Геракл
Шрифт:
Горестно вздохнул Геракл. Не хотелось, да и стыдно ему было рассказывать брату о причинах болезни.
Нет!-поморщился Геракл.- Эту болезнь наслала на меня злобная Гера...
Разделяю все твои мысли о Гере,- прервал его Аполлон,- она меня тоже раздражает. Так что же она с тобой сделала?
Ужасные боли стали преследовать меня,- произнес Геракл.- Я не находил себе места от них. Временами на меня просто затмение какое-то находило, и не понимал я, что творю...
Так,- произнес Аполлон устами пифии,- сейчас ты расскажешь мне остальное...
Старуха вдруг шумно
Все, перерыв!
– объявила она. Но этот раз голос был явно ее, капризный и противный.
Как перерыв?
– одновременно спросили Геракл и Иолай.
Аполлон разрешает нам время от времени делать перерывы,- объяснила старуха.- Потому, что много сил уходит на посредничество в разговоре с ним!
Старуха многозначительно глянула на Геракла и продолжала:
Аполлон умеет ценить нас!
– торжественно произнесла она.- Не то, что посетители, вроде вас...
Сказав эти слова, пифия сошла с треножника и недвусмысленно протянула руку.
Иолай вздохнул и стал рыться в карманах. Наконец, он нашел там последние десять монет и, скрепя сердце, протянул их женщине.
Что? И это все?
– негодующе протянула пифия.
Иолай честно похлопал себя по пустым карманам.
Все!
– подтвердил он.
Не знаю,- принялась ворчать старуха.- Первый раз ко мне попадают такие прижимистые посетители,- при этих словах она скривилась, будто глотнула чего-нибудь кислого.- А еще герои!
Тем не менее, она взяла деньги, и они сразу же исчезли в складках одеяния прорицательницы.
«Вот ведь вредная старушенция!
– с возмущением подумал Иолай.- Как она вообще дожила до своих лет с таким характером? По-моему, ее давно должны были принести в жертву ее любимому Аполлону!»
Ладно,- сказала пифия и вернулась на треножник.- Продолжаем!
Она снова наклонилась над расселиной. Геракл не стал дожидаться, пока старуха выпрямится, и торопливо стал говорить:
Аполлон, мне надо тебе все объяснить. Болезнь, которую дала мне Гера просто из-за того, что терпеть меня не может, привела к тому, что я в припадке безумия убил своего друга Ифита! Я сбросил его со скалы! А наш отец Зевс сказал, что виновата не Гера, а я, и сделал болезнь еще более тяжкой! Аполлон, я больше не в силах терпеть, я умираю, помоги мне!..
Геракл выпалил все это, буквально, на одном дыхании. Он не смотрел на прорицательницу, и потому был безмерно удивлен, когда поднял глаза и увидал, что старуха глядит на него жестким взглядом прищуренных глаз:
Так ты убийца? Убийцам не место в священном храме Аполлона!
Это мне говорит Аполлон?
– недоуменно спросил Геракл у Иолая.
Тот ответил непонимающим взглядом.
Это говорю я!
– завопила старуха.- Презренным убийцам не место в храме, особенно, если они так мало платят!
Что?
– расправил плечи Геракл.
Вон отсюда!-закричала старуха и соскочила с треножника.
Иолай со страхом смотрел на друга, у Геракла начался очередной приступ болезни. Силач страшно рассвирепел и ступил на запретную территорию.
Геракл, не надо!
– взмолился Иолай, но последовать за Гераклом боялся.
Стоя
на месте, он взирал на позеленевшую от злости пифию, которая подскочила к Гераклу и принялась молотить по груди героя кулаками. Старуха тянула сына Зевса за львиную шкуру и непрерывно кричала:Вон из храма! Убийца! Ты ступил на священную землю! Вон!!!
Шкура съехала на бок, Геракл с тихим рычанием отбивался от старухи. В пылу гнева он схватил золотой треножник за ножку и высоко поднял над головой.
Берегись!
– заорал Геракл, дико вращая глазами.
Старуха отскочила и неожиданно жалобным голосом заверещала:
Поставь треножник на место, слышишь? Тебя убьет гнев Аполлона, несчастный!
Геракл опустил треножник и прижал его к своей могучей груди.
Так вот, где можно найти на тебя управу? Тебе дорог этот золотой треножник? Напрасно ждешь ты, что я отдам тебе его!
Вдруг рядом с Гераклом и прорицательницей что-то оглушительно громыхнуло.
Иолай зажмурил глаза и с тоской подумал: «Сейчас сюда снова кто-то явится...» Он уже начал привыкать к явлениям богов, довольно частым за последнее время.
Эти явления происходили довольно однообразно. Вот и теперь, когда Иолай открыл глаза, он увидел, как из клубов дыма вышел стройный, атлетически сложенный юноша и положил руку на плечо Гераклу.
Остановись сейчас же!
– воскликнул юноша.
Геракл скосил на него глаза и весь как-то странно и сразу обмяк. Золотой треножник опустил сын Зевса на землю, впрочем, не выпуская его из рук.
Отдай треножник!
– строго сказал юноша.
Геракл поколебался одно мгновение, затем протянул треножник юноше. Тот сразу взял его и поставил на место над расселиной.
Прости меня, о Аполлон,- глухим голосом произнес Геракл.
«Так это сам Аполлон!» - со страхом подумал Иолай. Он замер, ожидая, что будет дальше.
Аполлон уселся на треножник, Геракл остался стоять перед братом, в глубоком смущении опустив голову.
Не объяснишь ли ты, что тут происходит?
– наконец, спросил Аполлон и недобро глянул на Геракла.
Тот поднял голову.
Вот эта старуха,- указал Геракл на забившуюся в угол прорицательницу,- захотела выставить меня вон, а я не рассказал тебе всего...
Ты очень плохо поступил, Геракл! Оскорбив пифию, ты оскорбил меня!
Что?
– спросил Геракл.- С каких это пор мой брат стал таким чувствительным к оскорблениям?
Аполлон презрительно скривился.
Ас каких пор ты сам стал таким буяном, Геракл? Ты совершенно не можешь сдержать себя? В таком случае, нам не о чем разговаривать!
Иолай с интересом, который превышал его страх, наблюдал за братьями. «А ведь они совсем не похожи друг на друга!
– подумал он.- Ах, да! У них один отец, но разные матери. У Геракла - Алкмена, простая женщина, а у Аполлона... богиня Лето. Вот почему Геракл - смертный, в то время как Аполлон - бог!»
Тебе не о чем разговаривать со мной?
– вспылил Геракл.-Раз в сто лет я прихожу к тебе, дабы попросить о помощи, а ты, как зажравшийся индюк отказываешь мне и даже не хочешь поговорить со мной?