Геомант
Шрифт:
Тиана разобрала отдельные выкрики:
Врата! Врата открыты! Надо торопиться, пока они не закрылись!
Аркимы бросились к похожим на кланкеры машинам. На мгновение в толпе мелькнуло лицо Миниса. Вокруг него были и те, кто знал о вратах все.
Стойте! — кричал Витис. — Эта дурочка неправильно собрала зигбайл. Он левосторонний. Врата могут не сработать.
Теперь слишком поздно об этом беспокоишься, — ответил ему голос из толпы.
Но Витис не успокаивался.
Клан Интис! Остановитесь! Это небезопасно. Вы пойдете после десяти кланов! Пусть рискуют они; тогда наше влияние возродится.
Витис подбежал к сложному механизму, отдаленно
Интис, стойте! Подождите!
Витис снова обратился к своим сородичам, умоляюще раскинув руки. Но несколько бледно-голубых машин пронеслись мимо него. Никто не слушал приказа. Витис уронил голову на руки и заплакал. Беспорядочный поток аркимов и машин устремился вверх по спиральной дороге, но Тиана уже не видела их, связь с Арканом в ее голове оборвалась.
На другом конце континента, тоже на вершине горы, тетрарх в это время наблюдал за движением планет. Вдруг на один миг изображение вздрогнуло, словно желе в тарелке. Силовые линии взвихрились. В межпространственном эфире прозвучала единственная печальная нота, потом все восстановилось. Тетрарх отложил инструменты и что-то записал на черной пластине сланца.
В сотнях лиг южнее, в крепости на холодном острове Нум, женщина отложила в сторону перо, склонила голову набок и улыбнулась. Длительное бдение принесло первый плод. Она взяла фонарь и начала отсчитывать Тысячу Шагов, отделявшую ее от мастера.
ГЛАВА 60
— Я ее вижу, — сказала Юлия. — Тиана стоит там, и от нее во все стороны исходят лучи света. Вся гора содрогается. А рядом с ней стоит маленькая девочка.
— Маленькая девочка?
— У нее зеленые волосы. Еще один повод задуматься.
— Что делает Тиана?
— Я не понимаю. — Юлия зевнула. — Мне надо поспать. С этими словами она скрылась под пологом палатки. Уже совсем стемнело; поздно карабкаться в гору, хотя чуть позже должна взойти луна… Уставший от неудач Ниш навел порядок в лагере, подбросил веток в костер и уставился на горную вершину. Оставалось только ждать, но это не дает ему никакого шанса. Ниш принялся расхаживать вокруг костра.
Вот где его шанс. Если добраться до Тианы и ее кристалла, доставить на завод, можно надеяться на списание всех предыдущих грехов. Но что все-таки там происходит?
— Ниш! — просыпайся!
Оказалось, он улегся спать прямо на скале, довольно неровной, надо заметить. Ниш потер онемевшую шею.
— Юлия, что случилось?
— Пойдем! Пойдем скорее!
— Куда?
— На гору. Тиана начинает!
— Да что она начинает?
— То, ради чего она пришла сюда. Я вижу, как она стоит в огромном зале внутри горы. Ниш, она использует силу кристалла. Она собирается доставить их сюда.
Ниш вылез из спального мешка, надел ботинки и завязал шнурки.
Кто-то настойчиво тряс его за плечо.
— Ниш…
— Кого она собирается доставить?
— Я не знаю, — захныкала Юлия. — Я их не вижу. Их так много! А кругом темнота и дым.
По спине Ниша пробежали мурашки, и сразу пропало всякое желание куда-то идти, особенно к этой горе. Но придется. Ниш положил руки на плечи чувствительницы. В ее огромных
глазах блестело отражение лунного света.— Что ты имеешь в виду, говоря «так много»?
— Очень, очень много. Ты должен ее остановить.
Вот это превращение! Юлия требует, чтобы он действовал. Она, похоже, на самом деле встревожена.
Ниш собрал немного еды и повесил мешочек на грудь. Потом прицепил меч, сунул в ножны нож, а второй дал Юлии, хотя и был уверен, что девушка им не воспользуется. Все остальные вещи остались в лагере. Они наискось пересекли склон и подошли к воздушному шару, все еще привязанному между камнями. Почти весь воздух из него вышел, и поникший баллон лежал на корзине. Ниш накормил скита, убедился, что у него есть вода, а потом пустился догонять Юлию. Чувствительница прекрасно видела в темноте и к тому же словно знала, куда идти. Она поднималась по тропе, видимо проторенной медведями и горными козами. Ниш и Юлия поднялись еще немного, и перед ними открылся вид на обширный ледник, отражавший косые лучи заходящей луны.
Внезапно Ниш обнаружил, что продолжает путь в одиночестве. Юлия сидела на земле, зачарованно глядя на лезвие ножа.
— Юлия, — позвал Ниш, — поднимайся.
— Боюсь, — прошептала она и стала натягивать куртку на голову.
Ниш вернулся, присел рядом с ней на корточки и взял за руку:
— Юлия, мы не можем на этом останавливаться. Весь этот долгий путь мы проделали ради поисков Тианы. Я старался как мог. Теперь только ты можешь мне помочь. Прошу тебя.
Юлия выдернула руку, спрятала ее под курткой и стала раскачиваться из стороны в сторону. Что ему оставалось делать? Ниш не представлял, через какие страдания прошла Юлия, но он не мог позволить ее слабости прервать начатое, да еще так близко к цели. Если он сможет найти и вернуть Тиану вместе с ее кристаллом, ему простится многое. Он должен идти, несмотря на страдания чувствительницы.
— Тогда оставайся одна, — бросил он. — Я ухожу.
Ниш повернулся, словно девушка для него ничего не значила. Юлия всхлипнула. Ниш не оглянулся, хотя почти физически чувствовал ее боль. Не успел он продолжить подъем, как раздался жалобный вопль:
— Ниш, не бросай меня!
Он замер на одной ноге, но сдержался и тяжело шагнул вперед. Он прошел не больше двадцати шагов, когда Юлия догнала его, неслышно ступая обутыми в мягкие ботинки ногами. Ниш не знал, чего теперь от нее ждать, но, к его удивлению, Юлия выбрала умоляющий тон.
— Ниш, я буду показывать тебе дорогу, — сказала Юлия, так крепко схватив его руку, что ему стало больно. — Только не оставляй больше меня одну.
— Ладно, — ответил Ниш, не сводя глаз с вершины.
К рассвету они поднялись высоко над оставленным лагерем. Утренний туман клубился над ледопадом и до неузнаваемости изменил очертания ледника. Юлия остановилась, чтобы надеть очки. Им предстояло нелегкое восхождение по наклонной плите из сланца с прожилками похожего на сахар кварцита. На обледеневшей поверхности ботинкам не за что было зацепиться. У Ниша сразу заныли мускулы ног.
— Куда теперь? — спросил он у Юлии, остановившейся на краю выступа, за которым стена становилась отвесной.
На секунду в ее лице мелькнула неуверенность. Она прикрыла рукой глаза, удовлетворенно кивнула и отправилась дальше. Через несколько часов они оказались у нижней границы сплошных льдов. Вид скал изменился. Здесь встречались пластинчатый аспидный сланец и гранитный гнейс. Внезапно послышался оглушительный треск, и звук, издаваемый сползающим ледником, изменился.
— Что это? — спросил Ниш.