Чтение онлайн

Внимательно слушающих Наберрие перекосило, Винама сделала стойку.

– А Люка отвезли на Татуин, к сводному брату моего сына, Оуэну Ларсу, сказав, что мальчик - полный сирота, что оба его родителя мертвы. Люку, как ни странно, повезло. Оуэн терпеть не может Кеноби, поэтому он гонял наглого джедая, не давая контактировать с ребенком. А вот Лее пришлось хуже. Бейл отлично знал, что отец девочки жив, и что у ее матери осталась родня. Это не помешало ему говорить ей, что она - родная дочь, а так же поить какой-то дрянью, когда у нее пробудились способности...
– голос императора стал ледяным, глаза посветлели, приобретя нехорошую прозрачность.

– Впрочем, с этим вопросом

уже разбираются... но теперь у нас проблема. Задавленные способности Леи крайне отрицательно реагируют на нас: меня и моего сына. Она нервничает, испытывает подспудный страх... Приходится постоянно сдерживаться. Хорошо хоть, на Силу брата у девочки реакция положительная, остается надежда, что дар Леи можно будет пробудить, хоть на немного... но для этого требуется время.

– Понятно, - глаза Винамы блеснули, улыбка стала жестокой.
– Нейтралитет Альдераана остался только на словах... это хорошо, однако меня волнует следующее. Вы сказали, что Падме успела высказать пожелание... откуда это известно? Записи из палаты?

– Нет, - усмехнулся Палпатин.
– Все гораздо хуже. Нам стало известно это от Люка. Мальчик помнит все, начиная с момента рождения.

– Великие стихии...
– прикрыла глаза женщина, Сола и Руви в ужасе переглянулись.
– Насколько сильно пострадала психика ребенка?

– Очень сильно, - от слов неожиданно заговорившего Вейдера все вздрогнули.
– Как он сам сказал: "а потом я сошел с ума".

– Но...
– Сола было вскинулась, но снова осела на стуле, - как-то помочь?..

Вейдер покачал головой.

– Поздно. Бессмысленно. Скорее всего, будет еще хуже. Мальчик просто очень умный, опережает свой возраст лет на десять, очень самостоятельный. Ну а то, что есть некоторые моменты...
– ситхи непроизвольно переглянулись, - так это ничего. Жить можно.

– Кому?
– остро взглянул Руви. Вейдер непроизвольно улыбнулся.

– Нам. И тем, кого ребенок будет считать своей семьей. К этому понятию у него отношение крайне трепетное. А окружающие...
– лорд небрежно пожал широкими плечами.
– Это их проблемы.

– Действительно, - пробормотал Дарред, с тоской гляда на каф. Мужчине явно хотелось чего-то покрепче, но заветного живительного эликсира в пределах досягаемости не наблюдалось. Винама откинулась на спинку стула, обдумывая недвусмысленное предупреждение. Психика ребенка очень хрупка и крайне непредсказуема, а уж психика сумасшедшего ребенка...

– Что вы собираетесь сделать?

– Я хочу, как и пожелала моя невестка, представить детей предкам. Всех, - прозрачные голубые глаза скользнули по замершему Вейдеру. Винама прикрыла веки. Ясно. Император хочет придать легитимный статус явно незаконнорожденному сыну. По законам Набу, а не стоит забывать, что Палпатин - ее уроженец, этого будет достаточно. Никто после признания не сможет оспорить права бывшего Энакина, как сына и прямого потомка Палпатина. Особенно, если он правильно назовет фамилии... а он это сделает, женщина совершенно не сомневалась. Однако, теперь стоит прояснить один момент...

– К какой семье вы хотите приписать Лею? В том, что Люк войдет в вашу, это и так понятно. Однако, в свете проблем девочки... вы хотите отдать ее нам.

– Да, - голубые глаза сверкнули на мгновение золотом.
– Это будет лучшим решением. Мы не знаем, возможно ли восстановить ее связь с Силой полностью. Находиться постоянно с нами... Вейдер без конца в разъездах, он буквально живет на корабле. Если Люк не против, то для девочки такая жизнь неприемлема. Кроме того, она не переносит нашу Силу. Постоянно себя сдерживать, как мы делаем это сейчас... рано или поздно

наступит момент, когда что-то произойдет. Калечить еще и психику Леи... над ней и так Органа потрудились. Воспитывать ее на Корусканте? Еще хуже. Единственный выход - Набу. Кроме того, у вас и так наследование идет по женской линии, а Падме не меняла фамилию. Я не могу оскорбить ее память, лишив девочку семьи.

– А Люк?
– подал голос Руви. Палпатин неприятно усмехнулся.

– А Люк привязан к своему отцу, и тех, кто решит оторвать его от Вейдера, убьет не задумываясь. В этом мы уже убедились - была такая попытка.

– Бедный ребенок...
– пробормотала Рио. Император хмыкнул.

– Ни в коем разе. Он прекрасно знает о своих проблемах и не менее прекрасно с ними справляется.

Винама покивала, обдумывая все сказанное, и решилась.

– Можем мы услышать пожелание моей внучки?

– Конечно. Вейдер...

Ситх на мгновение прикрыл глаза, сосредотачиваясь, и через пару минут в гостиную влетел чем-то довольный Люк.

– Папа?

– Люк, - Палпатин внимательно посмотрел на малыша, - повтори то, что тебе сказала мама.

– Хорошо...
– Люк сосредоточился, начиная по памяти пересказывать слова матери, причем, опять-таки, с купюрами. Из текста выкинули строки, повествующие о нападении, решив, что не стоит смущать родню такими подробностями, оставив момент с обвинением Кеноби и просьбой представить детей предкам, как положено. Ах, да... пожелание отомстить тоже оставили.

Наберрие закаменели, слушая послание на набуаре. Закончив, Люк вопросительно уставился на Палпатина.

– Можешь идти, Люк.

Мальчик кивнул и снова умчался в сад.

– Когда Представление?

– Завтра. Вы согласны?

Наберрие переглянулись, после чего Винама встала. Тут же поднялся император.

– Шив, глава семьи Палпатин. От лица семьи Наберрие благодарю вас за то, что вернули нам потерянное дитя.

***

Представление предкам...

Церемония, которой уже очень много веков, осуществляемая с момента заселения Набу. Старая, простая церемония, не требующая ничего необычного, имеющая огромное значения для следующей заветам предков Набу, перевешивающая даже действующее законодательство, хотя и используемая сейчас в основном аристократией и теми, кто себя таковой считает.

Храм предков в Тиде стоял в живописном месте - на холме, рядом со стекающими с окрестных скал водопадами, окруженный деревьями и цветочными полянками. Место, настраивающее на возвышенный лад, способствующее гармонии с природой и умиротворению. Здание храма только подчеркивало красоту природы. Легкое, воздушное, цвета облаков, плывущих в небесной вышине, окруженное тонкими колоннами, притягивающее взгляд изумительными по сложности витражами, оно несло самые приятные ассоциации и навевало самые лучшие эмоции.

Храм был открыт для посещения круглосуточно и круглогодично: ничто не должно помешать желающему пообщаться с духами предков. Все семь входов храма всегда были распахнуты. Такая открытость иногда очень сильно облегчала жизнь посетителям: в жизни случается всякое... а еще, она имела самое практическое значение - у любого действия должны быть свидетели. Поэтому храм находился на пересечении множества путей и именно поэтому не возбранялось любоваться на проходящие внутри помещения церемонии: широкие ворота давали прекраснейший обзор всего происходящего.