Чёрная Дань
Шрифт:
Вероятно, до Рагнарёка здесь ежедневно проезжало множество машин. Или на чём тогда ездили здешние обитатели? На фургонах, как у Чернявых? Или всё-таки на лошадях и колесницах? Ира по-прежнему не могла до конца понять на каком уровне развития находился этот мир. Она надеялась, что, увидев мостовую, узнает чуть больше. Однако её ждало разочарование. Поверхность моста местами была засыпана камнями, местами заросла травой и теперь невозможно было понять, была ли здесь когда-нибудь дорожная разметка.
Впрочем, проехать по мосту на грузовике или внедорожнике по-прежнему можно было бы, хоть и не
– Жители Тритона специально повалили эти деревья, – сказала Райда, – Чтобы Чернявые не могли проехать. Это их вряд ли остановит, но так они не смогут утащить много людей, как раньше.
К тому времени солнце уже почти село. Прошло больше часа, с тех пор как они впервые увидели мост. Райда снова стала торопить Иру. Та вложила в ходьбу все свои оставшиеся силы. Однако мост, хоть и был рядом, будто вовсе перестал приближаться.
– Похоже, мы опоздали, слонёнок, – сказала Райда, когда солнце совсем скрылось из виду и наступили сумерки.
Волчий вой донёсся из лесу. Долгий и свирепый.
Глава 18. Руслан
Выходя из балка, в котором Ратег только что убил Чернявого, они повторили свой спектакль. Ратег прижал к горлу Руслана заточку и повёл его впереди себя, придерживая за ворот куртки. Руслан же прижимал к груди окровавленную книгу и старался изобразить страх на лице.
Впрочем, особенно притворяться ему не приходилось, потому что он и в самом деле боялся. Боялся Ратега, прекрасно понимая, что от него всего что угодно можно ожидать. Боялся Чернявых и в особенности – их предводителя, Гримнира. Боялся звериного воя, что доносился вначале издалека, а теперь неумолимо приближался. А также неизвестности. В ближайшие пять минут могло произойти что угодно. В жизни Руслана всегда всё было так просто и предсказуемо! Теперь же на будущее влияло множество вещей, каждая из которых сама по себе вносила хаос. А сложенные вместе, они вовсе делали бессмысленными какие-либо просчёты.
Он шёл, подчиняясь Ратегу, понимая, что движется в пропасть неизвестности. И оттого трясся как собака, облитая ледяной водой.
Чернявые собрались вокруг них в мгновение ока. С дюжину солдат окружили Ратега и Руслана, направив на них дула автоматов. Однако стрелять никто не решался. Какое-то время все стояли молча. У Руслана сложилось впечатление, что Чернявые кого-то ждали. И догадывался кого.
Гримнир появился спустя пару долгих минут. Его синие губы скривились от злобы, а глаза будто стали темнее обычного. Он сжал руки в кулаки и процедил сквозь зубы:
– И как это понимать?
– Твой драгоценный переводчик в моих руках, синегубый, – сказал Ратег, – И я собираюсь прикончить его.
При этих словах у Руслана подкосились колени, и он бы упал, если бы Ратег не держал его. «А ведь это может быть не такая уж неправда» – подумал он.
– Но, возможно, я передумаю, если ты дашь мне то, чего я хочу, – продолжал старик.
– И чего же? – усмехнулся Гримнир, – Хочешь, чтобы мы тебя отпустили? Пожалуйста, проваливай. Сейчас
самое время – за воротами ты благополучно сдохнешь и без нашей помощи. А если хочешь сохранить свою жалкую жизнь, то тебе как раз лучше сдаться. По крайней мере отсрочишь конец. Потому что в ближайшие двенадцать часов нам точно будет не до тебя, ублюдок.– Меня не волнует ни моя жизнь, ни моя свобода, чертяка, – сказал Ратег, – Только одно. Ты должен сказать мне, что вы сделали с ребёнком, которого украли два года назад из одной дальней деревни. С моим сыном.
– Ах, вот оно что, – сказал Гримнир, и кривая улыбка нарисовалась на его лице, – Боюсь, я вряд ли смогу тебе помочь. Мы, видишь ли, много людей похищали, в том числе и детишек. Кто из них приходился тебе отпрыском, я понятия не имею.
Ратег плотнее прижал заточку к шее Руслана, отчего тот даже вскрикнул. Гримнир тоже сразу напрягся, словно действительно опасался за Руслана как за дорогого человека – брата или сына.
– Ты ничего ему не сделаешь, – сказал предводитель Чернявых.
– Ты в этом уверен? – спросил Ратег.
Ответ был очевиден. Если бы Гримнир не боялся, он бы уже давно приказал своим солдатам схватить и обезоружить Ратега. Однако он сомневался, что Ратег блефует, хоть и не сильно.
– Хорошо, – сказал Гримнир, – Я подниму архив. А до тех пор возвращайтесь в камеру. Можешь держать пацана под мышкой, пожалуйста. Я всё расскажу тебе, когда выясню.
– Нет, ты скажешь сейчас или я перережу глотку мальчишке.
– Я ничего не знаю! – завопил Гримнир. Его голос вдруг стал высоким и писклявым, как у истеричной девицы. Похоже он действительно хотел бы что-то сказать Ратегу, но не знал что.
– Владыка, – вдруг подал голос один из Чернявых, – Кажется, я знаю.
Все взгляды повернулись к нему.
– Тогда говори быстрей, Хель тебя души! – рявкнул Гримнир.
– Я был на той операции, когда мы пришли в дом этого человека, чтобы изъять объект…
– Ты хотел сказать, что вы ворвались в мой дом, чтобы убить мою жену и украсть ребёнка? – перебил его Ратег.
– Заткнись, чокнутый старый пердун и слушай, – сказал ему Гримнир, – Ты этого хотел.
– В тот день мы ещё потеряли одного из наших. Один старик…
– Ближе к делу, Дренг, – перебил Гримнир, – Что это был за объект?
– Да, господин, конечно, – Чернявый по имени Дренг сконфузился и ему пришлось прокашляться, чтобы закончить, – Кажется, это был один из спящих.
– Кажется или ты уверен? – спросил Гримнир.
– Уверен, господин. Мы отнесли пацана к Древу.
Гримнир снова заулыбался. Теперь он выглядел довольным, как кот, нажравшийся сметаны.
– Я знаю, кто твой сынок, – сказал он, – Более того, он жив и сейчас находится здесь. На нашей базе.
– Где? – спросил Ратег.
Гримнир рассмеялся.
– Возможно, именно у его горла ты сейчас держишь свой ножичек, старик. Твой сын один из этих славных ребят, которые приехали сюда вместе с тобой.
Глава 19. Анастасия
– Что за чушь? – сказала Настя, – Такого не может быть. Я знаю своих родителей. И вообще – я родилась в другом мире. Там, откуда ты и твои дружки меня забрали.