Гоа-синдром
Шрифт:
Автобус заехал на территорию отеля.
– «Олд Анкор», – оповестила Наталья и выпрыгнула в открывшуюся дверь. Обслуживающий персонал отеля зашевелился, и к тому моменту, когда Болт подошел к ресепшену, половина туристов уже заполняли анкеты, а другая половина оттирала со лба красные точки. Хлоп! – гирлянда оранжевых цветов повисла на шее, и Болт, размазывая красный порошок по лбу, пошел за анкетой. Как выкручиваться из новой лингвистической задачи, он не знал, а пионерка с планшетом осталась где-то в аэропорту.
– Name, address, signature, – после каждого отчеканенного слова менеджер за стойкой поставил отчеканенную галочку и поднял глаза.
– Чего? – Болт, не справляясь с эмоциональной
– Вот здесь имя, здесь адрес, здесь подпись… «Мегаполис-вояж», подождите, пожалуйста, пока оформятся ваши соотечественники, – пионерка появилась из ниоткуда, за ее спиной стоял белый автобус и еще одна группа туристов.
Обслуживающий персонал, увидев новую партию прибывших, одновременно вздохнул и задвигался еще быстрее. Едва Болт поставил в анкете свою подпись, менеджер протянул ему ключ с деревянной биркой. На одной стороне было написано «Welcome», на другой – «604».
Подросток в пиджаке коричневого цвета взял чемодан Болта.
– Тоже доллар хочешь? – Жека обменял деньги и протянул ему пятьдесят рупий. – Возьми мой чемодан, у меня номер «605».
– Нехорошо как-то получилось, – то ли подумал, то ли сказал Болт, представляя Жеку своим соседом.
– Ты про парней? Да они в другом отеле, только что уехали.
– Я не об этом, но тебе с ними обратно лететь, – Болт засунул в окошко «франклина» и получил четыре тысячи двести «ганди».
Жеке шутка не понравилась, и он, наконец, замолчал. Носильщик открыл дверь номера «604» и задвинул в нее чемодан Болта.
– Your room, sir.
– Я уже понял, что это моя комната, – Болт проводил взглядом выскочившую из-под двери ящерицу и протянул пятьдесят рупий.
– Спасибо, – подросток засунул купюру в карман, схватил коричневый чемодан Жеки и потащил его дальше по асфальтовой тропинке.
На стрелочке, указывающей в самый ее конец, масляной краской было написано «Rooms 605 – 610».
05.
Арун долго стоял перед большим антикварным зеркалом, рассматривая себя с разных сторон и в разных положениях. Сегодня надо быть в форме. Обмотанное вокруг худого тела белоснежное полотенце почему-то придавало уверенности в себе, Арун собрался было его скинуть и пойти в душ, но резкий звонок телефона повернул его в другую сторону.
– Привет, это Бруно. Как дела?
– В целом неплохо. Ты не забыл про мальчишник?
– Да я, собственно говоря, поэтому и звоню. Вчера шефу в управлении пистонов вставили за то, что на нашей территории много иностранцев без регистрации проживают, вот он нас и подрядил сегодня проверки сделать. Мы поздно вечером по деревне пройдемся, проверим паспорта, соберем штрафы – и свободны. Так что я приеду только ночью.
– Хорошо, главное, приезжай. У нас сегодня в программе кокаин, виски и наш любимый польский стриптиз.
– Начинайте без меня, но не заканчивайте слишком рано.
– Не переживай, лучшему другу обязательно что-то достанется, – Арун положил трубку и снова залип перед маленьким зеркалом на стене, рассматривая в нем свое лицо.
Португальская фамилия не придавала ему европейского вида, наследство, оставленное родителями, отчасти компенсировало этот, по мнению Аруна, недостаток, но необходимость в постоянном самоутверждении стала для него задачей номер один.
Чего он только не делал в своем стремлении быть модным – купил новый Swift и наклеил на заднее стекло машины большой стикер Fashion TV, носил футболки только с отпечатанными на груди лейблами, даже открыл клуб в гостинице, также доставшейся ему в наследство.
