Целитель
Шрифт:
Её глаза наполнились слезами, она всхлипнула.
Такой Йен я ещё не видел.
– Послушайте, – я попытался хоть что-то из нее выудить, осторожно подбирая слова, – вы мне сегодня не очень нравитесь. Более того, вы меня тревожите. Вас кто-нибудь обидел?
– Я сама себе иногда кажусь Одиноким Рыцарем, – не слыша меня, продолжила Йен. – Стоит хоть в пол глаза вздремнуть и – окаменеешь.
– Да вы меня слышите?! – вскричал я пораженно. – Что произошло?
– Пока ничего, – безразлично ответила она. – Но вот-вот произойдет.
3
Предчувствие – одно из свойств человеческой натуры,
А бывает неосознанное, инстинктивное, срабатывает чувство самосохранения, которое тоже можно отнести к разряду предчувствий…
Случается и так: происходит тревожное, трагическое, необратимое, а ты – ни сном, ни духом не ведаешь. Так было, когда умер мой отец: я ничего не предчувствовал; не дал он о себе знать, наверное, как всегда, не хотел меня беспокоить.
Предчувствие животных – вещь особая, запредельная. Верный пес покойного дяди Паши выл по ночам, видя смерть своего хозяина ещё тогда, когда он её и сам не задумывал.
Возможно, он выл не о дядьке, а о себе, ведь последний свой вздох он испустил на могиле, не отходя от неё и не подпуская к ней никого…
Почему такие мысли полезли в голову?
Йен меня тревожит не по-детски.
Чего-то не договаривает.
Вообще, она после приезда стала другой, порой даже трудно узнавать. Кажется рассеянной в мелочах, неуверенной в себе. Ведь с её Даром, мысли других можно разгадывать как сканворды, а скользкие ситуации обходить задолго до их реального воплощения.
Мне вспомнилось её появление в редакции после отсутствия.
Она вошла, как входила обычно – тихо и незаметно. Встала у двери, ожидая, когда я оторвусь от бумаг. Вошла так, будто мы расстались вчера, и не было отчуждения почти в месяц.
Я вычитывал репортаж с открытия очередной торговой точки, поэтому настроенье было не самое лучшее: новый торговый центр, чёрт возьми! Когда же мы начнем открывать новые фабрики и заводы?
– Валера, зайди чуть попозже, – пробубнил я, лениво протягивая руку за чашкой. – Сегодня у нас хрен знает, что творится, а шеф ещё захотел… – и поднял голову.
Она радостно, но немного настороженно улыбалась.
Я встал, меня качнуло, и протянул к ней обе руки.
– Боже мой, глазам своим не верю! Это вы?
Напряжение с её глаз спало, она шагнула навстречу.
– Я просто не знала, как меня встретят.
– Что за вздор? Я скучал за вами! – вырвалось у меня. – Когда приехали?
– Позавчера.
– Еще позавчера? – сказал я разочарованно. – Слушайте, вы так неожиданно исчезли…
Она коротко поведала о причинах.
– Позвонили ночью, сказали, маме очень плохо. Пришлось бросить всё и мчаться спасать её. Спасла. Но понадобилось время. Потом встретилась с родными, друзьями, побыла с детьми.
– Могли бы хоть позвонить, или эсэмэс сбросить, – пробурчал я недовольно. – Ваши клиенты меня уже достали. Реклама идёт, вас потеряли.
– Мы с тобой однажды уже говорили об этом, – мягко перебила Йен. – Никто, никому, ничего не должен. Помнишь?
– Я-то помню, но это – ваша клиентура, и ваша добрая слава. Я думаю, этим никому не следует пренебрегать.
– Мне пора, – сказала Йен. – Дорабатывай,
а вечером я жду тебя в кафе, там и поговорим.– В каком кафе?
– «Патио», это недалеко и вполне прилично.
– Договорились.
Она ушла, оставив запах сирени, а я еще долго сидел ошарашенный, не зная, что думать обо всем этом, и как оценивать.
Йен не давала о себе знать целый месяц.
Я смутно подозревал, что за ней тянется какая-то жгучая тайна, помимо натянутых, проще говоря, никаких, отношений с «бывшей половиной».
Но даже во снах, навеянных триллерами, я не мог вообразить, что это за тайна.
Я видел её фотографии трёхлетней давности: круглолицая, полная, довольная жизнью женщина, в которой не было ничего общего с Йен.
Не верилось, что это она, настолько разительными были перемены во внешности, произошедшие с тех пор, как она сделалась Целителем.
Внутренние перемены, пересмотр духовных позиций влекут за собой и перемены внешние. Сейчас живу светло и радостно, с восторгом встречаю каждый новый день. Я живу среди людей и для людей, и они ко мне тянутся. Я живу волею Творца и по Его законам. Поэтому меня трудно узнать, – тогда я жила иначе. Я действительно переменилась: внутренние перемены отразились на внешности.
_________________________
… В квартире пахло ладаном и смирной. Но полутьму эти запахи не делали менее гнетущей, она ощущалась почти физически и была озаряема лишь несколькими свечами.
– Ну, здравствуй, целительница, – услышала Йен голос из-за чёрной шторы, перегораживающей залу пополам.
– Я – целитель, – смертельно побледнев, ответила она высокой черноволосой женщине, вышедшей из-за шторы.
Чувствовался негатив.
Разило злом.
Хотелось бежать.
Но Йен точно знала: не побежит, не отступит, не отречётся.
Пахнуло ветерком. Качнулось пламя свечей и блеклый, рваный свет выхватил лицо из темноты.
– Эдгара Сауловна, – мгновенно узнала Йен.
День назад.
– Хочу к вам на приём, – плохо слышалось в трубке. – У меня проблемы.
– Одну минуту, – ответила Йен, – я посмотрю по записям. В пять вечера вас устроит?
– Благодарю, устроит.
Она была в длинном цветном платке и черных очках. Назвалась Эдгарой Сауловной.
– С недавних пор, – жаловалась она, – я чувствую недомогание. Душа болит. Но, к сожалению, я не знаю что такое душа, где она находится, а потому не могу объяснить врачам причин. Я растратила кучу денег, но взамен не получила ничего. Говорят, целительская практика достигла поразительных результатов. Мне вас порекомендовал доктор Кашецкий.
– Да, я знаю Валентина Антоновича, мне его имени вполне достаточно. Расскажите о ваших недомоганиях.
– Я – замужняя женщина, – сказала пациентка. – Но только так называется… Мой муж – музыкант, никчемный саксофонист, который давно уже не мужик. Поэтому я долгое время связана небрачными узами с одним из руководителей одного из предприятий города. Всё было в порядке, всё нас устраивало. Но меня словно сглазили, боюсь, что так и произошло.
Она всхлипнула и продолжила.
– Я в бессилии, я не знаю, как дальше жить и что делать. Вы должны мне помочь, я умоляю вас, мне очень плохо. Вас некоторые называют настоящей волшебницей, а я – состоятельная женщина и смогу вас отблагодарить достойно.