Циферблат. Город Адимари
Шрифт:
Молодой человек на минуту задумался, затем достал из кармана фиолетовое стекло треугольной формы и стал смотреть через него на вторую платформу. Кира тоже из любопытства глянула и ахнула! Сквозь стекло были видны самые разнообразные поезда, которые сменяли друг друга каждые две секунды. Чем дольше Агрэй смотрел сквозь эту странную линзу, тем старее поезда представали их взору.
– Любопытные изобретения, но пока что всё не то, – лениво протянул молодой человек.
Постепенно в линзе стали появляться настоящие советские паровозы, например, ИС – мощнейший пассажирский паровоз в истории советского паровозостроения. Кира когда-то читала о нём и даже смотрела чёрно-белый видеоролик, но никогда не видела этот паровоз
Скоростной паровоз ИС20-16 с обтекаемым кожухом выглядел очень внушительно, что вызвало неподдельный интерес у Агрэя и заставило его остановить мелькание моделей поездов.
– Вот этот смотрится очень даже неплохо, – произнёс он довольным голосом.
– Может быть, я тебя разочарую, но эта модель безнадежно устарела! – сказала Кира. – К тому же их давно не выпускают.
– Такие мелочи меня не особо заботят. Красиво и удобно, а о скорости я позабочусь, – спокойно ответил Агрэй.
Молодой человек эффектно подул через фиолетовое стекло, после чего спрятал его в карман. На платформе красовался полупрозрачный паровоз ИС20-16, от которого исходило светло-голубое свечение. Казалось, вызволенный из небытия паровоз уже рвётся в своё новое путешествие, с нетерпением ожидая первых пассажиров и заботливого машиниста.
– Как ты это делаешь? – только и успела спросить Кира. Она до сих пор не могла привыкнуть к тому, что с ней целый день происходят просто фантастические вещи.
Агрэй её не слушал, а был полностью погружён в процесс. Он оглянулся в сторону гигантских лиловых вихрей, возвышающихся над городом, произнёс слова на непонятном языке, после чего от одного вихря отделился поток фиолетовой энергии и присоединился к паровозу.
За считаные минуты паровоз-призрак обрёл вполне материальный вид. Он перестал быть полупрозрачным и утратил своё свечение. Сомнений не оставалось, паровоз ИС20-16 окончательно материализовался и был готов к своему первому путешествию в двадцать первом веке. Спустя какое-то время к нему присоединился один пассажирский вагон.
– Как?! – воскликнула Кира.
– Всё, чему разумные существа когда-либо придавали форму, может быть одухотворено и оживлено. Это в первую очередь относится к самым разнообразным статуям из камня. Технические изобретения тоже не исчезают бесследно, а продолжают существовать в альтернативных мирах в таком вот виде. Любой образ или мысль имеют силу. Это всегда нужно помнить, когда ты рисуешь что-либо в своём сознании, – пояснил Агрэй, открывая дверь пассажирского вагона.
Изнутри вагон выглядел весьма внушительно. Это был роскошный пульмановский вагон, оснащённый комфортабельными спальными местами и огромными окнами. На потолке виднелись хрустальные люстры, а на стенах – замысловатые гравюры.
Кира никогда не встречала подобного оформления в современных поездах и сильно засомневалась, что этот вагон имеет какое-то отношение к паровозу ИС20-16. Вагон был гораздо шире и выше обычного. Мягкие бархатные сиденья и резные потолки из красного дерева подтверждали верность её мысли.
– Я выбрал вагон по своему усмотрению. Мне кажется, это лучшее, что можно было найти, – отметил Агрэй, словно прочитав её мысли.
– Очень даже неплохо, – слегка улыбнулась Кира.
– Вагон заправлен всем необходимым. Осталось разобраться с машинистом. Нам нужен кто-то молчаливый, эффективный и не нуждающийся в ночном отдыхе, – сказал Агрэй, в очередной раз доставая что-то непонятное из кармана своей одежды. Кира успела про себя подумать, что это не мужчина, а какой-то барахольщик, и что у него в карманах можно найти всё что угодно.
