Дочь молнии
Шрифт:
Сайед, сидящий прямо напротив ее, играл с Бреганом и улыбался ей, едва заметно вздыхая. Он не был огорчен внезапным ее отчуждением — она ведь не отвергла его совершенно. Он подождет.
Бледная луна зависла над лагерем; воздух посвежел от мягкого ветра, дующего с реки. Где-то рядом ухнул филин. Этлон собирался уже вернуться к своему ложу, когда Габрия вдруг вскочила на ноги.
— Этлон, здесь кто-то есть!
Вождь встал, за ним резко поднялись и все остальные. Руки потянулись к оружию. Нэра заржала в темноту, но ее ржание показалось Габрии более приветственным, чем опасением.
Они
— Подойди сюда! — крикнул воин.
Фигурка в плаще нерешительно выступила из темноты, сделав несколько шагов и остановилась.
— Вы — группа Хулинина? — спросил глухой голос.
— А кто ты такой, чтобы этим интересоваться? — спросил Этлон.
— Я ищу девушку из Корина, ту, которую называют колдуньей, — последовал ответ.
До того как Этлон успел остановить ее, Габрия вышла вперед:
— Это я.
Она не чувствовала никакой опасности, но обрадовалась, когда три хуннули возникли из темноты и окружили ее.
Закутанная в плащ фигура охнула и попятилась назад при виде огромных черных лошадей.
— Я — Габрия из клана Корин, — мягко сказала девушка. — Не бойся. Что ты хочешь?
Казалось, незнакомец обрел смелость благодаря спокойному голосу Габрии; он вновь ступил в круг света.
— Я видела вас в трелде, но вы уехали прежде, чем я успела поговорить с вами, — дрожащими руками фигура отстегнула желтый плащ Рейдгара и оказалась… женщиной.
Она не была красавицей и, похоже, никогда не была таковой. Сухой ветер и беспощадное солнце наложили неизгладимый отпечаток на ее худое лицо. Ей было, по-видимому, далеко за сорок, в волосах ее серебрилась седина, ее одежда не была расцвечена ни орнаментом, ни украшениями — ничем таким, что говорило бы о ее принадлежности высшим слоям клана.
— Откуда вы узнали, что мы здесь? — спросил Бреган. — Говорите же.
— Я подслушала разговор лорда Кауруса с тем всадником, что отвозил вам дары. — Она боязливо взглянула на мужчин, затем повернулась к Габрии: — Я должна вам кое-что передать, леди. Это очень важно, — сказала женщина беспокойно. — Выходи! — крикнула она кому-то, спрятавшемуся позади нее, затем вытолкнула вперед маленькую чумазую девочку.
Ребенок попытался было зарыться лицом в юбку женщины, но она подтолкнула его к Габрии.
— Это Тэм. Ей десять зим. Моя сестра умерла, дав ей жизнь. Она владеет магией, как вы, леди. Прошу вас, возьмите ее с собой. С вами она будет в безопасности. Я не могу далее скрывать ее талант, а лорд Каурус… если он узнает, он велит убить ее.
Габрия от неожиданности потеряла дар речи и только переводила глаза с женщины на девочку.
— Мы не можем брать с собой детей, — заговорил Хан'ди, но Этлон остановил его жестом.
— Откуда вы знаете о ее таланте? — спросил вождь.
Женщина нервно заламывала руки.
— Она умеет! Она делает такие вещи! Она… она странная.
Габрия положила руку на шею Нэры:
— Ребенку и вправду знакома магия?
«Да», — ответила кобылица. Жеребенок подтвердил это ржанием.
Колдунья наклонилась, чтобы получше разглядеть
лицо девочки. Ребенок был грязным и взъерошенным. Его потрепанное платье, очевидно, досталось ему от старших детей, но личико девочки было хорошеньким, а волосы, хотя и давно нечесаные, были густыми и темными. Ее смышленые глаза смотрели на происходящее вокруг с живым, беспокойным интересом; взгляд этот казался слишком взрослым для ребенка ее лет.Габрия почувствовала, что сердце ее смягчилось. Хан'ди прав, конечно, ребенок будет некстати. Путешествие обещает быть долгим и опасным, и жизни их находятся под вопросом. Но, изучая взглядом беспокойное лицо Тэм, она не колебалась. Этот ребенок, эта маленькая колдунья в силу своего таланта должна быть укрыта и надежно защищена от сомнительной благодетельности людей, подобных Каурусу.
— Хочешь пойти с нами, Тэм? — спросила Габрия.
— Она не может говорить, — сказала женщина.
— Не может или не хочет? — уточнил Пирс.
Женщина пожала плечами:
— Она не произнесла ни слова, с тех пор как умер ее отец, пять лет назад. Мой муж говорит, она больна.
Габрия осторожно и бережно откинула со лба Тэм прядь черных волос.
— Ваш муж не говорил вам, откуда у нее вот это? — она повернула голову девочки к свету и указала на большой свежий кровоподтек на виске ребенка.
Женщина отступила назад, ее лицо выражало смесь страха и грусти.
— Вы понимаете, почему ей лучше быть с вами? Она не протянет долго со мной.
— Я не понимаю, почему в нашей компании ей безопаснее, — сказала Габрия.
— По крайней мере, у нее есть шанс, — взмолилась женщина. — Тэм из того же теста, что и вы. Позаботьтесь о ней. Я не могу!
До того как кто-нибудь смог остановить ее, она бросила на землю маленький узелок, повернулась и скрылась в темноте.
Воины двинулись было за ней, но Этлон остановил их.
— Пускай уходит.
Хан'ди, тяжелое лицо которого пылало, подошел к нему.
— Лорд Этлон, я протестую. Это предприятие не для детей. Мы не можем терять на эту девочку драгоценное время.
Пирс опустился на корточки рядом с Тэм и осторожно провел пальцем по синяку на ее лбу.
— Она выглядит вполне здоровой. Мне кажется, она будет в состоянии вынести путешествие.
— Кроме того, не можем же мы бросить ее здесь, — заметил Сайед.
— Или вернуть ее лорду Каурусу, — добавил Кет.
Этлон удивленно поднял брови, глядя на неожиданных защитников Тэм. Он был вполне согласен с Хан'ди, но у них не было выбора.
— Она отправляется с нами, — решил он. — Хуннули приглядят за ней, и мы, думаю, будем в состоянии выделить кусок для такого маленького едока.
Габрия благодарно улыбнулась Этлону.
Тэм и не пошевелилась во время бегства своей тетки и словесной перепалки между мужчинами. Казалось, она приросла к земле, настолько она была испугана. Габрию удивила эта полнейшая молчаливость девочки. Она не заплакала, не закричала, даже не вздохнула ни разу. Она так и стояла на том месте, где ее бросила тетка.
— Тэм, — мягко сказала Габрия. — Я тоже колдунья.
Тэм не отвечала. Ее маленькое личико побелело от волнения под слоем покрывавшей его грязи.