Доппельгенгер
Шрифт:
– Можно и так, - кивнул король.
– А как бы вы с ним поступили?
- Так бы и поступил, ваше величество. Хороший выбор. Долгая и страшная кончина.
– Мучительная лишь до той поры, пока он не лишится сил и не впадёт в забытье, - возразил первый.
– Если хотите, чтобы отравитель по-настоящему страдал, я бы советовал отдать его псам.
– Псам?
– завороженно повторил Шикон.
– Псам, ваше величество. Молоссы на псарне всегда голодные, злые. Если запустить в темницу несколько таких, думаю, они сожрут пленника заживо. Даже костей не оставят. Конечно, смерть придёт быстрее, чем от жажды, но окажется гораздо, гораздо мучительнее. Я слышал, король Нойдаммии
– Хорошая идея, - глухо пробормотал Шикон.
– Молодец. Так и сделайте. Пускай его съедят... И даже костей не оставят.
***
Трантольстанер, стараясь держаться уверенно и непринуждённо, позволил рыцарям проводить его в залу, где ожидал посол Андарилии. Из короны он смог вытащить часть последних воспоминаний, привычек и особенностей характера короля, но дурное предчувствие, что его в любой момент раскусят, не покидало. Всё получилось слишком просто. Так не бывает. С другой стороны, ему уже нечего терять. Да и что изменилось? Всего лишь роль. А значит, мести быть. Только теперь посла отравит не виночерпий, а сам король.
Рыцари Шикона остановились напротив охраняющих вход рыцарей из сопровождения посла. И те, и другие вояки глянули друг на друга с холодной враждебностью и застыли по разные стороны дверей. Трант неуверенно потоптался, затем собрался с силами и вошёл. В небольшом, тонущем в потёмках помещении, рядом с горящим камином стоял накрытый стол и пара глубоких кресел. В одном из них, спиной ко входу, сидел посол.
«Значит, никаких торжеств, - подумал перевёртыш.
– Только личная аудиенция. Что-ж, так даже лучше. Ни у кого не останется сомнений, что хозяин замка подло отравил гостя, нарушив все законы гостеприимства...»
***
Медленно пройдя к столу, Шикон остановился напротив посла. В кресле сидел лысый, крепкий мужчина с приятным, открытым лицом, на котором выделялись густые усы и пристальные глаза. Какое-то время они молча смотрели друг на друга. Наконец король опустился в свободное кресло. Посол - младший брат короля Андарилии, герцог Тайвос Пиккорд - улыбнулся, поднялся и глубоко поклонился.
– От имени правителя Андарилии приветствую Короля Бриттолии и передаю пожелания доброго здравия. А также соболезнования об утрате, ваше величество, - голос герцога оказался глубоким, бархатистым и удивительно мягким для человека подобной комплекции.
– Мой брат искренне сочувствует вашему положению, так как сам овдовел несколько лет назад и прекрасно понимает, каково вам сейчас.
Шикон состроил почтённую физиономию и медленно кивнул. Посол остался стоять, глядя на него непроницаемым взглядом. Король указал ему на кресло, и только тогда посол позволил себе сесть.
– Несмотря на непростые отношения между нашими государствами, - заговорил Тайвос, сделав ударение на слове «непростые», - мы были рады получить приглашение на переговоры. Такие вещи, как здравый смысл, нынче не в цене. Однако вы смогли нас приятно удивить.
Шикон поёрзал в кресле, натянул вежливую улыбку. Посол, изучая его пристальным взглядом, ответил тем же.
– А вы немногословны, ваше величество.
Король, заметно стушевавшись, прочистил горло и заговорил:
– Рад взаимно, что вы ответили на моё приглашение, уважаемый герцог. Как здоровье вашего брата?
– Благодарю, вполне сносно, но бывало и лучше. Годы берут своё, король не молодеет. Вы, как никто другой, должны это понимать.
Шикон понимающе покивал, затем указал гостю на ломящийся от снеди стол.
– Еды?
– Спасибо, я не голоден.