Это что-то оказалось небольшим кусочком глины, которую Агрэй разместил на полу вагона. Молодой человек достал своё любимое стёклышко, посмотрел сквозь него на этот непримечательный
материал, а затем подул. Из глины сформировался маленький человечек, который стал быстро расти, чтобы превратиться в итоге в очень реалистичного глиняного машиниста.Кира продолжала жадно смотреть на всё, что Агрэй создавал с такой лёгкостью. После поезда, казалось бы, её мало что могло удивить. Но так она думала лишь до тех пор, пока глиняный человек не заговорил.
– Добрый день, саргас Агрэй! Рад вас видеть! Каков наш маршрут? – спросил он скрипящим голосом.
Этот голос звучал как будто издалека, словно человек из глины не до конца принадлежал этому миру, а находился в двух или трёх местах одновременно.
– Мы отправляемся в город Мирный, Глин. Нам надо добраться туда как можно скорее, так что выезжаем немедленно, – повелительным тоном ответил Агрэй.
Глин поклонился и молча направился в кабину машиниста. Спустя какое-то время паровоз стал издавать характерные звуки, после чего тронулся.
– Глин умеет управлять любыми видами транспорта во всех существующих мирах, чем он и ценен. Его создатель потратил на него не меньше недели, что по нашим меркам чудовищно долго, зато результат превзошёл все ожидания! – пояснил молодой человек, усаживаясь в роскошное бархатное кресло.
– Агрэй, объясни мне, что здесь происходит? Ты сказал, что все люди находятся в состоянии замедления. Что с ними произошло, и как это исправить? – наконец задала интересующий её вопрос Кира.
– Насколько мне известно со слов Келадона, ваши учёные ставили серию экспериментов на каком-то закрытом объекте под названием Большой адронный коллайдер. Они пытались собрать вместе микрочастицы, но получили нежелательный побочный эффект. Этот эксперимент исказил полотно пространства и времени в нескольких местах, из-за чего возникла побочная связь с нашим миром и, возможно, с другими мирами. Мы стали стремительно терять драгоценную энергию лит, которую накапливали тысячелетиями. Её запасы практически иссякли, но куда именно она уходит, мы пока не выяснили. Эксперименты ваших учёных запустили сеть нежелательных событий, которые способны нанести вред не только вашему, но и нашему миру. Вот почему мы здесь. Мы здесь, чтобы закрыть дыру и вернуться в наш мир, восстановить былое равновесие, – великодушно ответил Агрэй. Он разговаривал с Кирой так, как говорят с маленьким ребёнком, словно она не в состоянии была понять всё то, что он объяснял.
– У здания грязелечебницы я видела троих мужчин, похожих на тебя, но не понимала ни слова из того, о чём они говорили. Почему же я понимаю тебя, и по какой причине ты сейчас не с ними? – продолжала задавать вопросы Кира, стараясь не обращать внимания на тон Агрэя. Ей нужно было поскорее разобраться в происходящем, и если она могла получить необходимую информацию только у этого излишне самоуверенного гостя из другого мира, то так тому и быть.
– Ты понимаешь меня благодаря вот этой вещице, – ответил её собеседник, показывая на золотую серьгу в форме полумесяца, болтающуюся у него в ухе. – Люди назвали бы это устройством перевода. Оно позволяет мне общаться с самыми разнообразными существами на их языках – даже с самыми примитивными, – ухмыльнулся он, выразительно глядя на Киру. – Если я сниму это, то перестану тебя понимать, а ты меня.
«Очевидно, он намекает на меня», – промелькнуло в голове у Киры, которая уже почти была готова вспылить. В конце концов она взяла себя в руки и повторила вопрос как можно более ровным голосом:
– Всё ясно, но ты не ответил, почему отделился от тех троих?
Агрэй сидел в кресле и параллельно разглядывал своё запястье. На коже виднелось несколько обручей, похожих на тонкие ожоги. Можно было подумать, кто-то отпечатал их на запястье раскалённой металлической палкой. Один из обручей пылал ярче других, и именно на него было направлено внимание Агрэя.