Чёрные розы
Шрифт:
– Сынок, пойду выпью за твоё здоровье, – мама подняла бутылку кверху и посмотрела на Валю мутным взглядом.
Валя ничего не ответил. Это была уже третья бутылка, которую за сегодня выпьет его мама. Значит, скоро она уснёт и можно будет совершить очередную вылазку. Валя заранее знал, что сегодня помимо основного, он получит для себя ещё и этот подарок. Руки у Вали задрожали от возбуждения. Он схватил первый попавшийся паззл и примерил его к верхушке горы. Да, это он. Паззл встал как влитой. Сегодня его день.
Валя переводил взгляд от одной кучки паззлов к другой, которые он предварительно очень скрупулёзно рассортировал: в одной лежали частички гор, в другой – моря, в третьей – зелени, в четвертой – земли; сложнее было с небом, потому что те кусочки,
Примерно через полчаса Валя услышал скрип кровати – значит, мама уже легла. Ещё несколько минут – и раздастся храп, тогда смело можно будет выходить на прогулку. Валя аккуратно сдвинул все кусочки паззлов, чтобы они не потерялись, а уже собранную картинку перенёс на подоконник.
Услышав сигнальный звук храпа, Валя потихоньку прошёл в свою комнату, надел чистые джинсы, футболку, причесался и вышел на улицу. Жили они с мамой почти на самой окраине поселка, поэтому можно было не опасаться, что его кто-то увидит, но Валя шёл очень осторожно, постоянно оглядывался, прятался за кустами, приникал к заборам. Самыми большими врагами для него были кошки и особенно собаки: если от людей можно было спрятаться, то от всепроникающего нюха животных спрятаться было невозможно. Но Валя научился справляться с этой ситуацией: он приручил практически всех окрестных собак вкусняшками, которые таскал для них из дома. Ради кусочков мяса собаки готовы были идти на компромисс с Валей и не облаивать его при каждой встрече. Все были довольны: собаки угощением, а Валя тем, что продолжает оставаться невидимкой.
Рядом с домом, в котором жил Валя вместе со своей мамой, находился дом, который давно уже пустовал. Валя об этом, конечно же, знал и использовал участок, прилегающий к нему, как самую близкую дорогу, чтобы сразу попасть на поле, не мелькая по проселочной дороге. А уж по полю можно было легко добраться до заброшенной усадьбы. Валя любил там гулять. Для него это место было как глоток свежего воздуха. Местные там бывать не любили, считая, что там какая-то аномальная атмосфера, поэтому для Вали это была самая настоящая находка: пустота и безлюдье, он чувствовал себя самым настоящим хозяином на территории этой заброшенной усадьбы.
Подходя к дому, Валя заметил рядом с участком какую-то незнакомую машину. Интересно, кто это тут припарковался? Вроде бы, все местные паркуют свои машины рядом со своими домами. Кому понадобилось ставить свою машину рядом с пустующим участком? Странно. Надо будет потом выяснить, что это за машина.
Валя быстро свернул с дороги и проскользнул на участок. И тут его сердце учащенно забилось: на балконе кто-то сидел. Валя быстро метнулся в обратную сторону, но голову обожгла мысль: а вдруг этот человек его заметил? Тогда его вылазки окажутся под угрозой. Начнутся разбирательства, мама узнает, что он без её ведома разгуливает по улицам – и всё, прощай, мир. Валя скрылся за кустами и начал пробираться в обратную сторону. Надо же быть таким неосмотрительным идиотом. Он же увидел машину. Надо было сначала разведать, откуда она тут. Да только полный дурак мог не догадаться о том, что дом просто-напросто кто-то купил, вот и появилась тут эта машина. Валя чуть ли не рвал на себе волосы от досады. И понадобилось же кому-то покупать этот дом. Теперь вся его спокойная размеренная жизнь оказалась под угрозой. Этот дом стоял самым последним в ряду домов, так что теперь незамеченным ему вряд ли удаться мимо него проходить, да к тому же ещё оказывался закрытым самый короткий путь к усадьбе, теперь придётся идти через весь поселок.
