Дингир
Шрифт:
— Что?
— Когда мы прибудем на Архонт… ты это самое, ну… — Испытывая смущение Пак начал почёсывать свой белый затылок. — Ты не против, если мы вдвоём… ну… секс?
— Если честно… — Выдержав паузу, она добавила: — Убила бы, чтобы с кем-то потрахаться!
— О, замечательно! Как будем действовать? Ты снизу? Или предпочитаешь политику сыра: всегда сверху?
ГЛАВА 13. НА ДВА ФРОНТА
— Что происходит?! Где я?!.. Я ничего не вижу!
— Они часто так делают… — насмешливо сказала Мика. Она и Раш смотрели
— Шаблонное мышление делает человека не подготовленным к неожиданностям, — пояснил Раш. — Их ограниченность становится привычкой, а когда таких людей насильно выталкивают за пределы устоявшихся шаблонов и зоны комфорта, то это приводит их мозг в сильное замешательство.
— Получается, эти парни даже в своих фантазиях не представляли, что их могут взять в плен и убить?
— Да. А сейчас на нас обрушится их шквал несмирения с происходящими событиями. Но думаю, этот процесс знаком тебе очень хорошо, Мика.
— Выпусти меня дрянь поганая! — ругнулся второй пленник с мешком на голове, тем самым моментально подтвердив слова Раша. — Ты знаешь, кто я такой?
Следующий: третий пленник начал молчаливо дёргаться. И когда крепость верёвок поставила его на место, он спокойно сказал:
— Я не знаю, кто вы, но если сейчас же не развяжите меня, то вас объявят международными террористами, а потом пристрелят в самый неожиданный момент.
— Кто он такой? — заинтересовался им Раш.
— Агент ФСБ.
— Мика… — Вздохнув и выдержав небольшую паузу, он продолжил говорить: — Кажется, ты перестаралась.
— Но ты же сам сказал, что тебе нужны абсолютно гнилые ребята?! Если они не подходят, то я убью их и притащу других!
— Моя претензия заключается отнюдь не в этом. Если в управлении ФСБ заметят пропажу своего агента, то они переполошатся и начнут тщательно его искать. Мобилизуется целая туча различных спецслужб. И все эти службы очень крепко сядут нам на хвост.
— А! Об этом не беспокойся! — бодро ответила Мика. — Я замела все возможные следы! Да, его точно станут искать, но только это произойдёт где-то примерно через год. Могу рассказать в подробностях!
— Ладно, не нужно. Этого выигранного времени уже достаточно. А насчёт твоей чуйки по распознаванию гнилых людей я никогда не сомневался.
— Ох, какой же ты!.. — Мика захотела обнять Раша, но сдержалась. — Я прямо сейчас хочу полностью оказаться без одежды!
— Выпустите меня мрази! — напомнил о себе первый пленник. — Если хотите убить меня, тогда давайте, но знайте, вам это с рук не сойдёт!
— Они не собираются нас убивать, — сказал агент ФСБ. — Если на наших головах висят мешки, то в конечном итоге они отпустят нас. Мы не знаем их лиц и не сможем описать место, в котором нас удерживают. А для будущих мертвецов мешки ни к чему.
Внезапно с его головы слетел чёрный мешок.
— Ку-ку! — сказала Мика ему в открытое лицо.
— Вот чёрт… — иронично обронил агент.
— Я не сняла с вас мешки по многим причинам, но точно не по той, о которой ты говоришь. А сейчас вы привязаны к моим крестам и здесь мой любимый Раш. Так что вы никуда не денетесь.
Далее мешки были сняты и с остальных. Потратив несколько секунд на анализ похитителей, троица вновь занялась своим освобождением, так как теперь они обзавелись более детальной картиной происходящего. Однако этот визуальный контроль никак не помог им справиться с верёвками и в этот раз. После чего, как зацикленные механизмы,
те снова принялись голосить, будто решили пустить в ход единственное оставшееся в арсенале оружие. Тем не менее, это оружие считал эффективным только их бессознательный мозг:— Козлы, да я вас уничтожу! — потерял над собой контроль агент ФСБ. — Слышите? Уничтожу!
