Эмигрант
Шрифт:
Он уронил на пол крышку и ланцет и успел-таки перехватить тень заклинанием в полете. Выругался, на этот раз вслух, оглядываясь:
– Откуда?..
– Вентиляция, – тихо сказала Лотта, кивком указывая на потолок.
Жорот перекрыл все три решетки и вновь вернулся к королеве. Поднял ланцет и крышку, резанул ланцетом по руке, подставил крышку, с помощью заклинания установив ее прямо на воздухе, и напряг мускулы, заставляя кровь течь быстрее.
Когда кровь покрыла слоем всю поверхность импровизированного подноса, он закрыл рану.
– Я попытаюсь достать шип. Потерпите немного.
Женщина кивнула.
Он
– Давайте я обеззаражу рану как смогу. Вертер, когда освободиться, пусть повторит. Шипы не отравленные, но отнюдь не стерильные.
Он сделал несколько пассов, встал.
– А вы? В вас тоже попало два или три шипа, я видела.
– Я сам ничего не сделаю, только маг-целитель. Кстати, почему их нет во дворце?
Лотта язвительно отозвалась:
– Кецетин против. Что-то там насчет безопасности и целостности Сетей…
Жорот только головой покачал, но комментировать не стал. Привел в порядок вещи лекаря и вернул их обратно.
– Вертер!
– Что еще?
– Мне нужно обезболивающее. Самое сильное, что у вас есть. Срочно.
Старик выругался – где он только таких слов нахватался? Вроде интеллигент…
– Вы видите, я занят? – злобно спросил он.
– Да, но это действительно срочно.
Шипы в этот раз были очень сильными – они уже начинали преодолевать изоляцию Жорота. А по прикидкам колдуна, роды продлятся еще два-три часа как минимум, и, следовательно, выбраться к целителю раньше ему не удастся. Болевой шок ему в ближайшее время не грозит, но если его будет отвлекать боль, защитник с него будет никакой.
– Достаньте из саквояжа деревянную коробку, найдите там стеклянный пузерек с розоватыми таблетками и покажите мне.
Нужное лекарство нашлось только с третьей попытки. Лекарь, взглянув на пузырек, кивнул и сквозь зубы сказал:
– Возьмите две, принимать не больше одной за раз. Пузырек положите на место.
Действует шесть часов. И столько же будете отлеживаться после окончания действия.
– Понял. Благодарю. …Роды были тяжелыми и длились больше четырех часов. За это время Жорот отбил еще две атаки. Громадный грифон влетел через окно – то ли колдун поставил некачественную защиту, то ли кто-то из присутствующих случайно нарушил ее. Жорот испепелил его в воздухе, правда, тут же пришлось настежь открывать окно, а Вертер долго ругался, обзывая колдуна словами, подчеркивающими его скудоумие.
Впрочем, чад выветрился быстро, окно закрыли. Поврежденную защиту Жорот восстановил еще раньше.
Вторая атака была массированной и началась, когда головка ребенка уже показалась наружу. Жорот что-то подобное и предполагал, и заранее обратился к помощи Матери.
То, что он сейчас защищал роженицу и младенца должно было автоматически дать ему благословение Богини, но на всякий случай он обратился к Матери
напрямую – как оказалось, не зря. Магическая сила того, кто вел атаки, была сравнима разве с силой "старших". Или, в чем теперь Жорот до конца убедился, возможностями "Черного".Несмотря на то, что колдун считался в Клане одним из лучших боевых магов, сам он справиться с атаками бы не смог. Даже подпитываемый силой Богини, он с трудом успевал подновлять защиты и уничтожать тех монстров, которые все же ухитрялись пробраться в спальню. Пробрались двое – Тени-из-Внемирья, которую колдун рассеял усиленным заклинанием, и вампир, похоже, высший. Но уточнять Жорот не стал, просто воздушной волной впечатал нежить в то место, где раньше висело зеркало – задняя стена и оправа, оставшиеся от разбитого стекла, были отлиты из чистого серебра. Вампир осыпался сероватой пылью на пол, оставив на серебре темный силуэт.
Королева-мать и Тина были сильно напуганы и вздрагивали от каждого шороха, но сохраняли достаточно самообладания, чтобы помогать Вертеру. Лекарь же не обращал внимания ни на что вокруг, занятый пациенткой. К счастью, старик был не просто занудой и ворчуном, а действительно мастером своего дела.
Наконец ребенок закричал, тонким, квакающим звуком.
Вертер негромко сказал:
– Мальчик.
Жорот быстро подошел к младенцу, сделал над ним несколько пассов. И то же самое проделал над тяжело дышащей Селеной.
– Все. Думаю, опасности больше нет.
– Что вы сделали? – резко спросила Лотта.
– Закрыл им обоим каналы.
– Что это значит?
– Вы не сможете посвятить ребенка никаким богам до того момента, как он сам, сознательно, сделает выбор. Это дает ему дополнительную защиту… Иногда новорожденного посвящают какому-либо богу, это, в принципе, имеет тот же эффект – перекрывает каналы, с помощью которых можно вселиться в тело или воздействовать на него.
– Кецетин не делал ничего подобного.
– А что, вы рожали Лограна в подобной ситуации?
– Нет.
– Вот вам и ответ. Необходимости не было.
– Значит, это все же опасно?
Жорот покачал головой:
– Ни в коей мере. Просто иногда ребенка посвящают определенным богам, чтобы повысить его сопротивляемость, заручиться помощью в случае болезни…
– Почему же вы этого не сделали?
– Потому что я не жрец, – терпеливо ответил Жорот. – А закрыть каналы было необходимо.
– Пригласили бы жреца…
– И вы потащили бы младенца в храм, поскольку ритуалы по правилам проводятся только там, и неизвестно что случилось бы с ним по дороге, – Жорот покачал головой, – Ваше величество, я понимаю, вы беспокоитесь за внука, но я использовал наиболее разумный вариант защиты. Если хотите, проконсультируйтесь у Мердока или Кецетина, они подтвердят… Кстати, уже можно выходить.
Королева-мать задумчиво кивнула и повелительно приказала:
– Вертер, Тина, вы останетесь, пока вам не пришлют замену. Жорот, я понимаю, вам нужно к целителю, но мне будет спокойней, если вы подождете здесь, пока я схожу за Кецетином.
Колдун молча кивнул. Сел на один из табуретов и прислонился к стенной панели, полуприкрыв глаза. Он и не думал никуда уходить, пока не передаст новорожденного и Селену Кецетину. Каналы закрыты, и захватить или убить их сейчас не так просто.
Но возможно, так что выпускать подопечных из вида он не собирался.