Древние
Шрифт:
Райан сглотнул, пытаясь совладать с тошнотой. Эффект волны все усиливался.
— Чувствую себя как после ночной попойки в Сингапуре… — Он пошарил в подсумке, вытащил диск и отшвырнул упаковку.
— Скажи, когда будешь готов, — предупредил Менденхолл. — Сделаем, что в наших силах.
— Поехали, — отозвался Райан. — Ты уж, приятель, не промахнись.
Райан встал и, шатаясь, побрел к центру выемки. Менденхолл и морпехи разом вскочили и стали поливать огнем скалистый карниз.
Райан успел пройти всего футов десять, когда остров опять сильно тряхнуло. По бокам ударили струи пара. Райан попробовал встать на колени, но опрокинулся на спину
«Подсоединить провода к корпусу центрифуги…»
Он посмотрел на свою правую руку — в ней оказался плеер, с которого свисали провода, и Райан сразу вспомнил, как он отвлекал внимание бандитов на Голубом Ниле. Вернулась ясность мысли. Он приказал себе забыть о боли и потянулся к раскаленной центрифуге, лишь теперь сообразив, что подсоединить провода к титановому корпусу ему нечем.
Райан опять откинулся на спину — скрутило так сильно, что желудок свело судорогой, а к горлу подступила желчь.
Менденхолл поморщился при виде распростертого на спине друга. Земля снова дрогнула, откуда-то сверху донесся треск, огромная секция хрустального купола откололась и полетела вниз. Вслед за пластиной восьмифутовой толщины из отверстия хлынула вода вперемешку с песком, грязью и камнями. Поток накрыл развалины здания в тысяче футов от маленького отряда, и над раскаленными камнями подземного города взмыли клубы пара.
От следующего мощного толчка совсем рядом с Райаном возникла трещина. Из нее сразу повалил пар, словно кто-то включил пожарный гидрант, а вскоре на поверхности забурлила магма. Едва живой Райан откатился в сторону, но штанина все же загорелась. Он похлопал по ноге, сбивая огонь, посмотрел на Менденхолла и снова тряхнул головой. Вспомнились слова Сары. Райан упрямо подобрался к центрифуге и достал плеер, а затем вытащил нож и, наклонившись, опустил самый кончик в магму. Клинок стал плавиться, и тогда Райан прижал проводки клинком к корпусу центрифуги.
Оставалось нажать кнопку «Воспроизведение».
У Коллинза и его группы заканчивались боеприпасы, но это было уже неважно. Вода хлестала как десять Ниагарских водопадов. Последняя секция акведука раскачивалась под напором потока, и держаться не было никакой возможности. Их смыло.
Джек сумел вынырнуть лишь через сотню футов. Сейчас их перебросит через край исполинской конструкции и разобьет о камни.
Хрустальный купол не выдерживал напора, и все новые и новые струи воды лились на хлипкие остатки акведука. Каменные колонны накренились влево и рухнули.
С начала атаки группа Эверетта не приблизилась к кабелям ни на шаг. Карл загрузил в М-60 последнюю ленту и чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда позади раздались крики. Это спешили на помощь пятнадцать морпехов минометной команды.
— Ребята, вы как раз вовремя!
— Кончились боеприпасы к минометам, сэр, и мы подумали, что помощь
вам не помешает.Оглушительный скрежет камня по камню прервал их разговор. Акведук покосился и упал прямо на центральную пирамиду. Карл чертыхнулся, не сомневаясь, что Джеку пришел конец.
В момент удара о самую большую пирамиду Джек и его бойцы соскользнули с замшелых плит. Поток с легкостью перебросил их через край каменного желоба. К счастью, при падении глыба повернулась и защитила бойцов от удара о пирамиду — иначе их неминуемо расплющило бы.
Коллинз заскользил вниз по стене пирамиды, словно в каком-то адском аквапарке. Внизу, где собралось уже целое озеро, он вновь с головой ушел под воду. Засевшие на стенах пирамид наемники падали вниз и шли ко дну.
Джек стал пробиваться к поверхности и наконец вынырнул из стремительно покрывавшего развалины моря. Рядом падали огромные камни.
Эверетт выпустил несколько пуль и залег, укрываясь от ответного огня. В его отряде осталось двенадцать человек; десять убитых, остальные ранены или пострадали под обвалами. Воды было уже по щиколотку, и она стремительно прибывала.
Внезапно в голове прояснилось, Карл даже ухватился за стену, чтобы не упасть. По телу разлилась необъяснимая легкость. Другие бойцы тоже ничего не понимали. Слабость, вызванная угнетающим действием волны, вдруг отступила, а с ней уходила и тупая головная боль, которая не давала покоя и не позволяла сосредоточиться на битве. Вместо них пришло нечто невероятное…
— Что за черт? — пробормотал он.
— «Родная Алабама», [13] — догадался кто-то из «котиков».
Звуки музыки заглушил донесшийся откуда-то сверху вопль. Эверетт поднял голову. Вниз по склону холма неслись еще пятнадцать морпехов.
— Самый странный день в моей жизни, — пробормотал Карл и крикнул своим бойцам не отставать. — Взорвем-ка хоть что-нибудь к чертям собачьим!
«Морские котики» бросились на врага плечом к плечу с морской пехотой.
13
«Родная Алабама» («Sweet Home Alabama») — песня популярной в семидесятые годы американской рок-группы «Линард Скинард».
В тот же миг их атаку поддержали с тыла еще пятьдесят морпехов во главе с лейтенантом. Захваченные врасплох наемники вдруг поняли, что на них сейчас набросятся одурманенные жаждой крови элитные бойцы, и стали в панике разбегаться.
Под звуки песни «Родная Алабама» группы «Линард Скинард» отряд покорителей Атлантиды под командованием флотского капитана из организации, о которой никто слыхом не слыхивал, исступленно бросился в атаку.
Нью-Йорк
Полтора миллиона людей укрывались в Центральном парке от рушащихся повсюду стеклянных стен и бетонных конструкций. Земля тряслась, и мало кому удавалось устоять на ногах. В основном люди сидели и просто глядели на охваченных ужасом товарищей по несчастью. Кое-где из похожих на шрамы трещин валил пар. Вдали дрожал потревоженный воздух, и казалось, что небоскребы раскачиваются взад-вперед. Вдруг, без всякого предупреждения, толчки прекратились, и наступила тишина. Откуда-то вдруг послышалась известная мелодия семидесятых. Те, кто оказался поближе к трещинам, готовы были поклясться, что музыка доносится из-под земли.