Валя затаился в кустах, сжал кулаки и почувствовал, как из его глаз потекли слёзы от бессилия что-либо изменить. Да, он не мог ничего изменить, потому что он как бы даже и не существует как человек. Его просто нет, он невидимка. А как может что-то изменить тот, кто даже не существует? Слёзы текли и текли из его
глаз обжигающим горячим потоком. Валя не вытирал их руками, его сжатые кулаки продолжали безвольно висеть вдоль туловища. Слёзы стекали по щекам, ручейками пробирались через шею внутрь футболки и там, впитываясь в мягкую ткань, исчезали. Исчезали так же, как когда-то много лет назад исчез он сам.Вале хотелось упасть на землю, впиться ногтями в траву и закричать: «Послушайте все, я существую! Меня зовут Валя! Я такой же, как вы все! Я есть! И я не хочу, чтобы в этом доме кто-то жил! Я прошу вас, оставьте для меня на этой земле хоть чуточку места! Я такой же человек, и имею на это право!» Но он не закричал, потому что не мог себе этого позволить. Валя только сильнее сжал кулаки, почувствовав, как что-то давит на его голову изнутри, пытаясь разорвать её. Виски пульсировали. Послышался треск разорвавшегося стекла. В кустах разлетелась на множество мелких осколков бутылка, которую кто-то сюда забросил. Валя разжал кулаки, голову отпустило.
Так, надо выбираться из этих кустов и идти в усадьбу другим путем. У Вали сегодня День рождения, он планировал эту вылазку, и он не отступится от своей затеи. У него не так часто бывают такие прогулки, упускать такую возможность только из-за того, что какие-то ненормальные въехали в дом, Валя не собирался. Он осторожно выглянул из кустов: дорога была свободна. Он вылез и тихонько начал пробираться в сторону парка.
В голове крутились нехорошие мысли. Как отразится на его жизни то, что рядом с ним поселились новые соседи? Что это за люди? Будут ли они совать свой нос не в свои дела? Все эти вопросы не давали Вале покоя, но ответов на них не было. Поделать он всё равно ничего не мог, поэтому придётся принимать ситуацию такой, какая есть, и подстраиваться под неё.
Одно было понятно: прежней жизни пришёл конец. И то, что ему теперь многое придётся в своём распорядке поменять, было понятно уже сейчас.
Выйдя наконец из посёлка, Валя вздохнул свободнее. Дальше всё было проще, так тщательно прятаться уже было не нужно. Валя знал, что в заброшенную усадьбу из местных жителей никто не ходит, этого места боялись как огня, почему-то считали его каким-то нехорошим, то ли проклятым, то ли демоническим. Валя же там чувствовал себя прекрасно. Это место он излазил уже вдоль и поперёк. Даже внутри здания изучил каждый уголок, несмотря на то, что заходить внутрь было запрещено из-за аварийного состояния: в любой момент там могло рухнуть что угодно. Валя, прогуливаясь по заброшенному дворцу, буквально рисковал своей жизнью, но ни за что на свете не отказался бы от этого единственно доступного для него развлечения. Если бы у него отняли эти вылазки, он бы, наверное, сошёл с ума.
Валя побродил по парку, вдыхая свежий, ничем не загрязнённый воздух. Глядя на высоченные деревья, неконтролируемо растущие вокруг и с каждым годом создающие всё более непроходимые заросли, Валя попытался представить, как на самом деле выглядят горы. Одно дело видеть их на картинках и даже по телевизору и совсем другое увидеть их вживую. Валя бы многое отдал, чтобы посмотреть на них. На картинках они выглядели так величественно. В реальности от них бы, наверное, захватило дух. А ещё он мечтал увидеть море. Синее, бескрайнее, навевающее мысли о вечности. В детстве мама читала Вале много книг про море, и он буквально бредил им. Он просил маму отвезти его на море. Мама каждый год обещала свозить его туда. Сначала Валя верил, что когда-нибудь он увидит то, что приводит его в восторг, но проходили годы, и надежда его таяла.
В серванте на стеклянной полке лежала ракушка, которую мама привезла из поездки, в которой она была, когда Вали ещё не было на свете. Когда Валя был маленьким, мама брала эту ракушку, прислоняла её к Валиному уху и давала ему послушать. Валя как заворожённый слушал этот глухой далёкий звук. Ему казалось, что море зовёт его к себе. Его душа рвалась туда, где штормовой ветер и неспокойные волны накатывают на берег. Его душа рвалась и плакала.
Когда-нибудь он обязательно поедет на море и в горы.