Чтение онлайн

Поэтому, вполне возможно, что мужик испугался, увидев перед собой, как он там сказал? Сладкого цыплёнка? Ну-ну. Это он меня ещё плохо знает.

Но это с одной стороны. А вот с другой.

Если бы он остался, как нормальный умудрённый жизнью оборотень, пообщался бы со мной, наладил, так сказать первый контакт, сразу бы понял, что я не так юна, как ему показалось.

Судя по всему, он не плохой оборотень, но моя иррациональная женская обида не давала принять правильное решение. Я хотела уйти, чтоб наказать, и остаться, чтобы быть счастливой.

Только кого

я собралась наказывать. Его или себя?

Я тягостно вздохнула и с досадой потёрла синюшную щёку, понимая, что никакого эффекта это не даст. Прошли всего сутки, а надо как минимум три дня.

А чего я тут собственно сопли жую?

Мне ещё никто не предлагал остаться. Пришёл, понимаешь под покровом ночи, чёрный плащ меховой, напугал до коликов в животе, туману напустил своими признаньями, душу растревожил и смылся!

Вот где он?

Эй, медведятина, ау!

Нет его.

Блин, что за детский сад? Ведь я уже почти согласна его простить, что ему стоило остаться?

Ну и ладно, пусть тогда побегает, может ума наберётся.

Я была полностью готова, когда ко мне постучали.

— Яна, — послышалось за дверью, — пора выдвигаться.

— Иду! — крикнула я, хотя можно было спокойно ответить, всё равно бы услышали. Но человеческая привычка давала о себе знать.

Перекинула через плечо два связанных вместе узла и покинула комнату. Пока спускалась вниз, уговаривала себя не злиться заранее, если оборотни начнут надо мной смеяться. Они же ещё не видели меня в «синем цвете».

Трое крепких ребят сидели за одним столом и тихо перешёптывались: двое спиной ко мне, один лицом. И вот это лицо приняло такое умильно удивлённое выражение, что, не выдержав, я первая улыбнулась.

— Маску делала вчера, — объяснила ребятам, когда они все уставились на моё синее личико, — чтобы кожа стала нежнее и шелковистее.

Или это лозунг из рекламы про волосы? Не суть.

Надо отдать им должное, оборотни не смеялись. Совсем. Даже не улыбнулись. Скорее приняли меня за чокнутую и просто посочувствовали.

Странные они какие-то, я бы не сдержалась. Ну, прикольно же! Синяя, словно смурфик. Это они просто мультика не видели, вот и не поняли прикола.

— Пора, — сказал своё слово старший в группе, и мы все дружно кивнули в ответ.

Шли через деревню по-деловому быстро, и по сторонам не оглядывались. Они. Я то и дело отставала, приходилось догонять.

— Яна, — не выдержал самый молодой, — ты кого-то ждёшь?

Я понуро опустила взгляд. Сама понимаю глупо надеяться, только отчего-то продолжала надеяться.

— Нет. Уже нет.

После этого я не отставала и сопровождающих не отвлекала.

Примерно через полчаса мы вошли в лес и, немного углубившись, начали готовиться к обороту. Я привычно спряталась за деревом, наплевав на недоумённые взгляды, и стала снимать одежду.

Было раннее утро и редкие солнечные лучи ещё не проникали сквозь раскидистые ветви лиственных деревьев, но холода я не чувствовала. Всё-таки кровь оборотней давала о себе знать даже в человеческом обличии и награждала острым слухом и зрением, чувствительным носом и устойчивостью

к погодным условиям.

— Яна, — позвал меня старший, оставаясь за деревом, — ты уже не первый раз передвигаешься с патрулём и знаешь правила.

— Да, — отозвалась я, стягивая штаны, — один направляющий, двое замыкающих и я посередине. С тропы не сходить, пасть не открывать, хвостом не вилять. — Это я пошутить так пыталась, но видимо не вышло, потому что в ответ получила лишь недовольное молчание. Пришлось быстренько извиняться — отношение с ребятами портить не хотелось. — Простите, неудачно пошутила.

— Яна, мы не на прогулку идём, — укорил меня старший, — будь добра, выполняй все правила.

— Хорошо.

Покачав головой и мысленно посетовав на несправедливость жизни, распихала одежду по узлам.

Мы остановились на ночёвку, когда я не чувствовала уже ни лап, ни хвоста. Тоскливо глядя на бодрых волков, без сил свалилась прямо там, где меня настигла радостная новость об отдыхе. Так и лежала, тяжело дыша и хрипло глотая воздух открытой пастью.

Ребята из патруля быстро сменили облик и начали готовить лежанку из еловых веток, припасённых прежним патрулём. Старший побежал осматривать окрестности.

Я прикрыла веки, чтобы не смущаться от мелькания голых тел перед глазами и ждала, пока немного приду в себя, чтобы принять человеческий облик. А мохнатые «роботы», словно и не они только что отмахали несколько десятков километров без перерыва, уже соорудили небольшой перекус.

Почуяв еле слышный аромат еды, я чуть не подавилась слюной и обрадовано облизнулась: нюх постепенно начал возвращаться. Пришлось ползти в сторону дерева, где лежали мои вещи и оборачиваться. Несмотря на усталость, есть хотелось дико.

В мою сторону ребята бросали хмурые взгляды. Я же чихала на их взгляды и, опустив очи долу, взяла свою порцию и снова ушла за дерево, чтобы не портить себе аппетит, глазея на такие же аппетитные задницы.

Главный дядька вернулся, когда я уже слизывала с пальцев солёные остатки от мясных полосок. Быстро сменив личину, он обозрел наш «раздельный» ужин и шикнул на парней. Те беспрекословно натянули штаны, и стали решать, кто будет дежурить первым.

Я благодарно улыбнулась старшему волку и пошла в сторону настила. Пора ложиться, чтобы хоть немного отойти от долгого бега.

Первый раз мне попался такой резвый патруль. С другими ребятами передвигаться по лесу было легче. Мы чаще делали остановки, и я не ощущала себя словно выжатый досуха лимон.

— К нам гости, — тихо бросил старший и повернулся в ту сторону, откуда мы пришли.

Я же застыла на полпути к вожделенной лесной постели и чуть не лишилась чувств, услышав знакомый до боли голос:

— Приветствую, Ким.

Пришёл. Он всё-таки пришёл. За мной? Блин, конечно за мной! Не за Кимом же.

Не оборачиваясь, чтобы никто не увидел сумасшедшую улыбку, против воли растянувшую мои губы, прижала ладонь к груди, пытаясь унять, бешено бьющееся сердце. Когда это не помогло, сделала несколько глубоких вздохов, параллельно утихомиривая скачущие мысли.