Эртэ
Шрифт:
— Когда эта женщина в белом, и Великий Маг обменяются кольцами, произойдёт солнцестояние. А когда они поцелуются…
— Что тогда? — споткнуться о торчащий из земли корень дерева несложная проблема. Сложнее удержаться на ногах…
— Как что? — от возмущения мальчишка чуть не задохнулся. — Но ведь тогда…Тогда Великий Маг обретёт силу, великую и страшную…
— Ну и что? — равнодушно пожимает плечами доктор. — Что взять с его силы?
— Но… но как вы м-можете…
Странный мальчик. Кажется, сейчас его хватит удар. Чего он так разволновался?
— Послушай мальчик…
— Я Далв! Я говорил это вчера…
— Прекрасно Далв! Твоё имя так же необычно, как и ты сам! Давай не будем
— Нас ждёт Лес! — упрямо сдвинул брови мальчик.
— Но мы и так в лесу. Дремучем и непроходимом. Какой странный девственный лес! — оглядывается мужчина. — Такое ощущение, что сюда никогда не ступала не только нога человека, но и животных…
— ДаКоны сожрали всех животных. — мрачно произнёс Далв.
— Здесь водятся драконы? — шутливо удивился доктор. — Может, ты имеешь в виду самых обыкновенных гигантских змей, или ящериц, но драконы…
Но его слова были неожиданно прерваны. Далв, схватив доктора за руку, испуганно задрожал, когда где-то рядом неожиданно раздался громкий крик неизвестного животного. Крик, который тут-же перерос в странный рёв. Низкий, тягучий и малоприятный.
— Это даКоны. Они чувствуют запах крови человека. Бежим!
— Ну, что-же! — обречённо пожал плечами Сергей Викторович. — Бежим, так бежим…
Они опять мчались по непроходимой чаще, порой врываясь в буйные заросли лопуха, крапивы или папоротника так бесстрашно, что, в конце концов, Сергей Викторович почувствовал себя великим воином, сражающимся с огромными полчищами врагов. Когда же, наконец, они перебрались через небольшой ручей с холодной и вкусной водой, Далв обессилено повалился на землю, и простонал:
— Теперь мы почти в безопасности. Вода унесёт наш запах.
Но тут-же вскочив с земли, с сожалением посмотрел на примятую траву, тихо произнёс:
— Идемте доктор Апрель. Нас ждёт Лес!
Какое-то время они пробирались через заросли оврага молча, сосредоточенно глядя себе под ноги. Но когда доктор вдруг споткнулся о корявый корень, и растянулся неподалёку от зловонной лужи, терпению его пришёл конец.
— Эй, малыш, а мы не заблудились часом?
— Меня зовут Далв! — отвечал мальчик. — Я не малыш. И мы идём к Лесу.
— Прекрасно! — отчего-то раздражаясь, произнёс доктор. — Но почему мы всё время бежим, или от кого-то скрываемся. Я не вижу тут никого. А врагов тем более. Мы сражаемся с болотной жижей, да лопухами, пробираемся через овраги, и зловонные болота, и никому в голову не приходит, что эти игры очень опасны для ребёнка…
— За болотом будет ждать Лес! Вас там ждут! — упрямо повторяет мальчик.
— Лес-Лес! Неужели кроме того леса больше нет никого и ничего… — раздражение всё больше овладело Сергеем Викторовичем, но он тут-же устыдился своего гнева, увидев вдруг грустные глаза мальчика. Как интересно, глаза мальчика вдруг из голубых превратились в темные, почти чёрные… как две блестящие смородины…
— Ты прав доктор Апрель, здесь никого нет! Кроме Леса! Все взрослые и даже маленькие дети заточены в подземелье. Они умирают от холода и голода. Иногда по ночам я слышу стоны взрослых и плач маленьких детей. Они ждут нас. Ждут давно! И они не потеряли веру в своё спасение…
— А твои родители? — тихо спросил мужчина, проникаясь состраданием к мальчику. — Они тоже в подземелье?
