Дом боли
Шрифт:
– Так совсем не интересно. Почему бы тебе не выспаться?
– То есть, хочешь сказать, что ты дашь мне выспаться?
– фыркнула я, снова распахнув глаза и уставившись на черный силуэт на фоне окна.
Только глаза чуть мерцают в темноте.
– Разумеется. Ты сейчас похожа на выжатый лимон. Спокойной ночи, а я подумаю, как тебя взбодрить.
Он выпрямился, вставая, но я схватила его за руку, остановив.
– Что мне сделать, чтобы ты отпустил меня?
– тихо спросила я, пытаясь достучаться до той серьезной желтоглазой ипостаси, которая на несколько минут показывалась там, на лестнице.
– Переиграй меня, - рассмеялся дроу, снова растворяясь в тенях.
–
– Магу, хоть и бывшему? Вернуть вещи? Хм-м. Ладно. После боев.
Это не слишком обнадеживало, но пусть эта проблема останется на завтра. Я хочу спать и не хочу ни о чем думать, надеюсь, утром я почувствую себя лучше.
Впрочем, поспать мне толком не дали: через несколько часов в дверь отчаянно забарабанили. Я открыла, и влетевший Берс, чуть не сбил меня с ног, за прошедшее с ужина время он растерял всю свою недавнюю вальяжность и сосредоточенность. Орен не выглядел больше ни дельцом, ни работорговцем, он выглядел немолодым измученным человеком, пережившим тяжелейшее потрясение в его жизни. На нем была какая-то черная шелковая одежда с красной вышивкой, вроде коротких штанов и короткого же халата с узким поясом, и я в жизни не подумала бы, что такой человек в принципе может носить что-то настолько легкомысленное.
– Кристина! Кристина. Нам надо поговорить, - в голосе мелькали откровенно истерические нотки
А еще его трясло, как лист пальмы во время осеннего шторма, и, похоже, он находился в глубоком шоке. Ничего, скоро весь замок будет пребывать в таком состоянии. Когда человек не в себе, можно попробовать успокоить его эмпатией, налить вина или попробовать говорить с ним спокойно и четко, я выбрала последний вариант.
– Берс! А ну сядь! Что случилось?
Он плохо понимал, что я ему говорю, и смотрел совершенно безумными глазами, в которых еще плескались отголоски пережитого ужаса.
– Этот... Этот больной ублюдок... Он... Нам нужно от него избавиться!
– Погоди, - я все-таки усадила его на кровать и налила воды из графина, - вот, выпей.
Это вполне естественное предложение почему-то привело его в ярость.
– Да не хочу я пить! Мы должны убить его!
– Увы! Я не могу.
Работорговец снова вскочил, забегал по комнате, роняя на пол мелкие предметы и натыкаясь на мебель, и выглядел при этом залетевшим случайно в комнату испуганным мотыльком.
– Берс, да погоди ты. Что случилось, ты можешь сказать толком?
– Нет!! Он пришел ко мне сегодня... Он... Мы должны его убить! Слушай. Слушай... Я написал Бреннону, он знает, что ты здесь. Ты можешь как-то связаться с ним? Эрик найдет способ, он всегда находит способ!
А вот и наш шанс, кажется. Не будем пытать мужика на предмет того, что именно с ним произошло. Все, что угодно. Гигантский паук в ванне, например. Или окровавленный труп в кровати. Я осторожно взяла его за плечи, усаживая обратно на кровать.
– Да. Мне нужна рубиновая серьга, которую ты вытащил из моего уха. Знаешь, где она?
В его глазах впервые появилось осмысленное выражение.
– В сейфе, в моем кабинете.
– Нужно достать ее - это средство связи. Так, скажи мне, как открыть сейф и возвращайся к себе.
– Нет!!
– заорал он, снова вскочив на ноги, видимо, что бы ни приключилось в его комнате, оно все еще было там.
Только тут я поняла, что он еще и босиком, а пояс на коротком халате завязан как минимум узлов на десять. Эмпатически налаживать контакт я даже не рискнула: что бы ни привело работорговца в такое состояние, чувствовать подобное мне не хотелось абсолютно. Да и какая разница? Причина-то произошедшего известна...