— О, вот они эмоции?! Ты злишься, а значит, и плакать можешь, — произнеся, Мика направилась к этому крикуну с ножом в руке. — Я хочу задать тебе вопрос, агент… А, кстати, ты знал, если тебе говорят, что “хотят задать вопрос”, то ты автоматически начинаешь прокручивать в своей голове всё то, что ты недавно сделал плохого. И лично я знаю, насколько ты лицемерен, поэтому сейчас в твоей голове пустота. Такие как ты способны убедить себя самих в том, что, даже совершая абсолютную дичь, вы чувствуете себя, Ангелами Справедливости воплоти. Твой язык бесполезен. Он говорит самую отвратительную версию лжи — ложь через самообман… Поэтому я отрежу этот язык. Но я буду делать это медленно; отрезая по маленькому кусочку. Мне просто стало интересно: на каком именно месте ты потеряешь дар речи?
— Мика, стой! — остановил её Раш.
— Ой, извини!.. Я и забыла, что они — твой корм!.. Тогда дашь мне с ними поиграться после твоей трапезы?
— Ну, это если тебе нужны их бездыханные мумифицированные трупы.
— Что? Ты о чём?
— Теперь, когда я поглощаю человеческую гниль, я забираю и жизнь.
— Вот те на?!.. — удивлённо и радостно воскликнула Мика. Далее посмотрев на обречённую троицу, она сказала им: — Вы это слышали?.. Ваша жизнь, наконец, обрела смысл.
— Вы сраные каннибалы! Развяжите меня! — почувствовав прямую угрозу, провопил второй пленник. — У меня есть связи! Если не отпустите меня, то вас найдут и прирежут как свиней!
— Забавно мыслит этот человек, да Раш?.. Он понял, что ему конец, но при этом продолжает требовать свободу. Свобода — это моё самое любимое слово в словаре. Однако понимание свободы для этого человека сильно искажено и отдаленно от реальной сути. С рациональной точки зрения твоя свобода это и есть бессмысленное существование в клетке.
— Ты задолбала трепаться, мерзота! — рявкнул Первый. — Развяжи меня сейчас же!
— Аааааа! — гневно прохрипела Мика, задрав голову кверху. — Глупый человек, ты всего лишь будущая начинка для гроба!.. Но теперь у тебя есть шанс пожертвовать собой, чтобы принести пользу всему миру!.. Раш, я точно не могу над ним поиздеваться? Я хочу более, тактильно донести свою мысль с помощью рисунков на его плоти.
— А разве никто никогда не умирал на твоих крестах преждевременно, Мика?
— Умирали… — ответила она, скромно опустив глаза в пол. — Как-то раз я так увлеклась, что один из них умер через пять минут с начала пыток.
— Вот тебе и ответ.
— Хорошо. Как скажешь. — Мика отошла в сторону. Её лицо держало слабую улыбку, которая выражала любовь и производное от неё понимание. Моментально распознав в себе эти чувства, она продолжила говорить с пленниками: — Женщинам с высоким айкью труднее найти себе партнёра. Но если партнёр в два раза умнее её, то подобная связь способна стать самой крепкой из всех существующих. Ваше стадо само выделяет умных с помощью своей тупости и поэтому умным проще найти друг друга. Вы же просто звереныши, как и ваши тупоголовые самки! Вы нажираетесь спиртными напитками, а потом лупите своих тупых шкур! Но они всё терпят, ведь у вас слишком большие кошельки. “Размер не имеет значения” — как же!.. Истинная любовь — это когда вы смотрите не, друг на друга, а когда вы вместе смотрите в одном направлении. Прямо как я и Раш… Ой, извини! Я хотела сказать: как я, Раш и Нибрас.