Дитя Бунта
Шрифт:
Мои ладони легли на тонкую талию, обтянутую изумрудным бархатом, поднялись выше, еще выше — к наполовину обнаженным плечам, пальцы бегло скользнули по глубокому вырезу платья, легонько сжали плечи, вернулись обратно. Я пристально смотрел в расширенные в полумраке зрачки осенних глаз, видя перед собой совсем другое лицо — с молочно-белой кожей и едва заметной россыпью веснушек на скулах.
Эльфийка подалась мне навстречу, приоткрыв губы для поцелуя. Ну, нет, малышка, чуть позже… Стоявший позади нее Морни повторил мои движения, обводя изгибы юного тела от талии до плеч. Слегка потянул за длинные волосы, поцеловал в шею, продолжая нежно массировать плечи девушки.
Я расстегнул молнию платья, освобождая юную особу от ненужного
— М-м-м… — протянул Морни. — Шалунья без трусиков…
Не только без трусиков, но еще и с затейливой фигурной стрижкой на лобке. Смотри-ка, новомодное поветрие добралось и до провинциалок!
Мы начали ласкать ее вдвоем, не пропуская ни одного дюйма атласной кожи. По неуверенным и несколько суетливым движениям эльфийки я понял, что опыт близости с двумя мужчинами для нее в новинку.
— Не торопись, сокровище. Мы только начали. — Прошептал я, отводя в сторону пряди белых волос и прикоснувшись губами к аккуратному изящному ушку.
Она все еще держала в руке запотевший бокал, пустой на треть. Я мягко забрал его, отпив глоток. Пожалуй, настало время для поцелуя…
Призывно приоткрытые губки дождались-таки желанного мига, впуская в ротик мой язык в сопровождении нескольких капель уже согревшегося вина. Пока я сжимал ягодицы маленькой попки, Морни ласкал груди эльфийки — тоже маленькие, с остро торчащими темно-коричневыми сосками, удивительно крупными для таких грудок. Затем его рука скользнула вниз, к замысловато подстриженному островку белых волос, и девушка застонала, когда мужские пальцы усилили нажим в самом чувствительном месте.
Когда этот хитрец успел раздеться?!
Пока я наверстывал упущенное время, снимая штаны, Морни подхватил эльфийку на руки и уложил на высокую кушетку, как раз предназначенную для того, чтобы быть втроем и не толкаться на обычной постели, больше мешая друг другу, нежели доставляя удовольствие партнерше и получая самим. Упругая кожаная поверхность анатомически подстраивалась под изгибы женского тела, и это тело, кстати, было полностью готово принять любого из нас.
Я вернулся к прерванным ласкам уже тогда, когда глаза юной особы накрыла ажурная кружевная повязка — весьма условный барьер, позволяющий, в общем-то, видеть почти все, что делается вокруг. Сейчас видно было следующее: чашу с кубиками льда на столике, широкую свечу и зажигалку в моих руках.
— Ты знакома с этим?..
Она кивнула, облизывая губки кончиком языка, в то время как Морни, налив себе в ладонь немного массажного масла, начал наносить его на кожу девушки. Это создаст дополнительную защиту и поможет убрать воск впоследствии.
Я поджег фитиль свечи и проверил температуру воска, капнув себе на сгиб локтя, затем — в аналогичное место на руке девушки, подняв свечу повыше. Чистый парафин, с самой низкой температурой плавления, около пятидесяти градусов по человеческой шкале Цельсия, не даст ожогов и не причинит боли эльфийке, у которой болевой порог существенно выше, чем у обычной женщины.
— А-а-ах…
По тому, как вздрогнула и тихонько застонала юная особа, можно было сделать вывод, что она чувствует приятное жжение. Я кивнул Морни, чтобы тот встал у изголовья кушетки, удерживая запястья эльфийки над головой, и, тем самым, обеспечивая большую точность моих действий, но — не мешая девочке умеренно извиваться в свое удовольствие.