–
Ладно-ладно, - подняла я руки в примирительном жесте, - жди здесь, если хочешь. Как открыть сейф?Но мужчина был в истерике, он снова забегал по моей спальне, то коротко жадно прикладываясь к горлышку почти опустевшей бутылки, то хватаясь за голову. Такое бывает, по себе знаю, когда кажется, что если только остановишься - голова буквально взорвется. Я попробовала поймать его возле окна и все-таки вытянуть из него разумный ответ, а он схватил меня за плечи так, что стало больно.
– Ключом, - отмахнулся Берс от разумного вопроса, чтобы побыстрее вернуться в свое невменяемое состояние, - ты просто не представляешь! Ты просто не можешь себе представить!!
Пальцы почти конвульсивно сжались на моих плечах, и он затряс меня, как тряпичную куклу.
– Да успокойся ты уже!
– заорала я ему в лицо, пытаясь не прикусить себе язык.
– Я...
В этот-то момент его шея и взорвалась фонтаном крови. Берс обмяк и со страшным хрипом повалился к моим ногам. Я упала на пол рядом с ним и откатилась под диванчик, ожидая продолжения, но ничего больше не происходило, а вот Орен Берс, судя по всему, был бесповоротно мертв. Через пару минут я рискнула чуть приподняться, стараясь не высовываться из-за подоконника, и посмотрела на тело. Труп. Определенно, труп. Я закрыла ладонью остекленевшие серые глаза под кустистыми бровями, испытав внезапное чувство жалости.
Это был уже перебор.
Что-то пробило его шею насквозь, порвав артерии, из которых хлестала кровь, заливая пол и дорогой ковер светло-лилового цвета. Я была вся в ней: руки, лицо, даже белое платье расцвело алыми влажными маками. Было бы похоже, что его застрелили, если бы нашлась пуля, но ее не было, ни под телом, ни где-то на полу. Значит, снова какая-то магия. Тут уже затрясло меня. От ярости. Взбодрить решил, значит?! Выжатая, как лимон?! Скучно ему?!
Я вылетела в коридор, даже не сполоснув ладони, как была, и ринулась искать комнаты больного на всю голову дроу. Местные головорезы реагировали неоднозначно: таращились во все глаза, но вопросов не задавали, напротив, послушно проводили до резных дверей в покои во второй башне. У темного оказалось не заперто.
– Ты совсем охренел?!
– заорала я с порога и осеклась.
Эльф сидел на подоконнике, расслабленно свесив одну ногу наружу, и пил вино из блестящего в свете лун кубка. Все эльфы любят высоту, я в последнее время тоже предпочитаю окна, карнизы и крыши, странно, что родившийся в подземном городе дроу также разделял эту маленькую причуду.
Впрочем, замерла я не поэтому: из одежды на нем не было вообще ничего. Совершенная статуя из черного дерева, красиво обрисованная холодными лучами Пиллза и ослепительно-белая копна волос. Он обернулся через плечо, сверкнув янтарными глазами, оценил мой вид и расхохотался. Он смеялся и смеялся, чуть не свалившись с подоконника, а я стояла посреди его комнаты, и меня снова душила ярость. Надо же, казалось, что нервная система уже исчерпала себя, а вот поди ж ты...
– Выглядишь потрясающе!
– он спрыгнул в комнату одним легким движением, но теперь уже мне было абсолютно плевать на его наготу.
– Какого демона ты сделал с Берсом?!
– заорала я на него, так и застыв посредине комнаты.
– О, - Скримджой усмехнулся, - мы немного развлеклись вместе и все.
Похоже, он и не думал одеваться: подошел к столу, поставил кубок и вытащил из ящика какую-то серебряную шкатулку.
– Это - для тебя развлечение?!
– Да ладно!
– махнул он рукой, доставая из шкатулки тонкую коричневую сигариллу с золотистым ободком, явно дорогой сорт табака.
– Я был почти нежен.