Чтение онлайн

– Эмма Петровна, меня прислал Олег Нечаев. Он сказал, что вы можете помочь с бытовой магией.

– Звонил паренёк, предупреждал. Значит, ты Дарья?

– Можно просто Даша, - я протянула коробку, - Эмма Петровна, я купила торт-мороженое, боюсь, растает.

– Ну что ж, значит, начнём с кухни.

Мы прошли на чистенькую кухню. Несомненно, главенствующее место здесь занимал стол, покрытый скатертью с вышитым ягодником по краям. И на его белоснежный центр хозяйка небрежно поставила коробку. Достала пару блюдечек с чашками и розетку с вареньем.

– Давай начнём с того, что ты уже знаешь.

Я легко выставила свой золочёный щит.

– К сожалению, это всё, что я могу.

Она

покивала:

– Дело поправимое. Главное, фантазия у тебя есть.

Эмма Петровна в своей жизни ко всему подходила с выдумкой. Белоснежная скатерть оказалась покрытой тонким слоем магии, вышивка - наложенной иллюзией. Хозяйка призналась, что частенько меняет узор, чтобы не надоедало. Уборка в квартире проводилась так: из воды и воздуха создавался своеобразный валик, который прокатывался по загрязненным местам, собирая к оси пыль и мусор. По мере загрязнения валики отправлялись в унитаз и создавались новые. Пульт от телевизора был привязан магической резинкой к дивану. Пригоревшие кастрюли чистились по сложному принципу:

– Тебе достаточно найти или вычистить хотя бы маленькое пятнышко, а потом применяешь аналогию, вуаля! И твоя кастрюля как в день покупки, только грязь смети отпавшую. Правда, есть побочный эффект: зарастают все трещинки и щербинки, ну и энергии твоей тратится много. Поэтому всё же не доводи.

– Одежду? Ну попробуй по аналогии. Хотя как ты найдёшь чистый кусочек? Разве что если порванное восстанавливать. Тут чем проще - тем лучше. Одежду кинешь в ведро или бочку с водой и запустишь маленький вихрик, трав добавишь...

– Ну паутину собрать - это совсем элементарно, так же и пыль с полок...

– И не обольщайся. Иллюзии и покрытия держатся, лишь пока ты про них помнишь или фиксируешь. Со временем придёт навык, научишься закреплять на определенное время.

К вечеру я была как выжатый лимон. Моё белое покрытие (я так и не научилась делать невидимым) ужасало своими буграми и впадинами, иллюзорная вышивка сползала через пару секунд. Чистящий валик работал прилично на чистом полу, но когда Эмма Петровна разлила для проверки варенье, с энтузиазмом развёз его по полу и, завертевшись, забрызгал мои джинсы.

– Отлично, - просияла дама, - вот и случай попробовать твою идею с аналогией!

В общем, уходила я однозначно продвинутой в бытовой магии, нагруженной уймой неопробованных идей, в интересных джинсах крапчатой расцветки. Эмма Петровна называла меня Дашенькой и всячески зазывала приходить ещё.

Глава 41. Прощание с Москвой

Вторник был посвящен прощанию с Москвой. Я дала волю дару, шагала по городу, в парках покупала мороженое на палочке, каталась на колесе обозрения. Свернув на неизвестную улицу, попала на флэшмоб. В метро пробежалась по эскалатору. Зашла в ювелирный и купила цепочку из черненого и белого серебра. За день так привыкла прислушиваться к дару, что, ничуть не задерживаясь, выскочила на Красную площадь. Прямо на них. И чувствуя, как моя улыбка неудержимо расплывается по лицу, побежала бегом.

Белые брюки и рубашка, зелёная кепка прикрывает рыжие волосы, а радостную улыбку видно, наверное, с другого конца Красной площади. Маленькая принцесса в голубом сарафанчике и панамке держится за папину руку, подпрыгивает, кричит:

– Даша!
– и бежит мне навстречу.

– Анжелика!

Я подхватила маленькое лёгкое тельце и закружила:

– Как ты выросла! Привет! Вспоминала меня?

