Дочь Хранителя
Шрифт:
— Вообще-то я о другом. Ну о том, как ты с мечами… танцуешь, что ли…
— А, это разминочный комплекс. Есть несколько уровней сложности, самый простой могу показать. Попробуешь.
— Ты, наверное, долго этому учился.
Он же эльф, куда ему спешить? Мог потратить пару сотен лет на этакую разминку.
— Не очень, — усмехнулся в ответ Иоллар. — Только учиться начал еще в детстве. И учитель был хороший. Со мной Ромар занимался.
— Кто? — Будто бы это имя должно мне о чем-то говорить.
— Ну Ромар, — повторил Ил. — Ромар Меч. Он идущий.
— Считаешь, я всех идущих должна знать?
— Его
— А я-то думала, это твой почетный титул, — вставила я маленькую колкость.
— Нет, — не заметил сарказма эльф. — До Рома мне еще далеко. Вот потренируюсь еще немного и снова его вызову.
— Снова? А сколько раз вы уже сражались? И ты все время проигрывал?
— Не твое дело. — Забывшись, Иоллар разоткровенничался, а теперь спохватился.
— Ты как будто завидуешь этому Ромару, — продолжала насмешничать я. — Завидуешь?
— Завидую, — неожиданно спокойно произнес принц. — Но не потому, что он отличный боец. Этому можно научиться.
— А почему тогда?
— Я же сказал: он — идущий. Но тебе меня не понять… Открывающая.
Глава 6
— …И вы, как участник последней саатарской кампании, думаю, не откажетесь от моего предложения. Многого от вас не потребуют, зато дадут возможность рассчитаться с лар’элланскими выродками, за все то, что вам пришлось вынести по их вине. И небольшой аванс…
— Убирайтесь!
— Что?
— Выметайтесь из моей лавки и впредь здесь не появляйтесь!
Человек, чье лицо скрывал не столько опущенный капюшон, сколько неестественная, наведенная чарами тень, растерянно замер. На такой ответ он не рассчитывал.
— Вы забываетесь, магистр, — проговорил он медленно.
— Это вы забываетесь, — прохрипел старик. — Идите вон и не смейте являться ко мне с подобными предложениями! Или…
Он угрожающе поднял руку, и серебряная змейка-браслет на его запястье шевельнулась, злобно сверкнув рубиновыми глазками.
— Я не желаю больше видеть вас в своем доме!
— Пусть так, — со странными нотками в голосе согласился чужак, — воля ваша…
Он направился к двери, но, проходя мимо хозяина, вдруг извернулся и вцепился в плечо старика длинными бледными пальцами, на одном из которых вспыхнула бирюзовая звездочка.
Миг, и все поплыло вокруг, изменяясь: вместо свечей — тусклые звезды, глядящие сквозь разобранную кровлю, вместо уставленных коробочками и склянками стеллажей — покрывшиеся изморозью, полуразрушенные стены.
— Воля ваша, магистр. Вы теперь не в своем доме. И видеть меня вам придется. Даже больше, я последний, кого вы увидите…
Галла
За школьными занятиями, уроками фехтования, редкими вылазками в город и ставшими уже нормой чаепитиями с Сэлом я и не заметила, как пролетели последние дни зимы. И в ночь с тридцатого февраля на первое марта в Кармоле готовились встречать Новый год.
Всегда любила этот праздник!
И на Земле, с елкой, оливье и мандаринами, и на Пантэ, на залитом светом двух лун теплом побережье. Казалось бы, какие еще возможны чудеса в моей насыщенной невероятными событиями жизни? Но нет, снова, как в детстве, впадаю в состояние радостного предвкушения чего-то доброго и волшебного.Не знаю, как там с добрым, а волшебного мне в следующем году уже обещано. Наставник решил, что пора поднимать мое обучение на новый уровень, и в то время, как все мои школьные друзья две длани будут отдыхать на каникулах, выгулках по-местному, мне предстоит постигать неизвестные доселе магические умения. Тэр Марко отпустил мне лишь три выходных. А посему решено: времени не терять и праздновать, праздновать, праздновать!
Договорились с ребятами собраться в Школьном квартале. Там, на площади, уже разложены дрова для костров, сооружен для музыкантов высокий деревянный помост, с утра выставляют лотки продавцы всевозможных вкусностей, и выкатываются из погребов (а как же без них!) тяжелые винные бочки. Будут песни, будут танцы, будет веселье! Стречная ночь! Старый год с Новым встречается, встречается и прощается!
— Ты что, так пойдешь? — ужаснулся Лайс, оценив мой наряд.
И что ему не нравится? Черное, еще в Мискане шитое платье, на мой взгляд, смотрелось очень мило. Ну да, похудела я с тех пор немного, пришлось потуже затянуть шнуровку, из-за чего вырез на груди чуть шире разошелся, но все же не настолько, чтобы назвать это неприличным, скорее уж соблазнительным. Во всяком случае, я именно на такой эффект и рассчитываю.
— Так и пойду, только пальто накину, а что?
— Что?! — Кард за руку вытянул меня в гостиную. — Ил, ты только посмотри на нее!
Глаза у эльфа чуть ли на лоб не вылезли.
— Кто это?
— Кто? Я тоже хотел бы знать, кто это, и куда подевалась добропорядочная девица, проживавшая до сих пор в этом доме?
А хрен ее знает! Очень надеюсь, что больше она не появится — устала я от этой добропорядочности.
Принц Ваол обошел меня по кругу, оценивающе рассматривая со всех сторон, и глубокомысленно потер подбородок.
— Знаешь, — обратился он к Лайсу, — эта мне нравится больше.
Не ахти какой комплимент, но на первых порах удовольствуемся малым.
— Какое там «больше»! — переключился на эльфа Эн-Ферро. — Никуда она в таком виде не пойдет, да еще и одна!
— Я не одна!
— Она не одна, — подтвердил Иоллар. — Ее уже Сэл под дверью дожидается.
— Как дожидается? Тогда все, я пошла, пока он там не замерз и я не осталась в одиночестве в такую ночь!
— В какую «такую ночь»?! — снова взорвался Лайс.
Я помахала ему рукой от двери и послала воздушный поцелуй:
— Я тоже тебя люблю, братишка!
Юули
Дивер не любил это место. Его раздражала стерильная белизна стен, бесконечные стеклянные перегородки и запах: едкий, кисловатый запах холодной крови. Куда как лучше пахнет кровь горячая, живая, пульсирующая, бьющая струей из разодранной шеи врага, тонкой струйкой стекающая по недвижимому телу жертвы. Но этот дух припозднившейся смерти, витавший в лаборатории Кадма, его бесил.