ФАНТОМ
Шрифт:
ГЛАВА 4
Ричард замер на месте как вкопанный, уставившись на Никки, парящую в воздухе прямо над тяжелым библиотечным столом. Сеть из пылающих зеленым светом геометрических линий опутывала пространство вокруг нее. В ней всё было совершенно неподвижным, она, казалось, даже не дышит. Синие немигающие глаза, устремленные вдаль, словно разглядывали только ей видимый мир. Знакомые, изящные черты лица в зеленоватом свечении ярких линий как будто застыли для вечности.
Ричард подумал, что она выглядит скорее мертвой, чем живой. Она напоминала труп, лежащий в гробу, приукрашенный для живых.
Зрелище было удивительно
Он осознал, что задерживает дыхание, и, наконец позволил себе выдохнуть.
Видимо, в знак единения с молниями за окном воздух в комнате потрескивал, полный такого напряжения, которое было заметно даже неопытному глазу Ричарда. Похоже, это было какое-то необычное заклинание. И именно оно вызвало изменения в воздухе, которые привлекли внимание Ричарда.
Да проживи он даже две жизни, Ричард и тогда не смог бы найти причин, чтобы использовать магию таким образом. Сейчас, очарованный представшим перед его глазами зрелищем, он жалел, что столь мало знает о таких вещах. И в то же время зрелище казалось ему мрачным и пугающим.
Выросший в Вестландии, где не было никакой магии, Ричард порой удивлялся тому, что упустил. В моменты, подобные этому, он чувствовал себя безнадежно невежественным. Но в других случаях, например, сейчас, когда Кэлен была похищена при помощи магии, желал бы никогда не иметь с нею дела.
Приверженцы учения Имперского Ордена получили бы циничное удовольствие, знай они о подобных рассуждениях Лорда Рала относительно магии.
Хотя Ричард и рос, не подозревая о существовании магии, с той поры он, все же, кое-чему научился в этой области. Так, например, он знал, что Благодать под ногами Никки была основой всего, символом, которым пользовались все, обладающие даром. А еще он знал, что Благодать, нарисованная кровью, используется чрезвычайно редко и лишь только при самых серьезных обстоятельствах.
Взглянув на тускло мерцающие магические линии, начертанные кровью, Ричард заметил еще кое-что, от чего волосы у него встали дыбом. Одна из ног Никки была направлена в самый центр Благодати - часть, представляющую свет Создателя, средоточие самой жизни - оттуда исходят лучи Света, пронзают мир живых, пересекают завесу и затем проникают в вечность Подземного мира.
Одновременно вторая нога Никии застыла над столом за пределами внешнего кольца - над той частью, что символизирует мир мертвых.
Никки находилась между миром жизни и миром смерти. И Ричард знал, что это едва ли произошло случайно.
Он попытался отрешиться от завораживающего вида Никки, висящей в воздухе, и позади нее в тени заметил Натана и Энн. Время от времени освещаемые вспышками молний, они напоминали мерцающих призраков, исчезающих и вновь появляющихся из небытия. Они также с серьезным видом наблюдали за Никки в центре пылающей фигуры.
Зедд, уперев одну руку в костлявое бедро, а другой потирая гладко выбритый подбородок, медленно шагал вокруг стола, поглощенный наблюдением за изменениями в сложнейшей структуре зеленых светящихся линий
Снаружи за высокими окнами продолжали полыхать молнии, но удары грома приглушались
толстыми каменными стенами Замка.Ричард пристально всматривался в лицо Никки.
– С ней… с ней все в порядке?
Зедд глянул так, будто уже забыл о присутствии Ричарда.
– Что?
– С ней все в порядке?
Зедд нахмурился.
– Откуда я знаю?
Ричард ошеломленно всплеснул руками.
– Признавайся, Зедд, разве это не ты засунул ее туда?– с тревогой в голосе спросил он.
– Не совсем… - пробормотал Зедд, потирая ладони, и двинулся дальше.
Ричард шагнул ближе к Никки.
– Что происходит? С Никки все в порядке? Ей угрожает опасность?
Наконец Зедд оглянулся и вздохнул.
– Этого мы наверняка не знаем, мой мальчик.
Натан вышел из тени к столу, в круг зеленоватого света. В хмурых голубых глазах высокого пророка явственно читалось беспокойство. Пытаясь жестом успокоить Ричарда, он слегка пожал плечами, при этом его длинные седые волосы растрепались.
– Мы считаем, что с ней все в порядке, Ричард.
– Теоретически, с ней все должно быть хорошо - подтвердила Энн слова Натана.
Широкоплечий пророк значительно возвышался над нею. В своем простом шерстяном платье, с седыми волосами, собранными сзади в пучок, Энн выглядела серой мышкой рядом с Натаном. Ричарду подумалось, что рядом с Натаном любой будет выглядеть неприметно.
– Это еще что такое?– жестом, указывая на сеть геометрических линий, окружающих Никки, спросил Ричард.
– Контрольная сеть, - ответил его дед.
– Контрольная? И что она контролирует?– нахмурился Ричард.
– Заклинание Огненной Цепи, - мрачным голосом произнес Зедд.– Мы пытаемся разобраться, как оно действует, чтобы понять, существует ли способ разрушить заклятье.
Ричард почесал в затылке.
– О-о-о…
Происходящее нравилось ему все меньше и меньше. Он отчаянно хотел разыскать Кэлен. Но, все же, волновался и за Никки - неизвестно, что может случиться с ней при попытке распутать загадочные заклинания, созданные древними магами. Как Первый Волшебник, Зедд обладал способностями и талантами, которых Ричард не мог даже представить, но, все же, волшебники древности стократ превосходили Зедда. Как бы ни были сильны Зедд, Натан, Энн и Никки, сейчас они столкнулись с проблемой, далеко превосходящей их возможности, даже вместе взятых. Они пытались разобраться в том, чего опасались даже волшебники прежних времён. Впрочем, был ли у них выбор?
Помимо того, что Никки была ему по-человечески дорога, Ричард нуждался в ней, как в верном соратнике в поисках Кэлен. Пусть остальные были в некоторых вопросах более сильными или более осведомленными, чем Никки, сумма всех составляющих достоинств бывшей Сестры Тьмы делала ее равной им. Она, пожалуй, была одной из самых сильных волшебниц, что когда-либо существовали: то, что другие делали с большим трудом, Никки могла совершить одним лишь взглядом. И это самое малое, что он мог бы рассказать о ней. Кроме Кэлен, он не знал никого, способного так сосредоточиться на своей цели. Кара могла быть неустрашимой, если дело касалось его защиты, но Никки была способна проявить все свое упорство, если считала это необходимым. Когда-то, в то время они еще были врагами, это упорство делало ее не только жестокой и сильной, но и очень опасной.