Мальчик промолчал, низко склоняя голову, словно скрывая слёзы. Но затем чуть слышно прошептал:
— Я найдёныш! Меня нашёл Лес в одном из разоренных Магом поселений. Я был накрыт кучей старых одеял. Маггуты слишком торопились, а даКоны как ни странно, не учуяли мой запах. Хотя Лес говорит, они были
уже сыты…— Неужели у них такой отменный нюх? — усомнился доктор, взбираясь на большое, поваленное на землю дерево, расщеплённое надвое молнией. — Хотя, судя по тому, как мы петляем по сырым оврагам, возможно, так оно и есть! И ещё одно! Почему ты всё время зовёшь меня Последним потомком…
— Ш-ш-ш-ш! Прошу вас тише! У каждого дерева могут быть уши. Кроме Леса, и меня, о вашей тайне никто не знает…
— Моей тайне? — изумился доктор, прыгая с дерева на землю. — Именно моей? Откуда…
Но в этот момент раздался болезненный крик мальчика и повернувшись, доктор едва не вскрикнул от увиденного. Нога мальчика, соскользнув со ствола, застряла в узкой расщелине дерева, неестественно вывернувшись и причиняя малышу нестерпимую боль. А сам мальчик, цепляясь руками за кору, медленно сползал с бревна вниз головой. Доктор ловко подхватил мальчишку, да и ногу Сергей Викторович освободил ему быстро, но Далв всё-же умудрился заработать растяжение связок. Несмотря на его жалобные, полуприглушенные стоны, доктор сумел вправить мальчишке ногу, туго перебинтовал её кусками материи, оторванной от остатков своей рубахи. Затем он поднял мальчика, и через минуту тот уже с явным удовольствием восседал за спиной доктора.
— Если мы идём к твоему несравненному Лесу, то давай поторопимся. Иначе на голодный желудок я не смогу таскать тебя на загривке целый день. Ты брат, тяжёл…
— Старик Лес говорит, что когда я вырасту сильным и крепким, то верну своей земле свободу. Мне надо быть сильным. С меня начнётся новое время…
— А ты, братец мой, хвастун каких ещё мало. — отозвался Сергей Викторович, и усмехнувшись, добавив чуть тише:- Болтун тоже отменный…
— Я не болтун… — насупился мальчик, но тут-же замолчал, прислушиваясь к чему-то.
Сергей Викторович тоже вдруг почувствовал странное беспокойство, хотя внешне всё кругом дышало тишиной и спокойствием. Но через минуту Далв, подскочив на спине доктора, зашептал ему прямо в ухо.
— Я слышу дыхание даКонов. Маггуты идут по нашему следу. Надо спешить!
— Конечно, даКоны, это чушь собачья. Но… если ты утверждаешь, что надо спешить, то поспешим… — согласился мужчина, чувствуя, что в самом деле надо уходить как можно быстрей от этого места, и как можно дальше.
Крепче обхватив мальчика за ноги, он помчался вперёд, лавируя между деревьями, проваливаясь по щиколотку в прохладную вязкую тину оврагов. Сколько времени продолжался этот вновь изматывающий душу бег, неизвестно. И почему солнце кажется огромным блином на странном, уныло-сером небосводе, тоже неизвестно. По нему не определишь, который час. Солнечный диск не движется, и, кажется совсем ненастоящим, а исскуственным, как и весь этот никому не известный уголок таинственной земли. Да и земля ли это? А может это просто сон или мираж? Можно было бы о многом расспросить Далва на привале, но он тут-же сполз со спины Сергея Викторовича, едва пришлось тому остановиться, что-бы передохнуть. И вот он уже спит, уткнувшись лицом в пожелтевшую траву. А может, делает вид, что спит, опасаясь неминуемых расспросов. Неужели он так обессилел, или просто хитёр?
— Эй, Далв, ты спишь? — Сергей Викторович тронул за худенькое плечо мальчика, и слегка потряс.
— Угу! — не разжимая век, кивнул головой маленький хитрец, и вновь крепко зажмурился.
Доктор вздохнул. Едва ли, что вразумительного он добьётся от этого мальчишки, который пытается сильнее вжаться в пожухлую траву, что-бы только избежать неминуемых вопросов. Зачем нужен этот отдых, если за ними погоня? А может мальчуган заметил, что взрослый мужчина выбился из сил, и ему следует дать немного отдыха? Ну, если так, то почему-бы не передохнуть!