Чтение онлайн

Спустя шесть лет.

– Мама, мама, скажи ему! Пусть уберёт своих противных жуков.

– А кто спалил мои шишки?!

– А не надо их бросать где попало! Я чуть не упала, когда наступила...

– Вирджил, Маири, прошу, перестаньте ссориться. Что скажут тётушка Амалинария и дядя Адри? Некрасиво.

– Они приехали? Где они?

– Дядя Адри!
– счастливо запищала неугомонная огненная драконица, по ошибке родившаяся девочкой, а не мальчиком. Потому что была чисто пацан в юбке.

И помчалась на поиски своего любимого дяди.

Вирджил

степенно отправился приветствовать любимую тётю Амали.

А я, переваливаясь как утка, поспешила к дому, чтобы успеть убрать разбросанные экспонаты юного натуралиста Вирджила.

Со дня на день мне рожать, и, вспоминая с содроганием первые роды, я вызвала на подмогу Алу его родственников. С содроганием я вспоминала не потому что всё было так плохо, а из-за Ала.

– Кто-то должен держать его в руках, если сам себя не может, - сказала я им, требуя их присутствия. Всё для того, чтобы они его чем-то заняли, пока я буду являть миру нашего третьего ребёнка.

Не скажу, что мне было легко рожать, тем более двоих, но вид нервного Ала, который не находил себе места и всё время спрашивал, жива я или умираю, не давал расслабиться, как того требовали Вирджил и Цикламентия.

В конце концов даже суровая целительница не выдержала и отправила Вирджила успокоить (она едва не пропустила в этом слове букву «с») будущего отца.

– Усыпи его ради всех богов, - чтобы слышал только Вирджил, буркнула она ему в спину. И когда они ушли, блаженно улыбнулась:

– А теперь, девочка моя, можно и расслабиться. Винца хочешь?

И хоть от винца я отказалась, дальше роды прошли уже намного спокойней и быстрее.

Первым родился Вирджил. Я решила его так назвать, как только малыш распахнул большие зелёные глазки. Магия земли так и струилась в нём.

Оба ребёнка были вылитые Ал. Только один с зелёными глазами, которые никогда не почернеют. А второй был просто девочкой. Вся в папу.

Ал же утверждал, что он был таким же спокойным и рассудительным, как Вирджил. И не знает в кого пошла наша Маири. При этом бросал на меня выразительные взгляды.

– Ну не в меня точно, - возмутилась я столь вопиющими намёками.

– Наверное, в дядю, - усмехнулся Ал.

А я закашлялась. Хорошо, рядом не было Цикламентии. Она и так усиленно приглядывалась к детям, когда они родились. Но даже она при всём своём огорчении (от того что фантазии остались лишь фантазиями) признала, что дети вылитый отец.

Вот только ещё про дядей и племянников не хватало ей версии подавать.

Вирджил родился дуалом с магией земли и магией воздуха. Но вторая пока не даёт о себе знать. Лишь изредка в спонтанных случаях. Ал успокаивает меня, что магия земли просыпается всегда позже, у него было точно также.

Я не знаю, какой маг родится у нас третьим, но мы с Алом не загадываем и будем рады любому.

После того как Ал отказался от всех статусов, на острове мы успели провести совсем короткое время. К нашему обоюдному сожалению, уже через неделю появились первые засланцы с просьбой вернуться назад. Но Ал посылал всех в жерло вулкана. У нас наконец-то был «медовый месяц», как называли первое время после брака между двумя влюблёнными древние, или «период нереста», как говорили итанэ в дистриктах.

Мы наслаждались обществом друг друга и третьи были явно лишними. Но, увы, даже угрозы, что Ал будет сбивать любые гидролёты, подлетающие к острову в ближайшие пару месяцев, не возымели должного эффекта. Все знали, что

Ал на такое неспособен. Но и понимали, что не возвращаться настроен он серьёзно. А потому в ход пошли весомые козыри. К нам в гости пожаловал сначала Дар с Майраной. Потом даже Адриан с Амалинарией.

Ала они не убедили, но дядя с племянником помирились. Лишь первый взгляд на меня беременную с выпирающим животом выдал затаённые чувства Адриана, но он взял себя в руки и с тех пор превратился в моего младшего родственника. Скорее брата, для племянника он слишком староват для меня. А когда родились его двоюродные брат и сестра, он превратился в любящего дядюшку, чересчур балующего детей, за что всегда получает от меня выговор.

На это он лишь смеётся:

– Я исправляю ошибки твоего мужа. Он был суровым и нудным дядей. Я таким быть не хочу. И вообще, я брат, хоть и старший. А потому такой же ребёнок и воспитывать их не обязан.

Но он всё равно не может соперничать в этом с их отцом. Если у нас с Алом и случаются ссоры, то только по этому поводу. Я считаю, что он слишком балует детей, он соглашается, обещает быть строже, и всё равно ему не удаётся сдержать обещания. Я его понимаю, мне самой не хочется их строжить, но кто-то же должен!

С острова нам пришлось улететь через месяц. Ал пытался выторговать два, но не вышло. Его ждали нерешённые дела и исследования магии. Я не стала противиться, мы с Алом много говорили и решили во избежание подобных ситуаций, несмотря на важные и срочные дела, вечера проводить вместе - хоть на работе, хоть в обществе, хоть дома -лишь бы рядом. И один день в неделю проводить только вдвоём здесь, на острове. Раз в год обязательный отпуск. И рожать я согласилась только здесь, на острове.

– Для меня это мой личный уголок счастья. Поэтому я хочу, чтобы дети родились здесь, -сказала я, а Ал меня поддержал.

Вот уже шесть лет нам удаётся придерживаться выбранных правил и соблюдать договорённости. Конечно, в этом больше заслуга Ала, чем моя. Потому что это ему труднее выкроить время, он больше занят и на нём больше ответственности.

Но и я через какое-то время после родов поняла, что увязла в детских и бытовых вопросах, меньше уделяя времени Алу и чувствуя облегчение, когда у него появляются срочные дела в те часы, что должны были быть выделены для нас двоих.

Я вовремя сумела встряхнуть себя за шкирку, без зазрения совести воспользоваться помощью Амалинарии и перебравшейся на Материк Миневры в качестве нянек и выбраться на романтические свидания с Алом, чем приятно его удивила. С того момента наши интимные отношения заиграли новыми красками, словно открылось второе дыхание.

А через три года после рождения детей я вышла на сцену. Я могла бы этого не делать, но я решила, что это пойдёт на пользу и мне и семье. И не прогадала. Мне нравится игривая ревность Ала и блеск в его глазах, когда он видит меня на сцене. Как замирает он при звуках моего голоса и не сводит с меня пристального взгляда. Как признаётся потом, что каждый раз при моём пении его охватывает дрожь по всему телу, а дракон хочет вырваться в небо и раскрыть крылья в полёте.

Дети тоже знают, что мама известная певица, а не просто жена Первого Дракона и гордятся мною. И также любят слушать, когда я пою. Это единственное моё оружие не дающие сбоев для успокоения и прекращения ссор. Когда дети не могут утихомириться, стоит мне запеть, они успокаиваются и садятся слушать. А потом уже забываются и причины ссоры.