Горячие капли встречались с ее темной кожей — то единичные, то переходящие в дождь, то разлетающиеся веером. Точечные отметины на плечах и груди. Дорожки на бедрах. Затейливую интимную стрижку пришлось обойти стороной (кто не пробовал сам, тот вряд ли поймет, каково это — убирать воск из плотных завитков волос!), но малышка и так уже была возбуждена достаточно. Продолжая удерживать ее тонкие запястья правой рукой, левую Эльдендааль пустил в ход для того, чтобы
счищать с кожи воск и тут же успокаивать разгоряченные места быстро таявшими кусочками льда.Она была восхитительна, естественна, не пыталась театрально вскрикивать или двигаться, как начинающая актриса соответствующих фильмов. В наших с Морни руках она сама плавилась, подобно воску.
Не скрою, сейчас я бы предпочел видеть другую на ее месте, и только наедине — без участия кого-то еще. Я не хотел бы делиться ею ни с кем и никогда. В присутствии юной искательницы приключений, будучи возбужден физически, я остался холоден эмоционально.
— Пожалуйста… — захныкала посетительница левого угла эльфийского клуба. — Я… я больше не могу…
Умоляющий блеск глаз под кружевом повязки, сбивчивое дыхание. Хватит ее изводить, девочка вот-вот кончит. К тому же, у нее впереди Морни, а он, скорее всего, будет безжалостен, сдерживая оргазм партнерши до полной утраты ее контроля над собой.
Я взял эльфийку и кончил сам, когда услышал освобождающий, благодарный крик ее наслаждения. Теперь пусть отдохнет, тем более что, Морни шепчет ей на ушко про подвешивание, и она соглашается. Пожалуй, я пас на сегодня.
Одевшись, я оставил их вдвоем и вышел к бару, чтобы расплатиться с администратором клуба и заказать себе виски. Подвешивание — долгая история, особенно в исполнении Эльдендааля. Придется ждать его часа два, как минимум, а потом вызвать такси, чтобы довезти искательницу взрослых приключений до гостиницы.
Теперь ей точно хватит впечатлений, чтобы делиться с подругами целый месяц.
ГЛАВА 6.
Право на трофей
Лорд Киган Оустилл
Утро было солнечным и почти жарким, как будто май решил поменяться местами с июлем, расщедрившись на невиданные с утра двадцать два градуса тепла. Кстати, май в Шотландии является довольно солнечным месяцем, но с резким контрастом ночной и дневной температуры. В короткий период оледенения после Сопряжения май «баловал» ночными заморозками жителей всех Британских островов, теперь же подобное явление, как и обильные снегопады на северо-востоке Шотландии, характерно для начала апреля.
Мы позавтракали в отеле, где разместился Морни. Я бы не отказался выспаться, но это важное мероприятие, похоже, откладывалось. Когда мы сели в «Валькирию», чтобы вернуться в воинскую часть, я услышал о довольно забавной новинке, придуманной милордом Дезмондом Фьори.
— Ты представляешь, что взбрело на ум этому котолюбителю?! — Со смехом рассказывал Эльдендааль. — Первая выставка генномодифицированных мейн-кунов, которую он собирается провести через год, будущей весной!
Дело в том, что Фьори проникся человеческой модой, введенной незадолго до Сопряжения, модой на химерные живые организмы, появившиеся среди домашних любимцев. После катаклизма работы по созданию таких гибридов приостановились, поскольку всем было не до того, а потом мода вновь ожила. Так появились генномодифицированные коты — мейн-куны с генами собаки. Гибридизация сказалась на их размерах, физиологии и характере взаимоотношений с хозяином. К собакам же они относятся, как к своим, что другим котам не слишком приятно. «Котолюбитель» Фьори поддержал человеческое начинание, став совладельцем первого питомника в пригороде Лондона.
Экспансия пушистиков поползла с Туманного Альбиона по всей территории дроу, превратившись в самый настоящий тренд благородных Домов. Даже Эрик обзавелся таким котярой, поджарым, песочного окраса здоровяком, который воцарился в Кэслин Эльдендааль и раздражал своим присутствием нервную и несдержанную сестрицу Владыки Темных. Она-то кошек терпеть не может, ибо держит каких-то птиц. Думаю, популяция птичек в ее покоях сильно похудела с тех пор, как Эрик завел гигантского котищу, носящегося по замку с энтузиазмом, свойственным как раз собакам.