Еретик
Шрифт:
/Выше на 10 км/
— И все-таки, Сестра, посылать её так сразу было нелогично.
— Меньше времени. Больше польза. Раньше спасем Физа.
— Ты уже помешалась на этом. Вот поэтому в нашей инструкции и был пункт «никакой личной привязанности»! Чтобы у нас крыша не ехала!
— Неважно.
— А то, что Каси из-за этого помереть может, тебе тоже неважно?
— Я защищу.
— Каким же образом?
— …
Разум тяжело вздохнула и вновь уставилась в экран. За счет камер она могла прыщик на макушке Каси разглядеть, даже с такой высоты. А уж про контроль окрестностей и говорить нечего.
Армия шла пешком, то
/Фисали, ПЛ/
Наступила ночь, и я аккуратно зашел в пыточную, прикрыв дверь. Гаред удивленно поднял бровь.
— Чего это ты, предатель, в такую рань сюда приперся?
— Тихо! Ты же хочешь отсюда выбраться? Я помогу.
Пока он офигевал, я разрезал веревки.
В целом, в чем состоит план Джейка. Мы освобождаем его, он проводит меня к убежищу, и через некоторое время я предоставляю инквизиции все планы. Если попробую предать — мне обещали такие муки, что преисподняя курортом покажется. А на руки и ноги надели особый браслет — если не вернусь через неделю, отрубит все к чертям, и я умру от кровотечения.
Наконец, последняя веревка упала на пол, и Гаред встал, потирая запястья.
— Благодарю, ваше свободничество…
— Тихо ты. Еще из отделения нужно выйти. Я знаю расписание патрулей. Пошли.
Мы выходим, и я «случайно» цепляю стоящую рядом трубу. Она падает, издавая звон. Я чертыхаюсь, хватаю Гареда за руку и несусь вперед, в один из коридоров. Джейк несколько раз повторил солдатам план действий, и что звон от трубы означает начало этого плана. Сейчас вниз спустится сержант, посмотрит на трубу, и лениво уйдет, не смотря в прикрытую дверь пыточной. Мы выйдем, пойдем дальше по коридору, «случайно» обходя патрули. Джейк даже нарисовал мне карту, чтобы я не заблудился и точно дошел до черного входа. Патрули там временно перемещены. Главное — действовать быстро.
Направо, налево, направо, толкнуть дверь, нырнуть в кусты справа. Мимо проходит стражник и усиленно делает вид, что нас не видно. Ныряем дальше, и мы выходим на улицу. Дальше ведет Гаред — он ведет меня какими-то хитрыми путями по городу, и в результате мы оказываемся в еще одном полуразрушенном доме. Там он и останавливается.
— Фух, ну, спасибо, ваше свободнийчество. Выручили.
— Обращайся. Точнее, не так. Теперь мне нужна помощь. Из-за того, что я тебя спас, у меня будут проблемы, и мне нужно укрыться.
— Ни слова больше!
А он доверчивый. Гаред зашел в дом, и потянул за лампу. Кусок стены отъехал в сторону. После этого мужчина шагнул в сторону и несколько поклонился.
— Прошу.
Я величественно кивнул и шагнул внутрь. Там оказался туннель с кое-как обработанными каменными стенами, и медленно уходящий вниз. Ну, учитывая отсутствие освещения, ступеньки смотрелись бы травмоопасно.
Путь по туннелю занял некоторое время. Не могу сказать, сколько точно[3], пока гуляешь по такому коридору, время теряет всякую значимость. Однако в конце туннеля мы уперлись в грубо сколоченную из дерева и кусков ржавого металла дверь. Стоило мне подойти, как заслонка отодвинулась, на меня внимательно посмотрели. Глаза за дверью прищурились, и что-то
нажали. Меня ослепило светом, и я уже сам прищурился. Вдруг я услышал его шипение.— И что инквизиторская крыса забыла здесь?
Свет притух, и я смог открыть глаза.
— Да вот, его спас из пыточной.
Стражник, суровый бородатый мужик, внимательно посмотрел на Гареда. Тот вновь провернул трюк с серыми глазами, после чего… дверь открылась.
— Заходи. Гаред, где твоя наставница?
— Застрелили, Грох.
— Жаль, хорошая девка была, боевая. А задницей как на подиуме крутила…
— И не говори…
Так, понятно, дальше сам. Ну да ладно. Для начала, стоит скинуть эту мантию. Она вызовет кучу проблем. Хорошо хоть под ней рубашка и штаны. А мантию символом внутрь заверну. Во, нормально. Грох обернулся и хмыкнул.
— Вот так получше будет. Ты из высших?
Опять глаза… ладно.
— Не сказал бы. Просто…
Что сказать? Не хватает информации! Однако Грох уже кивнул.
— Понимаю, давний агент. И давно ты писарь?
— Да вот, со вчерашнего…
— Опа! А этот балбес помешал тебе внедриться?!
— Типа того.
— Гаред, мать твою! Операцию старшему брату сорвал!
Они правда верят в такую простую защиту, как цвет глаз? И как этот культ еще не вымер?
— Раз уж я здесь, может, расскажите, что да как изменилось за время моего отсутствия?
— А? Да, сейчас. Гаред, постой заместо меня, ага?
Спасенный лишь обреченно кивнул. Бородатый протянул мне руку.
— Анто.
— Эм… Фисали.
— Пошли.
Он повел меня по убежищу, рассказывая довольно сухо о каждом. Вообще, убежище изнутри было похоже на подземный городок. Причем большую часть работы сделала природа, образовав расщелину, в которой люди и поселились. Смотрелось… красиво. Хотя каждый раз забираться на верхние ярусы, наверно, трудно. А постройки в основном были выполнены ил дерева и металла разной степени ржавости. В общем, слепили из того, что было. Самое забавное, что в этом убежище даже наливали. Вроде просто укрытие для преступников, а все есть — и бар, и казино. Разве что дети не бегают по ущелью. Хотя нет, вон там пацан какой-то на ящике сидит… А где?
Вдруг мне в шею уткнулась иголка. Странно, почему само чувство мне пиздец как знакомо? Может, нас так тренировали писать?
— Что-то ты слишком похож на инквизитора, мужик. Не обессудь…
— Жорм, отстань от него! Он из стареньких!
— Пф. Тоже мне, начальник нашелся.
— Я все Келье расскажу.
Иголка мгновенно исчезла. Странно, парень выглядит довольно тяжелым, но веса его я не почувствовал. Что тут происходит?
— Анто, шантажировать плохо.
— А тыкать людям в шею иголкой — хорошо?
— Да.
Жорм вновь уселся на ящик, и Анто повел меня дальше.
— Ты прости его. Судьба у него суровая — инквизиторы родителей убили. А он обещал отомстить, научился убивать. Вроде как скоро двенадцать стукнет, а у него за душой уже с сотню трупов.
Меня смутила эта информация. Почему? Инквизиция же, вроде как, должна защищать граждан от еретиков? Еретики злые, инквизиция добрая, нет? Что-то в глубине души говорит — нет.
Экскурсия закончилась в одном из пабов. Там же сидел суровый мужик, весь покрытый шрамами, и спокойно пил. Однако от остальных он отличался стальными серыми глазами, и… серым плащом. Плащ будто был соткан из самоцветов — в сером мерцали другие цвета. В мельтешении цветов мои глаза вдруг выцепили — «Разрушитель». Это… галлюцинация? А он оглянулся на меня… и приветственно махнул рукой. Я немного поклонился, что вызвало у него легкое недовольство.