Чтение онлайн

– Я не знаю. Только обычное…

– Что обычное? Нора? Нора? Алло? Нора!

Она опять отключилась. Стивен опустил ее обратно на диван, оглядел комнату в поисках ее сумочки и вывернул содержимое на пол: пачки липких влажных салфеток, тюбики помады, тампоны, щипчики, зубная щетка, штопор, остатки туалетной бумаги, коктейльный бумажный зонтик, огромная связка ключей, крошечный швейцарский ножик, коричневая пластиковая бутылочка с пилюлями – там осталось три штуки на дне. «Диазепам, – гласила выцветшая этикетка. – Не смешивать с алкоголем». Он зажал бутылочку в руке, добрел обратно и встал на колени перед Норой. Ни по какой другой причине, только потому что видел это в кино, он осторожно приподнял ей веко – радужка была на месте, она подрагивала,

но выглядела вполне нормальной, а зрачки были расширены, но он не знал, хорошо это или плохо. Большую часть навыков первой помощи Стивен приобрел во время съемок в «Отделении скорой помощи», но он смутно подозревал, что тут ему попался один из тех сценариев, где необходимо бить по лицу. Он мягко положил руку ей на щеку, как будто прицеливаясь, поднял руку, опять придвинул, еще и наконец резко опустил.

– Оййй! Какого хрена?.. – завопила Нора и крепко врезала ему по уху.

– Оййй! – отозвался Стивен.

– Эй, ты же это начал, грязный ублюдок, – простонала она и попыталась ударить его еще раз.

По счастью, второй удар оказался неудачным и только мазнул его по макушке. Он схватил Нору за запястья и почувствовал, как энергия вытекает из ее тела: она упала обратно и закрыла глаза.

– Нора, мне нужно кое-что узнать.

– Что еще?

– Эти пилюли, диазепам – сколько ты приняла?

– Какого черта ты… О, дошло, ты думаешь, я пытаюсь себя угробить, да? Из-за разбитого сердца и старины Джоши…

– Мне просто нужно знать.

– Что там сказано на бутылке, доктор Стив?

– Принимать по одной за полчаса до сна.

– Вот, столько я и приняла.

– Только одну?

– Одну, может, две.

– Может, больше двух?

– Я не помню! – Она подтащила подушку и закрыла ею лицо. – Теперь, ради всего святого, Стивен, просто иди спать и дай поспать мне.

Он отобрал у нее подушку:

– Тебе нельзя спать, пока нельзя. Давай я сделаю тебе кофе.

– Я не хочу кофе.

– Но ты выдула целую бутылку вискаря, Нора.

– И что-о-о? Я умею обращаться с выпивкой, в отличие от некоторых, кого я могу назвать.

– По крайней мере, сядь и немного поговори со мной. – Он уселся на диван, обхватил Нору за талию и привел в вертикальное положение. – Или можно посмотреть кино. – И он повернул ее голову к экрану, где как раз целовались Монро и Кертис. – Мне кажется, Кертиса сильно недооценивают как комика.

– Сти-и-ив Маккуин, – пробубнила она тихим и гадким голосом, утыкая палец ему в грудь. – Нет, это шутка. Что это вообще за придурочное имя? Твои родители, должно быть, имели против тебя что-то очень серьезное, мальчик Стиви…

– Давай посмотрим кино, – ответил он, старательно выдерживая ровный тон.

– Го-о-осподи, Стив, иногда ты можешь быть настоящим занудой, правда.

– Я просто пытаюсь помочь.

Теперь она прижалась к нему, устраиваясь в кольце его рук.

– Я знаю, Стив, только вся эта так называемая помощь, все это «всегда будь сла-а-авной», милой, лапочкой, милашкой, добрячкой, все это благопристойное поведение… Ну, я вот тебе скажу, это действительно может здорово действовать на нервы, представляешь? Прямо начинает бе-е-еси-и-ить. На самом деле, если сказать тебе честно, это может показаться чуть-чу-у-уть, немно-о-ого пррроти-и-ивным.

– Ты уверена, что не хочешь кофе?

И тут Нора внезапно отпрянула, переползла на другой конец дивана, повернулась, вытаращила на него глаза и проорала:

– ТЫ ЧО, НЕ СЛЫШАЛ? Я СК’ЗАЛА «НЕТ»! ИДИ НА ХРЕН, Стив, ничо странного, что жена сбежала от тебя!

