Дыши
Шрифт:
— Вероятно, — пробормотала я, и пальцы на моей шее сжались.
Его голос был низким и серьезным, когда он приказал:
— Забудь все, что ты узнала об этих людях.
Я кивнула.
— Ты кому-нибудь рассказывала об этом дерьме?
Я помотала головой.
— Подумай хорошенько, Фэй. Лекси? Лорен? Твайле?
Продолжая мотать головой, я прошептала:
— Нет, Чейз. Никому. Даже солгала Крис, Лекси и Лорен, когда проговорилась о визите в Харкерс Вуд, а я никогда не лгу. Или, хм, вру очень редко.
Боже! Больше никакой лжи!
— Никто ничего не знает, — закончила я.
—
Я глубоко вздохнула, прильнула к нему теснее и тихо спросила:
— Как мне помочь тебе избавиться от ответственности, которую ты взвалил на себя из-за случившегося с Мисти?
— Не умирай, как она, — тут же ответил он.
— Хорошо, — прошептала я, надеясь преуспеть в этом хоть немного, а затем продолжила: — Но кроме этого.
Его взгляд пробежался по моему лицу, рука скользнула к моей челюсти, и он провел большим пальцем по моим губам, прежде чем ответить:
— Без понятия, детка.
— Ненавижу то, что с ней случилось, — все еще шепотом сказала я.
— Я тоже, — также прошептал он в ответ.
— Не знаю, что она сделала, но если играть с огнем, — с Арнольдом Фуллером, с Таем, — то можно и обжечься.
Чейз перевел дыхание, затем мягко признался:
— Она играла с огнем.
Вот оно. Немного его «темноты». Самая малость. Хвала Господу.
— Она этого не заслужила, но это не твоя вина, — мягко настаивала я.
— Хорошо, Фэй.
— Серьезно, Чейз.
Он приблизился к моему лицо и прошептал:
— Хорошо, Фэй. Серьезно. Ты права и даже не знаешь, насколько. Мисти спуталась с людьми, которых, как она думала, могла переиграть, заключила сделку, не получила от нее желаемого, переосмыслила свои поступки и людей, которых поимела по ходу дела и хотела исправить содеянное. Они знали о ее сомнениях. И вывели ее из игры. К счастью для Тая, она засомневалась и поступила правильно прямо перед тем, как ее окончательно поимели, и не только в переносном смысле. Так что, да, ее могли убрать в моем доме и найти способ сделать так, что я бы не смог их остановить. Хорошо. Я буду работать над этим. А теперь, может, разомнешь гребаную картошку и добавишь туда всякой херни, которая сделает ее вкуснее, чтобы мы могли поесть перед тем, как ты ляжешь спать в полночь?
— Да, — ответила я.
— Хорошо, — пробормотал он.
Я сжала губы, борясь с ухмылкой, надеясь, что хоть немного с этим справилась, и начала отодвигаться, но его рука скользнула обратно к моей шее и чуть сжала, привлекая мое внимание и останавливая.
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы больше не злиться на тебя, — пообещал он шепотом, глядя мне прямо в глаза.
Мое сердце ёкнуло.
Да, я была дорога ему. Он имел право злиться. Я имела право пугаться. Но я знала, что ради меня он остановит себя, не дав этому повториться.
Прикосновение ангела.
Да.
Я была ему дорога.
— Спасибо, милый, — прошептала я в ответ.
— Картошка.
— Ага.
Хватка на шее усилилась, когда Чейз опустил голову и коснулся губами моих губ, прежде чем отпустить. Я отодвинулась и принялась мять картошку.
— Собираешься запомнить каждый волосок на моей груди или встанешь с меня и будешь
читать до двух ночи?На вопрос Чейза я перестала делать то, за чем он меня поймал, когда я водила взглядом и кончиками пальцев по волосам на его груди. Я вскинула голову, чтобы посмотреть на него.
Я лежала на нем в ночной рубашке. Чейз был голым. Он занимался со мной любовью. После я привела себя в порядок, вернулась в постель и забралась на него сверху. Так началось мое жадное изучение изумительной поросли на его груди.
— Вся квартира пропахла моими духами, — тихо сказала я и не солгала.
Я убрала беспорядок, пока Чейз мыл посуду после ужина (мыл посуду!), но запах все еще стоял сильный.
— Завтра я куплю тебе новый флакон, — пробормотал он, скользя руками по моей обнаженной спине и попке. Он задрал ночнушку, чтобы получить доступ, и, как всегда, это было приятно.
— Чейз, — прошептала я, не зная, как продолжить, поэтому одна его рука опустилась ниже, обхватывая меня за зад.
— Я же пообещал, что постараюсь больше так не злиться, — мягко напомнил он.
— Дело не в этом.
— А в чем?
Я вздохнула и выпалила:
— Ты выдавал себя за меня перед моими друзьями.
— Ага.
Я моргнула.
И это его ответ? Ага?
— Но…
— Увидев, что ты на связи, они начали закидывать чат сообщениями. Сначала обо мне и о том, что я не с тобой, а с другой, оттуда все и пошло. Я понимаю, почему ты злишься, но думаю, ты понимаешь, почему я так поступил.
— Что бы ты почувствовал, если бы я поступила так с тобой?
— Если бы я творил какое-нибудь дерьмо, например, лгал своим друзьям о тебе или подвергал свою жизнь опасности, и меня бы поймали, надеюсь, у меня хватило бы смелости признаться в этом и держать себя в руках.
Вот же отстой, потому что это был действительно хороший ответ.
Я понятия не имела, что сообщила об этом Чейзу, наморщив нос, пока его тело не начало трястись подо мной, руки крепко сомкнулись вокруг меня, чтобы приподнять, и я сосредоточилась на его лице, увидев, как на нем расцветает улыбка.
Он расположил нас лицом к лицу, одной рукой придерживая меня за спину и накрыв ладонью мою ягодицу. Но другой рукой заправил волосы мне за ухо, и, глядя мне в глаза, обхватил мою челюсть и погладил большим пальцем по скуле и губам.
В процессе он мягко спросил:
— Почему ты сказала им, что я с другой?
— Ну, эм… потому что, эм…
— Фэй.
Frack.
— Я написала это после того неудачного поцелуя в участке, — быстро пробормотала я.
В его глазах вспыхнуло раскаяние, но я не отступила.
— Они знали, что я уже долго была влюблена в тебя. Вся миссия с выяснением того, кто убил Мисти, была направлена на то, чтобы облегчить твою боль и заставить заметить меня. После поцелуя в участке я решила избегать тебя любой ценой, а значит и избегать обсуждения тебя с ними. Поэтому солгала и сказала, что ты наладил свою личную жизнь. Я не рассказала им, что между нами что-то завязалось, потому что хотела убедиться, что это реально и хорошо, и продолжится до того, как я взорву их милый пузырь. Мы никогда не встречались, но очень заботимся друг о друге, поэтому я не хотела надувать пузырь, который так быстро лопнет.