Чтение онлайн

— Ничего, — успокоил его я, — улыбки у тебя действительно не слишком широкие, зато глаза веселые.

— Все правильно. Бунаба научили меня смеяться только глазами. Надо прожить рядом с ними много лет, чтобы понять: на самом деле эти угрюмые ребята — очень веселый народ.

— Да уж, на первый взгляд не скажешь! — фыркнул я.

Сбо оказался довольно большим городком, вытянувшимся узкой полосой вдоль побережья. Примерно через час мы наконец пришли к объекту купли-продажи. Я никак не мог поверить, что все это происходит со мной наяву: покупать недвижимость в чужом Мире, откуда надеешься в ближайшее время унести ноги — бред какой-то!

Надо отдать должное Хэхэльфу: он не преувеличивал достоинства

дома. Не дворец, конечно, но, на мой вкус, даже лучше дворца: большое одноэтажное здание с таким же причудливым хитросплетением коридоров и многочисленными маленькими комнатками, как и в доме моего приятеля, с просторным внутренним двориком, большим запущенным садом и ухоженным огородом. На грядках я обнаружил множество удивительных растений, какие до сих пор не встречались на моем пути, а хорошо знакомая мне по скитаниям в Земле Нао умала поражала своими размерами: на этом огороде самые мелкие овощи были величиной с хороший арбуз!

— Здесь можно держать скот, — бодро объяснял мне Хэхэльф, небрежно указывая в направлении низенького строения в глубине двора. — А здесь — кухня, такая же, как у меня, только побольше… Ну как, нравится?

— Нравится, — угрюмо согласился я. И признался: — О таком домике я мечтал всю жизнь — и вот, получил! Только не в том Мире, в котором мне требуется…

— Ну, извини, — ухмыльнулся Хэхэльф. — Я — не бог и даже не Мараха. Так что обменять твою часть кумафэги на квартирку в другом Мире не могу, ты уж не обессудь! Ну что, ты согласен?

— Что? — рассеянно переспросил я. — А, ну да… Конечно, я согласен. Если ты считаешь, что я должен купить этот дом, я его покупаю.

— Ну вот и славно. Я рад, что дом тебе нравится. Чем только древние ветры не шутят: может быть, ты вернешься в тот Мир, о котором сейчас тоскуешь, но однажды тебе надоест там ошиваться. Тогда ты вспомнишь, что у тебя есть дом в Сбо, и решишь стать моим соседом, — оптимистически сказал Хэхэльф. — В любом случае хозяева готовы освободить дом в течение десяти дней… Правда, к этому времени мы с тобой уже будем на Хое, но волноваться не стоит: у нас в Сбо принято держать слово!

— Жалко, что некому будет присматривать за этим домом, — вздохнул я. — Не думаю, что из меня получится хороший хозяин… Все придет в упадок: сад окончательно одичает, урожай на огороде сгниет, в лучшем случае его склюют птицы… И местные жители станут обходить стороной этот славный домик. Печальная картина!

— Ничего, — беззаботно сказал Хэхэльф. — Ты можешь сдать его в аренду. А если не хочешь, можешь нанять сторожа. Или еще лучше: можно пригласить бунабского колдуна, и он остановит здесь время — до твоего возвращения. Ну, то есть время не остановится, конечно, просто дом перестанет быть подвластен переменам. Когда ты вернешься — если вернешься, конечно! — и дом, и сад, и огород будут выглядеть точно так же, как сегодня. Ничего не сломается, не испортится, даже не запылится, и морские птицы не нагадят на садовые дорожки… Здесь, в Сбо живет один хороший мадук, [52] дедушка Цвон, он точно умеет проделывать такие штуки!

— А если я никогда не вернусь? — опешил я.

— Значит, разрушительные перемены никогда не затронут этот дом, — пожал плечами Хэхэльф. Потом сам усомнился, что такое возможно, и добавил: — Ну, по крайней мере, очень долго.

— Ладно, — кивнул я, — это мне подходит. Мне нравится, что за моей спиной останется такое зачарованное местечко. Что-то в этом есть!