Секунду-другую в комнате царило молчание, пока они сидели на разных концах дивана, сверкая глазами друг на друга в мерцающем сером свете. Слова прозвучали таким ударом, что Стивен даже приложил ладонь к лицу, а рот его открывался и закрывался, начиная выговаривать слова, которые сознание не позволяло ему произнести.

Нора вытерла слюну с уголка рта тыльной стороной ладони, потом повалилась обратно на диван, свернулась

калачиком на боку, подоткнув платье под ноги, и плотно закрыла глаза.

– Да пошла ты, Нора, – сказал Стивен, словно самому себе.

– Эй. И ты пошел, мальчик Стиви, – тихо ответила она, но без убежденности и свернулась еще плотнее.

Стивен медленно встал, прошел на кухню и закрыл за собой дверь. В детстве, когда взрослые говорили: «Мне надо выпить», – он всегда недоумевал, что же они имеют в виду. Теперь он это знал. Слишком часто в последние дни он обнаруживал, что ему надо выпить. Более того, он вдруг позавидовал Нориному забытью. Возможно, если он тоже набухается и наестся колес, то ему полегчает. Внезапно это показалось не только разумным планом, но и абсолютной необходимостью; Стивен достал из шкафа бутылку водки, налил добрых три дюйма в стакан и добавил немного теплого выдохшегося тоника. Тут он увидел, что до сих пор сжимает в руке коричневый пузырек с пилюлями, и, совершенно не думая, к чему это может привести, отвернул крышку, сунул одну пилюлю в рот, а затем одним духом осушил стакан.

Налил еще дюйм водки.

Он услышал какой-то шум в соседней комнате, звук движения, затем внезапный грохот – такой звук может получиться, скажем, если тело падает с дивана. Стивен поборол искушение пойти помочь, остался где сидел и снова осушил стакан. Вскоре после этого послышался долгий болезненный стон, какой издает человек, только что упав с дивана, потом звук неуверенных шагов. Нора, на полусогнутых, показалась в дверях, ухватилась одной рукой за ручку, а другой за косяк. Губы ее были влажными, лицо совершенно белым, кроме темных пятен вокруг глаз, – выглядела она как актриса немого кино.

– Эй, – сказал Стивен, пытаясь говорить сурово. – Как ты себя чувствуешь?

– Просто… отвратно, – ответила она.

– Забудь об этом, мы все говорим то, что не…

– Нет, в смысле, меня сейчас, кажется, стошнит, – выпалила она и проковыляла в кроваво-красную ванную.

Они втиснулись в крошечную ванную. Стивен мягко растирал Норину спину или убирал влажные волосы со лба. В другое время такая близость могла бы возбуждать, но всякую романтику и нежность сводили на нет остатки его злости и то, что Нору рвало в раковину, часто и обильно. Это продолжалось так долго, что Стивен даже принес два стула и впихнул их внутрь, чтобы дама могла блевать хотя бы с относительным комфортом.

В основном они молчали, и когда уже процесс вроде бы подошел к концу, Нора наконец хрипло сообщила:

– Мне нравится, что ты сделал с этим местом.

– Спасибо.

Она подняла голову от раковины:

– Ладно, кажется, это последнее.

– Будем надеяться.

Она откинулась на спинку стула и улыбнулась Стивену:

– Что ж, после всего сегодняшнего дерьма приятно видеть, что мы с тобой все равно умеем весело провести время.

– Как ты себя чувствуешь?

– Ох-ох, доктор Стив вернулся. – Она приложила ладонь к голове, потом к животу. – Я чувствую себя ин-те-ре-е-есно. Не волнуйся, я не буду просить твою зубную щетку. У меня есть своя, в сумочке.

Стивен сходил за ней, забрав с собой стулья, потом вернулся и смотрел из дверей, как Нора одной рукой усердно чистит зубы, а другой ищет сигареты, и подумал, что иногда она напоминает рафинированного шкипера рыболовного судна.

– Может, хочешь в душ? Немного освежиться?

– Пожалуй. Да, пожалуй.

Он прошел в ванную мимо нее и включил душ, потом вернулся в комнату, чтобы найти ей что-нибудь свежее переодеться. Он отыскал в шкафу чистую рубашку, спортивные штаны в мешке с выстиранным бельем и вернулся в затянутую паром ванную.