Чтение онлайн

Он кончил дважды, а я все никак не мог насытиться им.

Черт, было просто великолепно.

Теперь я точно знаю, что никого другого, в сущности, и не желал никогда. Он и я, мы рождены друг для друга.

Я не хочу даже думать, что мог бы жить без него. 

Я НЕ СМОГУ.

Вот и встретили Новый год. Тихо так, по-домашнему.

Саха к девке своей свалил. Мы с Шуриком вдвоем были. Я уже лет пять, как не встречал Новый год с «семьей». Все по кабакам, по приятелям больше. Мог и просто проспать. Тоже мне - большой праздник.

Но в этот

раз вышло вполне даже мило. Уютно так, тихо. И, не смейтесь, вообще без алкоголя. Хавали покупной салат с рыбой, пили чай и, не спеша, не суетясь, целовались перед телеком.

Потом, конечно, был обалденный секс. Но оно и понятно. Я же с подарком ему, как и думал, угадал - дальше некуда.

Я ему компьютер купил.

Купили Хиппи «Форд»-а. Трехлеточку, конечно, не новье. Но все же неплохая замена его «Ладе».

Автоматы себя-таки окупают (даже несмотря на дикое количество взяток и подмазок, с которыми приходится иметь дело). Впрочем, они нужны мне только для толчка. Планы мои куда грандиознее…

Вот отпразднуем Шуркин день рожденья и займусь ими уже непосредственно.

Первый день весны - Шуркин день рожденья.

Я не поскупился - возил его в Москву. Саха нам забронировал полу-люкс в гостинице. Красота!

Приехали-то мы еще вчера, поздно вечером, ну а сегодня мы с ним целый день торчали в аква-парке. Братец был просто счастлив. Да и я считаю, что оно стоило денег. Все же зима еще по старому стилю, даже богатая Москва грязь месит, а тут - огромные бассейны, горки всякие, трамплины, трубы еще какие-то. Все, что твоей душе угодно, одним словом. Плескайся - не хочу. Я чего собственно такую фигню и придумал. Хочется же покупаться: даже мне хочется, а Шурке - пацаненку - и подавно. Мы же с ним оба рыбины. Только он - овца, а я - бык.

Ну, словом, массу удовольствия получил. И от купанья, и от одного уже Шуркиного восторга. Роскошный ускоренный минет, которым он мне его выразил после, в душевой, тоже кашку маслу не испортил.

Я доволен. Я чувствую себя человеком.

Шурка слег. Ангина. Простудился.

Он когда уже домой ехали, весь изошел просто кашлем.

Привалился ко мне, горячий, губы дрожат. А от меня помощи, как от репы какой-нибудь. Хорошо с соседнего купе женщина нам помогла, нашла ему аспирин. Проводница-заянька каждые 15 минут горячий чай приносила. Я им чуть ли не руки целовать был готов за их помощь.

Довез-таки.

Аллилуйя.

Шурке звонили из нашей гребанной школы. Сучонок оставил им «новый» телефон. Я крепко послал его классную матом, хотя и не люблю это дело. Знаю, не стоило, наверно. Надо было лучше совета спросить… Но мне просто необходимо было сорвать на ком-то фрустрацию.

Саха принес водку и мед, будем делать Шурке притирания.

Температура спала.

Глори аллилуйя!

С утра кормил его кашкой. На руках носил в туалет. Потом мыл как младенца. Читал ему книжку, пока малыш не заснул и даже после этого не сразу посмел отнять у него руку, в которую спящий Шурка вцепился прямо-таки

мертвой хваткой.

Когда пришли наши, я был реально никакой. Все решения по налоговой и расчетам с крышей в конечном счете принимал Саха (за что и ценю его).

– Послушай меня внимательно, Стас, - сказал он мне потом, когда мы в гостиной смотрели телевизор.
– Будь я твоим врагом - подлым Штирлицем, я бы тебя в рот поцеловал за твоего Шурку. 

Я только поморщился, понимая, что Саха говорит совершенно серьезно, но от этого не чувствуя большей симпатии к поднятой теме.

– Он - твоя откровенная слабость, Стас. Ты сам подставляешь его под удар, - Саха щелкал орешки и даже не смотрел на меня, экран телека мертво бликовал в стеклах его очков.
– Ты еще не вошел в полную силу, так что не удивляйся, если окажешься не в состоянии защитить его.

Я кивнул в знак того, что подумаю над его словами. Голова болела все хуже, а крепкий черный кофе, похоже, только добавлял полешек в огонь.

Саха сочувственно сверкнул очками на то, как я жру слоновьи дозы «Салпадеина» и без юмора в голосе велел мне ложиться на кушетку в гостиной.

Я заразился.

Шурка идет на поправку. Аллилуйя!

Я жру водку с перцем и, не взирая на братьи протесты, целый день валяюсь на диване.

Саха по приходу домой надевает марлевую повязку. Так и вещает нам через нее. Доктор Лектор, мать…

Вроде мне лучше. Я переселился обратно в свою комнату. Теперь

Шурик меня выхаживает. Так вот мы поменялись ролями.

Все. Меня тошнит…

Мой собственный день рожденья в этом году пришлось отметить исключительно тихо. Я вообще не шибко люблю его праздновать. Я ведь родился точняк в женский день.

8 марта. Мимоза, глюкоза, стиральный порошок в неумелых мужских руках, монументальные (пережиток советского времени) красные восьмерки за витринами магазинов и неотступное ощущение того, что зима не сдастся еще как минимум месяц.

Саха свалил еще с утра, пока я крепко спал. И собственно скатертью дорога, никого не хочется видеть в такой день.

Странный полусон-полумечта: нащупываю на подоконнике гранату, култых - зубами чеку, а саму, родимую, со звоном в хрустальные брызги стекла, в веселое солнечное утро за окном…

Аллилуйя!

Скрипнула дверь, прошаркали по полу стоптанные тапочки, еще мои, старинные, на литой подошве, 3 см в толщину, цвета стен районного вытрезвителя.

Излучая любовь, будто маленькое солнышко свою маленькую радиацию подошел Шурка. Принес мне с кухни кипяченого молока.

Брррр… С детсада не переношу эту мерзость.

Очевидно понимая мой оптимизм, братиш терпеливо собрал ручкой ложечки липкую пенку и, предварительно подув, подал мне напиток.

Пока я давился белой гадостью, он извлек из-под столешницы (ха, вот так тайник) лист А4 и забрался с ним ко мне на кровать.

– С днем рожденья, Стася, - торжественно провозгласил Шурка и, не дожидаясь, пока я обезопашу нас обоих от кипятка, полез обниматься.

– Шурка, Шурка, убавь!
– возопил я и, добившись паузы, быстренько передислоцировал кружку с остатками млека на подоконник, после чего уже полностью отдался на милость победителя и был вознагражден восхитительным и совершенно бесстрашным (при моей недолеченной ангине) поцелуем.