— А ты с причудами, — усмехнулся Хэхэльф. — Что ж, так даже хорошо… Мне нравится твое решение. Другой бы

на твоем месте сдал дом в аренду — знаешь, сколько денег это может принести в год?

— Не знаю и знать не хочу, — решительно сказал я. — Давай позовем твоего мадука, пусть ворожит! А он дорого берет за свои услуги?

— Дорого, — кивнул Хэхэльф. — Думаю, тебе придется расстаться с одним мешочком кумафэги. От денег он и отказаться может, а за кумафэгу он тебе время не только в этом саду, а на всем Халндойне остановит!

— А что, и такое возможно? — ошалел я.

— Думаю, возможно, — серьезно сказал Хэхэльф. — Но насколько я знаю, колдун, которому это удавалось бы, пока не родился.

— Оно и к лучшему, — кивнул я. — Ну что, пошли платить за покупку! Где тут касса?

— Уже уплачено, — доверительно сообщил мой маклер. — Я был уверен, что тебе понравится дом. А если бы не понравился, я бы оставил его за собой… Пошли ужинать?

— Хорошая идея, — кивнул я. — А когда ворожить будем?

— Сначала надо, чтобы хозяева уехали, — напомнил Хэхэльф. — Но к мадуку сходим завтра, договоримся… Нет, лучше я один схожу.

— Почему? — спросил я.

— Потому что я не знаю, понравишься ты ему или нет… Скажем так: я почти уверен, что ты ему не понравишься. Я этого упрямого старика хорошо знаю: если втемяшит в свою лысую голову, что ты — демон, он для тебя пальцем не шевельнет. А когда глядишь на тебя, всякие глупости в голову так и лезут…

— Почему? — удивился я.

— Не знаю, — честно сказал Хэхэльф. — Просто чувствуется, что ты — чужой. И не только здесь, на Халндойне, а вообще везде. Я провел с тобой несколько дней на пиратском корабле, слушал твои жалобы на судьбу и видел, как ты морщишь нос, когда мимо проходит какой-нибудь немытый страмосляб; ты здорово меня выручил и стал мне хорошим помощником и веселым спутником, когда мы удирали с паршивого пиратского корыта; ты бродил по палубе моего корабля в моих собственных старых штанах, я был рядом с тобой, когда ты с восторгом пялился на побережье, и потом, когда ты клевал носом в портовом трактире… Казалось бы, я должен знать тебя как облупленного, но даже мне иногда становится тревожно, когда я смотрю в твои глаза и не нахожу там ничего, кроме темноты, словно заглядываю в пропасть — и это несмотря на дурацкую улыбку, словно бы прилипшую к твоей роже… Только не обижайся, Ронхул! Я просто стараюсь объяснить, почему тебе не стоит ходить к старому Цвону. У любого бунаба чутье куда лучше, чем у меня. Мало ли что он унюхает!

— Даже так? — растерянно спросил я.

— Именно. Да ты не переживай, Ронхул, все путем! Пошли ужинать.

Следующие несколько дней я провел как на курорте: пока Хэхэльф носился неизвестно где, улаживая наши дела, я бездельничал. Купался то в садовом бассейне, то в теплом море, дегустировал местную кухню и оставлял мелкие монетки из синеватого металла в бездонных карманах уличных торговцев. Как только у меня завелись деньги, я тут же принялся тратить их на всякие пустяки и получал от этого море удовольствия.

Среди моих расходов имели место и полезные: я наконец-то обзавелся новым гардеробом. Рубаха Таонкрахта, кожаные штаны и жилет Мэсэна были, конечно, вполне хороши — когда-то, на заре своей молодости, которая давно миновала. Теперь я выглядел как настоящий халндойнец. Когда из зеркала на меня взирал загорелый лохматый дядька в узких штанах из прочной темной ткани и коричневой куртке из тонкой замши, какие здесь принято носить на голое тело вместо рубахи, это зрелище вполне примиряло меня с действительностью. Я так свыкся с местной модой, что даже нацепил на свои запястья грозди толстых, но легких как пух браслетов из неизвестного мне черного металла. Никогда прежде не носил украшений, а тут вдруг как с цепи сорвался…