– Вина?
– Не откажусь. Наслышаны мы, в Андарилии, о вашем тонком вкусе. С удовольствием попробую содержимое погребов
самого правителя Бритолии.Шикон не выдержав прямого взгляда посла, принялся разливать вино по кубкам.
– Прошу прощения, но не могли бы, уважаемый герцог, потормошить эти чёртовы поленья?
– попросил он, стягивая перчатки и скидывая их на стол.
– Огонь едва тлеет, я уже чую, как старческий холод подкрадывается к моим ступням.
Дрова в камине, действительно, давно не переворачивали, так что посол без лишних вопросов поднялся, взял кочергу и принялся ворочать поленья. Посол стоял спиной к королю, а потому не видел, как Шикон трясущимися руками вытаскивает пробку из бутылочки и выливает содержимое в его кубок. Когда гость вернулся в кресло, правитель Бриттолии уже ждал с протянутой тарой.
– Прошу.
– Благодарствую.
– Ну-с, как говорится, за доброе начало прочного мира?
– Замечательные слова, - мягко улыбнулся посол и поставил кубок на стол.
– Но всё же, прежде чем мы скрепим будущий союз сим праздным тостом, хотелось бы поговорить. Позволите?
– Конечно, - кивнул король, но на мгновенье его лицо исказила недовольная гримаса.
– О чем изволите держать беседу?
– О вашем решении, - всё с той же мягкой улыбкой ответил Тайвос.
– Сколько лет уже враждуют наши королевства? С чего вообще славные предки пошли друг на друга огнём и мечом?
Шикон, казалось бы, задумался, но в итоге предложил ответить гостю. Что тот и сделал:
– Пять столетий. Пятьсот с лишним долгих лет мы никак не можем найти общий язык, зато раз за разом находим всё больше поводов друг друга ненавидеть. Расхожесть в культурных традициях, обычаях, празднествах, понимании воли богов, тактике ведения войны... Да хотя бы даже пристрастия в пище! Ведь неприязнь, нетерпимость, а затем и ненависть рождаются от чуждости. И если перебирать наши различия, то так можно и до утра просидеть. Но если копнуть в корень конфликта, то все причины становятся просто смехотворными. Мелочными. Совершенно несущественными. И наши предки этого не осознавали, ведь они даже не пробовали искать то, что нас объединяет. Кто-то, конечно же, мог бы возразить, мол, что толку искать иголку сходства в стогу различий? Однако если бы они попробовали, то сразу бы поняли, что различий - всего-то лишь с иголку, зато вот сходства - целый стог!
Шикон, судя по лицу, искренне удивлённый ответом, жестом предложил послу продолжать.
– Да хотя бы взять самое очевидное. Мы - люди, существа одного рода. Мы - братья по крови, ведь наши королевства родились на одних и тех же просторах - землях славной Семирии. Мы даже поклоняемся одним и тем же богам. Перечислять можно и дальше, вопрос нашей общности гораздо обширнее, чем кажется на первый взгляд. Понимаете ли, вся суть кроется в том, с какой стороны взглянуть. Тот, кто желает видеть перед собой врага и отыскивать причину для ненависти, обязательно её находит. И наоборот: тот, кто желает отыскать в ближнем своём друга, всегда его находит. Нужно немногое. Лишь руку протянуть. Вся суть моей речи сводится к тому, что мы и сами уже не помним, почему друг друга невзлюбили. Осталось лишь чувство. Но здравомыслия в нём нет.
Посол убедился, что король его слушает - а тот слушал, едва ли не с открытым ртом, - и продолжил:
– Несмотря на то, что я, как и мой брат, прекрасно понимаю данную правду, именно вы, Шикон Бриттольский, наконец решились сломать печать раздора и протянуть нам ветвь перемирия. Если, конечно, данная встреча - не какая-то хитрая уловка, дабы заманить меня в свои владения. Но я отказываюсь в это верить.
Шикон не сводил с гостя глаз, пока тот продолжал лить мёд своими устами: