Год Героя
Шрифт:
Вдруг дико заржала Малышка. Алексей инстинктивно встрепенулся, и в тот же момент на него сверху что-то навалилось. Хорошо, что он был наготове и вывернулся, вскакивая на ноги, одновременно ударяя мечом в напавшего. Меч пронзил пустоту, а Алексей обнаружил, как на поляну откуда-то сверху высыпали около десятка пар огромных зелено-оранжевых глаз.
В следующий момент он едва успел сбросить со спины чье-то тело. И снова меч не смог настичь напавшего. А дальше Алексей закружился в бешеном темпе, пытаясь не дать себя повалить на землю нескольким двуногим существам, чьи силуэты очень быстро мелькали вокруг него. Меч танцевал в руках Алексея, но не мог поразить призрачные тени, напрыгивающие со всех сторон.
А невдалеке жалобно кричала и хрипела Малышка. Алексей, бешено
В такой сумасшедшей пляске он смог пробиться туда, где стояла Малышка. Бедное животное уже лежало на земле, облепленное десятком темных копошащихся силуэтов, припавших к телу лошади. Малышка конвульсивно дергалась и тяжело хрипела. Попутно отбиваясь от наседавших на него тварей, Алексей коротко рубанул одно из тел, окруживших лошадь. Меч легко разрубил мягкую плоть, раздался истошный визг и призрачные фигуры отпрянули от тела несчастной лошади, все бросившись на новую жертву.
Алексей понял, что Малышке он уже не поможет, и стал искать пути спасения собственной жизни. «Попробовать скрыться в воде», — пришло неожиданное решение. Бешеный танец с мечом продолжился, но теперь Алексей целенаправленно отступал к болотцу.
Спотыкаясь и ударяясь о деревья в темноте, он шаг за шагом перемещался к виденному вчера водоему. Существа на двух ногах гурьбой преследовали человека, хотя некоторые из них вернулись пожирать лошадь.
Вдруг в темноте меч задел низкую ветку и сбил свой ритм. Сразу же неизвестная тварь прошмыгнула снизу и вцепилась Алексею в щиколотку. Он почти не почувствовал боли и другой ногой, футбольным ударом сбил мягкое тело. Но пока он освобождал меч, другие зубы впились в плечо, которое только недавно зажило. Алексей резким движением стряхнул тварь, оставив у нее в челюстях кусок своего тела, и снова завертел мечом.
Когда он в очередной раз сделал шаг, отступая назад, нога провалилась в жижу. Сразу же выдернув ее, он резко бросился вперед, чавкая по болоту, через несколько шагов набрел на воду и зашел почти по шею.
Преследовавшие его ночные создания в воду не полезли. Большинство из них вернулись к убитой лошади, а остальные бродили по сухому, издавая недовольные ворчливые звуки.
Алексей попробовал тихонько перебраться на другой берег озерца, но там его уже поджидали. Пришлось снова вернуться на самое глубокое место. И тут темная тень прошмыгнула прямо над головой. «Эти сволочи еще и летают. Слава Богу, хоть на мокрое не лезут. Сколько же мне придется здесь мокнуть? Хорошо, хоть не холодно. Если утром не уйдут, придется пробиваться».
До рассвета, по прикидке, оставалось еще около часа. С берега, от того места, где осталось тело Малышки, доносилась возня. Время от времени несколько пар глаз появлялись посмотреть, как поживает ускользнувшая от них жертва. Алексей же продолжал стоять по шею в вонючей жиже.
Он стоял неподвижно до тех пор, пока не почувствовал жжение в укушенной ноге. Подняв ногу и ощупав ее под водой, Алексей с омерзением отодрал несколько шевелящихся бугорков. Один из них он поднес к глазам, но ничего не смог разглядеть в темноте.
Брезгливо выбросил он шевелящийся комочек, но жжение в ноге снова появилось и усилилось. К тому же жгучие создания облепили еще и плечо. Алексей с трудом поотрывал многочисленных прилипал, давя их руками, но другие тут же цеплялись снова и снова.
Вскоре ему пришлось бегать по этому вонючему пруду туда-сюда, насколько можно бегать в воде. Но это помогало слабо — пораженные глазастыми тварями места на теле, как магнитом, притягивали всё новых обитателей болота.
Первый лучик солнца, робко пробившийся сквозь листву и сплетение лиан, осветил место ночной драмы. Алексей, всё тело которого к тому времени было облеплено копошащимися кровососами, из последних сил метался по кругу грязной затхлой воды, обезумев от жгучей боли.
Тело продолжало
извиваться, а в горящем от пронзительной боли мозгу уже родилось понимание того, что скоро он совсем обессилеет от потери крови. Голова уже шла кругом, сознание начинало затуманиваться.Алексей медленно двинулся в сторону берега. Уж лучше попробовать пробиться с мечом в руках через глазастых, чем быть обглоданным болотными кровососами. На мелком месте он уже почти полз по болоту и обессиленно, на четвереньках выбрался на берег.
Лучи утреннего солнца, настойчиво пробиваясь через густые ветви, осветили человеческое тело, почти полностью покрытое шевелящимся слоем мелких животных с многочисленными ножками. Они присосались к живой плоти со всех сторон. Катаясь по земле, Алексей остервенело сдирал с себя одной рукой коричневые тельца кровососов. Другой он из последних сил сжимал рукоять самурайского меча. Алексей в полубредовом состоянии готовился отражать нападение призрачных глазастых тварей, хотя и понимал, что при таком его состоянии у них есть все шансы сегодня им полакомиться.
И уже то ли в горячном бреду, то ли на самом деле, он увидел, как на поляну вышли несколько приземистых коренастых людей с копьями на изготовку. Он попробовал подняться с колен, выставив перед собой меч, но окружающий мир стремительно закружился и сознание померкло.
«Какая боль… Жарко… Почему так жарко?.. Нужно включить кондиционер… Почему не работает кондиционер? Пить… Что это за незнакомое лицо? А-а, ведьма!!!»
Алексей застонал и попробовал открыть глаза. Размытый контур лица, склонившегося над ним, немного приобрел резкость. На него встревоженно смотрело испещренное морщинами лицо старой женщины.
«Кто это? Что она делает в его доме?» Алексей перевернулся на бок и тут же закричал от нестерпимой боли. Вернее, крикнуть сил у него не было, из горла только вырвался протяжный стон и хрипение.
— Лежи, лежи. Сейчас я смажу тебя — и станет легче. — Успокаивающий голос старухи снова погрузил Алексея в небытие.
Когда он опять пришел в себя, то обнаружил, что лежит на постели из сушеной травы, покрытой шкурами. В помещении было темно, лишь маленькая свечка немного освещала стол вблизи да кусок серой каменной стены. Всё тело Алексея болело и зудело, казалось, что оно покрыто чем-то вязким и липким. Когда он провел рукой по телу, это вызвало очередной приступ боли. А на пальцах остался жир, густым слоем покрывавший обнаженное тело. И еще он ощущал, что у него туго перевязаны лодыжка и плечо.
Алексей поднялся, превозмогая боль, и сел. «Где же я? Что произошло?» И тут он вспомнил: ночные упыри, гибель Малышки, болото с кровососами. Он всё еще в этом проклятом, полном опасностей мире! А как он попал сюда?
Справа кто-то застонал. Встав на дрожащие ноги, Алексей взял свечу, оглядываясь вокруг. Дрожащее маленькое пламя осветило пространство метров десять в длину и пять-шесть в ширину, скорее всего небольшую пещеру. На противоположной стене темнел вход, занавешенный пологом. Снова донесся стон. Алексей поднес свечу и разглядел человека, лежащего на шкурах неподалеку. Невысокое коренастое тело стонавшего было покрыто повязками из ткани. Спутавшиеся, и без того курчавые волосы да ввалившиеся глаза на посиневшем лице придавали человеку вид мертвеца.
«Где же я?» — задался вопросом Алексей, обессилено приседая на свое ложе.
Тут полоска неяркого, явно вечернего света пробилась в пещеру. Откинулся полог входа, и вошла женщина с корзинкой из лозы.
— Ты чего встал? Тебе еще хоть пару дней полежать надо, — тихонько начала она корить Алексея, поставив корзину рядом.
— Где я? — на удивление слабым голосом спросил Алексей.
— Здесь, — ответила старуха. — Ложись, сейчас я тебя снова смажу. Потом покормлю.
Алексей решил не спорить и лег на мягкие шкуры. Старуха достала из корзины баночку с жиром и стала втирать его в зудящее тело. Пока умелые пальцы ловко смазывали спину Алексея, он, не обращая внимания на боль от прикосновений, думал о том, что лежит перед этой, хоть и старой, женщиной абсолютно нагим. «А ведь сейчас придется переворачиваться на спину».