Его тень
Шрифт:
Двое других только присвистнули на это. Анна понимала, что не справится сразу с тремя. Она и одному воину могла противостоять с трудом. Когда-то Эрик научил ее азам ведения боя, уделяя основное внимание самозащите. Сражение с таким перевесом сил явно не могло закончиться ее победой.
– А ты знаешь, что мы делаем с маленькими непослушными девочками? – обращался к ней другой.
Только не бояться, сейчас нельзя бояться. Когда Эрик учил ее владеть мечом, то говорил, что страх может принести поражение.
Анна сжала крепче в руках меч, стараясь держать каждого в поле зрения. Один из нападавших оглянулся
Не понятно теперь, кого следовало больше бояться, этих троих или его. Светло серые, почти белые глаза всадника смотрели с такой злобой, что наводили ужас. Его брови были сдвинуты на переносице, а остальная часть лица – полностью скрыта. Глаза были единственным открытым участком на его теле.
Двое всадников забыли об Анне и двинулись на него. Больше Анна не смотрела в их сторону. Ее собственной проблемой стал третий всадник, который с улыбкой, похожей на злой оскал, надвигался на нее, и Анна наставила на него свой меч.
– Не приближайтесь, я буду сражаться, – голос ее недостойно сорвался, отчего противник довольно хмыкнул.
– Давай попробуй, крошка, – и он занес меч для удара.
Еще удар и еще. Лошадь Анны отступала к деревьям. Силы не равны, но надо было менять тактику, иначе она проиграет. И момент подвернулся, Анна нанесла удар, потом еще один. Противник явно не ожидал, что она пойдет в атаку, и это сыграло ей на руку. Анна не собиралась останавливаться, видя его замешательство. Очередной удар оставил на его руке большой кровавый след.
– Ах, ты ж, дрянь маленькая, я тебя на кусочки порежу.
Красная пелена злобы будто застелила его глаза. Воин поднял меч и ударил с такой силой, что Анна не удержалась в седле и упала с лошади, ударившись о рукоять собственного меча.
Благо, что меч вошел острием в землю, но удар рукояти пришелся Анне прямо в живот. От боли в глазах на миг потемнело. Она не могла вздохнуть. В этот момент кто-то тронул ее за плечо. Она выхватила небольшой клинок и направила на противника. Черные точки кружились перед глазами. Анна с трудом различала силуэты. Все ее внимание было сосредоточено сейчас на боли в животе.
– Спокойно. Спокойно, – перед ней стоял черный всадник.
Анна больше не могла стоять и упала на одно колено. Мужчина в черном подбежал и схватил ее за плечи.
– Ты ранена? Ляг на землю. Дай мне тебя осмотреть.
Его голос был хриплым и даже неестественным, будто что-то мешало ему говорить. Возможно, такой эффект создавала ткань, закрывающая его лицо, но Анна в этом сомневалась.
Он ловко наклонил Анну и помог лечь на траву.
– Я ничего не вижу. Тебя ранили в живот?
Его сильные пальцы касались ее, пытаясь найти ранение. Анна вскрикнула, когда он коснулся ее в том месте, куда пришелся удар рукояти меча. Незнакомец одернул руку, но потом, быстро перебирая пальцами в перчатках, начал расстегивать пуговицы на ее камзоле.
– Стой, – щеки Анны залила краска от смущения, что еще немного и ее прямо здесь разденут. – Я ударилась о меч, когда падала. Я не ранена.
Она тяжело дышала, но уже приходила в себя. Услышав эти слова, незнакомец облегченно вздохнул и убрал руки с ее одежды. Он так и остался сидеть возле нее на коленях,
вглядываясь в лицо.Анна отвела от него взгляд и осмотрелась вокруг. Нападавшие лежали на земле без признаков жизни. Только их лошади мирно паслись в траве на поляне, где еще несколько минут назад шла настоящая битва.
– Ты их победил… – она не могла скрыть восхищения его способностью орудовать мечом.
– Благодаря тебе, моя смелая маленькая спасительница.
Его странный голос и взгляд почти белых глаз уже не пугали Анну. Непонятно, кто кого сейчас спас, но рядом с этим человеком она чувствовала себя в безопасности.
Теплая волна воспоминаний захлестнула ее. Сейчас как никогда не хотелось доказывать всем, что она уже давно немаленькая. По сравнению с этим сильным мужчиной, она действительно была миниатюрной.
Анна грустно улыбнулась, скорее не черному воину, а воспоминаниям о том, кто называл ее когда-то своей маленькой принцессой.
Глава 9. Здравствуй и прощай
– Сильно болит? – он аккуратно прикоснулся к ее животу, и Анна дрогнула. – Я помогу тебе сейчас встать. Сядешь со мной в одно седло. Нам надо уехать отсюда в безопасное место. Не хотелось бы встретиться с их подельниками. А когда ты придешь в норму, пересядешь на свою лошадь.
Анна кивнула. Он аккуратно поднял ее на руки и помог сесть в седло. После этого привязал ее лошадь к своей и сел рядом с Анной. Когда он взял поводья и тронулся с места, она слегка сжала его руку.
– Больно? Потерпи немного, я знаю укромное место здесь недалеко у ручья, – он перебросил поводья в левую руку, а правой крепко прижал Анну к себе. – Так тебе будет легче ехать. Если будет сильно болеть, скажи, я отнесу тебя на руках.
Что-то знакомое было в каждом его жесте. Анна не могла понять, где и когда видела этого человека.
– Меня зовут Анна. Могу я узнать твое имя?
По его взгляду она сразу поняла, что этот вопрос не стоило задавать, но слов назад было не вернуть.
Ему показалось, что в легких внезапно закончился воздух, даже дышать стало трудно. Она не узнала его, а что он хотел? Вероятно, до последнего верил, что узнает, почувствует, но реальность оказалась другой, и от этого было не менее больно. Он будто построил замок из своих надежд, а она легко разрушила его таким простым вопросом. Он был к этому готов и не был одновременно.
Он умер для всех, умер для нее, и это было самое страшное. Вот так просто, ты надеешься, а потом понимаешь, что тебя нет…совсем нет.
Сейчас она была в его объятьях, и даже месть отошла на второй план. Но Анна смотрела на него и не видела. Для нее он был кем-то другим, чужим и незнакомым.
Последние два года только мысли о ней держали его здесь, не давая сорваться, и что теперь? Сказать ей правду? Поведать историю своей смерти? Зачем? Чтобы вызвать жалость? Нет! Жалость – это последнее, что он бы хотел получить. Она только лишь отберет его силы, а они нужны ему для последнего удара. Лучше оставаться мертвым, по крайней мере, мертвым не больно так, как ему сейчас.