Чтение онлайн

Я хоть и стоял в сторонке, но все-таки увидел, как коленки у крутого Волчкова дрогнули.

– А… зачем здоровые дергать?

– Она плохо видит.
– Небрежно так было сказано.
– Иногда ошибается. Потом извиняется, конечно.

– А… Ну, если так… Слушай, Лех, может, порекомендуешь меня своей бабушке как пациента, а? Мне очень надо.

Я хоть и стоял в сторонке, но все-таки увидел, как на Алешкином лице отразилось: «А то я не знаю, как тебе надо! И зачем!»

– Да она за городом живет, - неохотно так отговорился Алешка.
– Туда ехать нужно.

– Ну

и что? Я с машиной. Едем?

Алешка задумался, загрустил:

– Понимаете, Александр Павлович, наша бабушка, она очень гостеприимная…

– Ну и хорошо!

– Кому - хорошо, кому - плохо, - философски заметил Алешка.
– Как к ней приедешь, она сразу угощать начинает. Все, что у нее есть, на стол ставит…

– Хорошая у тебя бабушка!
– искренне похвалил Волчков.
– И зубы лечит, и на стол ставит…

– В том-то и дело, - вздохнул Алешка.
– А она сама потом три дня голодная сидит. Она у нас гордая. А пенсия у нее… маленькая.

– Нет проблем! Все привезем с собой. Что она любит?

– Ну… - Алешка задумался, припоминая. Начал: - Курочка жареная пойдет. Сосиски. Бананы. Соки натуральные. Тортик к чаю…

Я хоть и стоял в сторонке, но все-таки видел, как менялось, скучнело на глазах лицо Волчкова. Сейчас Алешка еще добавит: неплохо бы и евроремонт бабушке сделать, телевизор обновить, а то и стиральной машиной старушку порадовать… Но, к счастью для Волчкова, прозвенел звонок.

– Тебе это надо?
– сердито спросил я Алешку.
– Тебе бабушку не жалко?

Алешка усмехнулся:

– Мне Волчкова жалко. Ты что, Дим, нашу бабушку не знаешь?

– Я с вами поеду, - решительно заявил я.
– Только зачем?

– Нужно кое-что уточнить, Дим. А ты, конечно, поедешь. И пистолет папин возьми. Подарочный.

Час от часу не легче.

Папин подарочный пистолет - ему вручили его в германской полиции за творческое сотрудничество в борьбе с международной преступностью - стреляет металлическими шариками. При попадании в цель эти шарики громко взрываются. И вообще, он очень похож на настоящий. И, конечно, папа категорически запрещал нам трогать его в свое отсутствие, брать без спроса. Даже ненасовсем.

– Попадет, - высказался я.

– А мы не скажем, - легко решил проблему Алешка. И добавил: - А если ты меня этим пистолетом отобьешь от бандитов, папа тебе только спасибо скажет.

Ага, скажет. Даже два раза. Один раз вдоль, другой - поперек.

– Ма!
– крикнул Алешка.
– Мы к бабушке поедем!

– Какие молодцы!
– похвалила нас мама из кухни.
– И я с вами!

Мы вздрогнули и переглянулись.

– Ма!
– крикнул я.
– Мы - на машине! Нас учитель химии отвезет.

– Отлично! Люблю ездить к бабушке в машине с учителями химии!

– Вы чего разорались?
– вышел из кабинета папа.

– Чего вы тут орете?
– появилась из кухни мама.

Алешка поднялся на цыпочки и шепнул мне в ухо.

– Ну вот, - сказала мама.
– Голос сорвал.

– Ма, - проговорил я по Алешкиной подсказке, - ты в машине не поместишься.

– Вот это новости!
–

Мама всплеснула руками.
– Отец, ты слышал?

– Они тебе льстят, - успокоил ее папа.
– Не такая уж ты толстая.

– Не в этом дело, - поспешил я.
– С нами еще два учителя едут.

– И все к нашей бабушке?
– с подозрением в голосе поинтересовалась мама.

Но тут Алешка с видом: какие вы все бестолковые - начал объяснять:

– Наш Шурик… То есть Александр Павлович, случайно узнал, что мы едем к бабушке. А у него там случайно оказалась другая бабушка, своя. Ну и…

– Что-то много случайностей, - с подозрением в голосе заметил папа.

– Потому что бабушек много, - завершил Алешка дискуссию.

Мама вздохнула и пошла на кухню собрать своей маме, нашей бабушке, гостинчики.

Алешка выглянул в окно:

– Экипаж у подъезда, Дим. Машина подана.

Мы забрали сумки для бабушки и спустились вниз.

Волчков стоял у машины, приоткрыв заднюю дверцу.

– Какая красивая!
– восхитился Алешка.
– Это ваша?

– На чужих не ездим, - широко улыбнулся Волчков.
– Садитесь. Вещи можете спустить на пол.

Это были сумки с курицей, бананами и тортиками.

Доехали мы быстро. Машина мчалась как птица-тройка - легко и непринужденно. Алешка всю дорогу как мог успокаивал Шурика.

Вот как он мог.

– Это все ерунда, Александр Павлович, - трещал Алешка.
– Пустяки, особенно с укольчиком. Даже немного приятно, когда иголка в десну вонзается. С таким хрустом! А через полчасика уже ничего не чувствуешь. Будто тебе в рот футбольный мяч засунули - сидишь себе и сопишь носом, чтоб не задохнуться. А уж рвать - вообще элементарно. Ничего не больно. Только слышишь, как в ушах челюсти трещат…

Примерно на этом месте, у очередного светофора, Шурик вдруг перестроился в левый ряд и включил мигалку.

– Зачем?
– удивился Алешка.

– Давай, Лех, как-нибудь в другой раз. Я, кажется, утюг забыл выключить.

– В другой раз! А бабушка? Она нас ждет! Стол накрыла. Клещи приготовила!

– Какие клещи?

– Щи, я сказал. Едем, едем, ничего страшного. А если в обморок упадете, у бабушки полно нашатыря. Целая банка из-под компота.

– Ну разве что, - вздохнул Шурик.

И мы поехали дальше, к бабушке. На компот из нашатыря.

– Александр Палыч, - сказал Алешка, когда мы подъехали к домику бабушки, - вы пока свои сумки не берите. Дим, забирай наши, пошли, порадуем старушку.

А на крыльце он, постучав в дверь, звонко заорал:

– Ба! Я тебе клиента привез! Со своим питанием.

Бабушка вышла, обрадовалась. Поздоровалась. И сказала Шурику:

– Улыбнитесь, молодой человек.

Шурик оскалился.

– Отлично. Есть над чем поработать. Заходите!

В бабушкином доме Шурика поразили две вещи: зубоврачебное кресло и подарочный зуб на полке, как раз над креслом.

Зато стол был уже накрыт. Мы передали бабушке мамины гостинцы, она их перебрала, отложила что-то для себя, а почти все оставшееся уложила обратно в сумку.