головой излучающий алое сияние скипетр.
Дьявол Ямы стоял подле нее, выпустив артефакт из рук. Скипетр потерял значительную часть своих сил, зато монстр стал еще больше.
Дор'кри почувствовал, что боль утихает, а панический ужас рассеивается. Он осмелился встать на колени, а затем и подняться на ноги.
— Миньоны Исконного не поймут, что у нас одна цель, — предупредил вампир. — Есть еще дракон — красный дракон в глубинах где-то под нами…
Валиндра улыбнулась и пожала плечами. Ашмадай поднялись на ноги, и Дор'кри задался вопросом, обращалась ли лич к каждому из них по имени.