Душа Воина
Шрифт:
– Мага сюда...
– просипел я, перекидываясь, - и лекаря...
Бедро и предплечье были пожеваны. Ерунда, конечно, заживет, куда оно денется... Хотя больно - немилосердно. Пока бегали за магом, мне пришлось стоять возле Гонца. Еще не хватало, чтобы он бросился на Мари, когда я расслаблюсь. Сейчас ему хватит и пары укусов, чтобы похитить остатки жизни, что еще теплились в этом изувеченном теле. Я не позволил сделать себе ни одного шага к кровати. Не позволил кинуть туда ни одного взгляда. Даже когда она прошептала:
–
Не знаю, что уж ей там виделось. Но, судя по ее голосу, мне в этой трагедии, отводилась самая мерзкая роль (уж не рук ли жреца и вот этой вот твари, это дело?). Она билась от боли, всхлипывала и просила. А я стоял в паре метров от нее, не рискуя отвести даже глаза от нечисти, что довела ее до этого кошмара. Стоял, вынужденный ждать, вместо того, чтобы спешить ей на помощь. А ее, навеянные Туманом Смерти, видения становились все ужаснее...
Большинство ран тварь нанесла ей сразу же (они всегда так делают), но чувствительность проявляется постепенно. То там, то тут жертва видит, как появляются все новые и новые раны. Приходит боль, а нечисть в это время пирует, забирая не только жизнь, но и кровь. И страх и ужас жертвы, для нее, как приправа к блюду!
– Как ты можешь?
– хрипел голос моей дайни...
На пороге возник маг. Я указал ему на Гонца Смерти у моих ног, и того сразу же накрыло магической сетью. Фариар всегда быстро соображал. Я в два прыжка добрался до кровати, и рухнул на колени возле нее, леденея от ужаса. Все было в крови. Укусы покрывали все ее тело. Пальцы и шея были буквально изгрызены. Дыхание перехватило от увиденного. Бедная моя девочка...
Кольцо пульсировало, пытаясь зарастить раны, но их было слишком много и они были очень глубокие. Увидев его кровавый свет, я, впервые в жизни, испытал гнев на Лунастеф. Почему эта чяртова стекляшка все время промахивается? Я сотни раз попадал под удары меча и магии, и не получал ни царапины, хранимый кольцом. Я сходился в рукопашной с самыми опасными тварями этого мира, и выходил невредимым за счет помощи кольца. Но оно оказалось бессильно, когда дело коснулось хрупкой девушки, которой защита требовалась вдвойне!
Где же справедливость? Или все дело в том, что в ней нет нашей крови? Нет биения этого мира? Значит, она примет мой обережный круг? Или же нет? Я даже не уверен, что она вообще способна что-либо принять теперь. Возможно, что она уже никогда не вынырнет из "Тумана Смерти", навеянного Гонцом.
– Какая же ты тварь, - прошептала Мари, вдруг схватив меня за руку и глядя прямо мне в глаза. И взгляд у нее был такой... Такой... Что мне стало страшно. Что же я сделал в ее кошмаре, что она способна ТАК меня ненавидеть?
– Что будете делать, княже?
– Фариар был спокоен и собран. Спеленатую тварь уже утащили его ученики. Я не напрягся. Опытный маг, возраст которого перевалил недавно тысячелетие, не впервые имел дело с Гонцами Смерти. Если он решил, что можно доверить нечисть любимым ученикам, значит нам и впрямь ничего больше не грозит.
– Она умирает. Неделя. Быть может две... Это максимум...
–
он провел над телом руками, изучая повреждения.
– Даже с кольцом... ей не протянуть дольше. Просто не найдет выхода из Тумана...
– Он бессильно опустил руки.
– Кошмары убьют ее вернее, чем раны, что кольцо так, или иначе залечит...
– Обережный круг...
– выдохнул я.
– Разумно.
– Согласился магистр со мной.
– Но кто пойдет на это?
– Он в задумчивости посмотрел в сторону двери, где толпился десяток моих охранников.
– Да и честно ли требовать от кого-то навсегда лишиться возможности встретить свою единственную и разделить с ней судьбу, только лишь ради спасения государыни, которая, как я понимаю - Фариар усмехнулся весьма многозначительно, - оказалась не в том месте и не в то время. Быть может, княжеству будет удобнее вернуть себе обратно настоящего правителя?...
Его слова вызвали мой гнев. Он смеет намекать мне, что можно простым бездействием вернуть себе корону? Да зачем она мне без дайни?
– Она моя дайни...
– выдохнул я, вцепившись в ее холодную окровавленную руку.
– Готовьте башню. Я попытаюсь ее вернуть.
– Ваша дайни?
– его глаза удивленно распахнулись, а лицо резко побледнело, - но... мой государь, если у нее не получится... Ведь она... она...
– Убьет меня, вытянув жизнь?
– моей улыбке мог бы позавидовать скорлаптес.
– Вы предлагаете мне обречь себя на медленное умирание от жажды и тоски?
– его лицо обрело настороженное выражение.
– Похоже, княже, что вы не понаслышке знакомы с последствиями...
– уточнил магистр. Я спокойно кивнул, признавая очевидное. Он тяжело вздохнул.
– Тогда вы правы. Это - единственный путь. И я готов подстраховать вас. Но если... Когда-нибудь... Вы очень рискуете, князь, очень...
– Оно того стоит, можете мне поверить.
– Ну, не знаю.
– Он еще раз окинул мою дайни взглядом. На этот раз в нем сквозил интерес исследователя, столкнувшегося с давно потерянной тайной.
– Я много читал о дайни, но... Знаете, наверное, я все же не хотел бы попробовать. Слишком велика цена...
Я пожал плечами. Не я выбирал свою судьбу...
Тело Мари оказалось совсем легким. Я нес ее, бережно прижимая к себе, а она металась в моих руках, пытаясь оттолкнуть меня и вырваться. Кажется, она молилась своему Богу. Готовилась к скорой смерти...
Сердце мое билось через раз от мысли, что я могу ее потерять. Мысли заполошно метались. Если мои кровь и жизнь способны продлить ее жизнь, хоть бы на вздох, на удар сердца, пусть так и будет. Не жаль. Но вместе с тем меня сейчас мучил и другой вопрос. Не продлит ли моя энергия ее кошмары? Сможет ли сила моей любви вернуть ей разум? Вытянуть ее из смертоносного Тумана?
Я не знал...
Но я был готов испробовать все средства...