Она кивает:

– Снежный город, - хорошо, что не грязный подвал.

Подходит Рудольф, я вспоминаю свой заржавевший английский. Сквозь растерянность, потрясение сильными переменами в Анжелике, я - счастлива. И снова

мы смеёмся, шутим, идём по Москве, только уже втроём. Довольная Анжелика вышагивает между нами, держа обоих за руки. Рудольф рассказывает, как прошло переселение Анжелики: "Из дикарки она вдруг превратилась в маленькую фею. Сестрёнок постоянно обнимает и целует, а за Софи просто ходит хвостиком". Против такого восхищения сложно устоять, и вся семья полюбила Анжелику. Репетиторы, психологи, доброе отношение постепенно сделали своё дело: ребёнок поверил в счастливое настоящее.

– Первое время она начинала паниковать, когда я уходил на работу или по делам. Я взял отпуск, и неделю мы с Софи посвятили детям. Девочки очень сдружились, тоже просились в Россию, посмотреть на родину Энжи, но не сложилось. А как ваши дела, Даша?

– Я послезавтра покидаю Москву. Дальняя дорога, страны, языки. Так что, наверное, мы видимся в последний раз. Очень рада за вас.

– Даша, - дёрнула меня за руку Анжелика, - я буду за тебя молиться. Мама говорит, вы меня спасли.

– Спасибо, малышка, - растрогалась я, - главное, вырасти настоящим человеком и будь счастлива, договорились?

Она серьёзно кивнула.

* * *

Я раскачивалась на качелях и смотрела на новую пятиэтажку. Скоро было надо отправляться к бабушке, а я всё не могла уйти отсюда и зайти тоже не решалась.

Разрешил мои сомнения телефонный звонок, ворчливый голос Иртанова: "Заходите, Дарья, раз уж пришли".

Лейтенант в обычной футболке и шортах открывает дверь, а за ним стоит Несса. Она меня явно узнала, обрадовалась, потащила показывать комнаты и мебель. Мы обе плюхнулись на удобный кожаный диван. Я наконец смогла спросить:

– Ну как ты?

– Ещё не совсем хорошо, - призналась она, - многое будто в тени. Костя меня просто спас, ходил, как за ребёнком. Заставлял есть, пить, показывал фотографии, и постепенно память начала возвращаться. Кстати, всё, что выучила на курсах, я помню. И подумываю пойти на следующий курс к Владимиру.

– Здорово!
– восхитилась я.
– Рада за тебя. Когда поженитесь?

Она порозовела:

– Костя сказал, что в начале осени у вас время свадеб, к тому времени я точно должна выздороветь, - Несса помолчала и нерешительно спросила, - Даш, ты не знаешь, отцу разрешат присутствовать на свадьбе?

– А ты этого хочешь?

– Не знаю. Я хотела бы увидеть его. Он так много мне дал... Спросить, зачем так... Понять.

– Простить?
– сочувственно спросила я.

Она задумчиво взглянула на меня:

– Ты же ещё не знаешь. На следующий день после...
– она затруднилась подыскать слово.

– Разборок?

– Да. В понедельник. Пришли люди, сами открыли дверь, начали кричать, оказалось, что им сдали квартиру за большие деньги на год. От моего имени. Костя начал искать договор и нашёл, а ещё иностранные паспорта и другие документы. Билеты на самолёт на вечер того же воскресенья. Костя сказал, что отец сумел купить островок. Я думаю, что он планировал жить со мной там до моей смерти, - она вовсе не выглядела шокированной.

Я ахнула:

– Ты так спокойно к этому относишься?

– Он часто повторял, что я его сокровище, что мама оставила нас двоих. И что он всегда будет заботиться обо мне. Сложно поверить, что его рядом нет. Иногда кажется, что я сплю.

– А теперь как?

– Костя взял кредит, чтобы вернуть неустойку по договору аренды. Осенью поженимся. Надеюсь, отцу никогда не разрешат вернуться в этот мир, - она отвернулась к окну, скрывая слёзы, - очень страшно заблудиться самой в себе и во всём, всех бояться, постоянно ожидать кого-то родного и не дождаться.