Стены, обитые серебристым алюминием, подсвеченная голубым светом барная стойка из стекла и
телевизоры по периметру танцпола, на которых постоянно был включен только один канал – Fashion TV, по мнению Аруна, эти три компонента плюс его харизма придавали клубу «модности», к которой Фернандес-младший стремился всем своим нутром. Каждый день из Дона Паулы через Мирамар в центр Панаджи и обратно курсировал микроавтобус, из динамиков, установленных на крыше, неслась музыка, а из открытых окон симпатичные девочки раздавали яркие флаеры.Маленький клуб, как правило, редко наполнялся наполовину даже в выходной день, всю неделю он простаивал без работы и только в редкие моменты, когда за дело брались сторонние промоутеры, кондиционеры не могли справиться с духотой и начинали заливать пол водой.
Аруна это не смущало, и он продолжал популяризировать свою «модность» – приглашал из Бомбея диджеев, стал тратить больше денег на печать флаеров, в баре работала миловидная русская, ловко смешивающая коктейли, но с трудом объясняющаяся на английском. На экранах телевизоров по подиуму ходили русские модели, потом эти же модели отрывались в русских ночных клубах, потом они же позировали для индийских календарей, но все равно были слишком уж далеко, чем-то очень манящим и для Аруна недостижимым.
А ему так хотелось…
Арун оторвал свой взгляд от зеркала, скинул полотенце, сделал три шага в сторону душа, но резкий звонок, теперь уже мобильного, вновь оторвал его от приготовлений к мальчишнику.
Звонил Райан, его бомбейский приятель, очень успешный шоу-бизнесмен и владелец известного клуба.
– Давно не слышал тебя, друг. Как развивается деревня?
– Деревней она и остается, – Арун мечтал уехать из полудеревенского Гоа, но позволить себе этого не мог, был слишком нерешителен, чтобы сделать такой шаг, даже имея на это достаточно денег.
– Это неважно! Надеюсь, не отрываю тебя сейчас от той полнушечки с Британских островов? Если отрываю, то поговорим позже, я перезвоню, если нет…
– Нет, она только на днях прилетает из Лондона.
– Тогда слушай внимательно и не перебивай. Ты сам понимаешь, что за люди приходят ко мне в клуб. Они все с обложек журналов, с экранов телевизоров – это Болливуд, бизнес. Я слежу за тем, что они хотят, и стараюсь дать им все, что им нужно. И это тоже бизнес. Все эти люди, которых ты видишь в кино и на афишах, приезжают в Гоа и там угорают на каких-то помойках, типа твоего «модного» гостиничного данс-бара. Только конкретно про него они вообще ничего не слышали. Хочешь всех их видеть у себя? И только у себя?! – Райан выдержал паузу, словно ожидая ответа, но он был известен еще задолго до вопроса. – Конечно же, да! Я знаю, что тебе нужно! Кокаин… Поверь, они все торчат на порошке и водке, но если с водкой, я уверен, у тебя все нормально и перебоев с поставкой нет, то с наименованием номер один я готов помочь – специально для тебя отложил ровно два кило для пробы бизнеса. Товар особо долго лежать не будет, но у тебя есть время подумать. Если будет интерес, приезжай пробовать. Передавай Стейси большой привет, она тоже приглашена, – Райан отключился, оставив Аруна голым посреди комнаты с мобильным в руках.
Полнушка Стейси прилетала с Британских островов только через неделю, собственно говоря, по этому поводу мальчишник и намечался. Согласия на участие от друзей Арун получил сразу же, как только выступил с этой идеей, все предложения о проведении вечеринок в этот день были безоговорочно отклонены, в начале двенадцатого парни открыли первую бутылку виски и расчертили первую длинную дорожку кокаина. В полночь пришла польская стриптизерша, скрылась в гримерке и через десять минут под завывание и улюлюканье забралась на барную стойку.