Бонус
Шрифт:
Тогда у меня, слава богу, "калаш" был на 7,62, упросили взять, мол, может, новые патрончики испытать получится, какие-то бронебойные с зажигательным эффектом. Ну, в общем, насколько понял тупой башкой, сердечник из сверхтяжёлого и сверхтвёрдого сплава, не уранового ли – чёрт знает, обещали, во всяком случае, что в промежности ничего не отвалится… Ну и ладно. На нём местами слой термита, самовоспламеняющегося энергией удара, и сбрасывающаяся от центробежной силы обтюрирующая оболочка, наоборот, сверхлёгкая. Какой-то спецпорох. До 5 Махов у дульного среза обещали. Инициативная разработка. Иначе хрен бы её кто так испытывать стал. Мы перед отбытием пару дней на базе ошивались, кулибины местные. Решили самому опытному. Оказалось на удивление. Когда самолёт прямо на тебя заходит, упреждения брать не надо. Это нас, в общем-то, и спасло. Второй побоялся заходить снова и снова – так, изобразил что-то. И умотал. В сторону того самого чёртова Минота. Авиабазы, в смысле.
Потом
У них в SAS, оказывается, офицеры больше навроде администраторов. Нет, отбирают, конечно, жесточайше, по здоровью и вообще, потом готовят, долго и упорно. Но служат они недолго. Расти надо, а в SAS особо некуда. Так что держится у них там всё на сержантах. Что происходят в основном из простых. Или очень простых. Инглишменов очень зауважал. Серьёзные парни. Страну свою любят и гробиться за неё готовы. Насчёт какого-то особого коварства "туманного Альбиона" тоже бред. Они же честно предупреждали, и не раз, что у Англии нет постоянных союзников, а есть постоянные интересы. Лохами не надо быть, только и всего. Кто, живя в городе, щёлкает клювом, тот остаётся без хлебной корки. С Руби мы потом, кстати, встречались. В виртуальном бою. По кликухам друг друга узнали. Ему моя всегда очень нравилась. Из одних согласных. И редкая.
А это чмо, увидя меня, всего из себя озабоченного и взвинченного, входящим в аудиторию, не придумал ничего лучше, кроме как в нацистском приветствии правую руку вскинуть и "Зиг халь!" проорать. Тогда уже снова принято стало считать, что те, кто в армии отслужил, ненормальные и где-то даже второй сорт. А если воевал, так и вовсе. Убийца, несомненный психопат с кучей вьетнамско-афганских синдромов, фашист и почти нацист даже. Естественно. Чтобы убедить себя в том, что кому-то ничего не должен по жизни, надо выставить его сволочью. И новой элите тоже привлекательным показалось, чтобы их детки и не служили, и вроде как на коне оставались. До поры так и было. Потом закон приняли. О госслужбе. Только через армию. Там, впрочем, свои нюансы нашлись. Ну, как водится.
Вообще, сказать, будто бы "тихая революция" была воспринята с восторгом, было бы не просто преувеличением. В "мыслящей" части общества – то есть среди кухонных стратегов – многие уже годы усиленно пестовалось мнение о крайней нежелательности революций вообще. Де, потоки крови, разруха и нищета, а к власти приходят как бы не худшие, чем были. Чему реально масса примеров. Но ведь и эволюция разной бывает. Римской Империи. От плохого к худшему и далее до полной собственной гибели. Или СССР…
Потом либераст какой-то разорялся по ящику – и до СМИ дошло, а как же, тылы подтянули – и вперёд! Мол, вы не понимаете, он же в спецназе служил, у него руки по локти в крови… Будто бы служить в спецназе – грех и позор несмываемый, а кровь я не за таких, как он, проливал, в том числе. Тем более что пожалел придурка. Сначала за нос схватил, двумя пальцами и, поводив по аудитории, отпустил. Фейсом об доску. Интерактивную. Та среагировала – блям-м-мм! А потом – дзынь!!! И осыпалась. Он, разумеется, пойдём выйдем – как же, при всём женском поле какой-то недоносок и без малого гэбня кровавая. Вышли. У боксёров такая особенность есть, кулак при ударе расслабленым идёт – до самого распоследнего момента. А я быстр был, очень, и из боевого режима ещё не вовсе вышел. Вот ему мизинец и сломал. Потом второй, хотя можно было и обойтись. Тоже завёлся, дурак. А у Борюсика того – предки. Родня, опять же. Такой хай подняли – на всю Ивановскую. Могли и посадить. Особенно второй мизинец им почему-то не понравился. Мол, достаточно было и первого, а раз второй – значит, садист, чикатило[236] какой-то, измывался над ихним бедным мальчиком. Из института попёрли, разумеется, под такое дело, да ещё и сессия не сдана. Навязанных по льготам бюджетников в медах традиционно не любили. Расценивали, полагаю, наподобие чужой руки в собственном кармане.
А эти будто ждали. Рамзан к тому времени уже третий год как президентствовал. Порядок продолжил наводить – и навёл-таки. К концу второго срока. Более-менее. Конечно, сразу банкиров круто поприжали, после всего, что было. Но для трансакций границ не было. Тогда ещё. По обыкновению своему, чиновнички наши, прихватив, что плохо и хорошо даже лежало у родных осин, принялись переправлять всё это под пальмы. Или ближе к Тауэру, не имея в виду тюрьму, а единственно как к символу Британской империи, над которой никогда не заходит солнце, и прочая, и прочая, и прочая… и откуда выдачи вроде как нет, что самое главное. Наших прохиндеев.
Да и из прежних по всему миру всяких хватало, в том числе и не вовсе разорившизся во всех пертурбациях. Ну, когда доллар ухнул до ниже нуля, потом офшорное имущество национализировали, и так далее. Многие из ранее сбежавших тогда в бомжах оказались. Про тех, что в Штатах осели, вообще молчу. Нет, из яйцеголовых реально многие вернулись, не к нам, так в Дойчланд. А вот те, что с ручонками шаловливыми – кому нужны?
В общем, сначала шустриками теми Рамзановы нохчи занимались. По халифатам. Но в Британии и прочих заграницах им не так удобно было, вот и решили создать спецструктуру. Чтоб вертать обратно взад. Или как получится. Вспомнили и мои былые заслуги. Парни, которых мы сначала в Приднестровье прикрывали, потом в Венесуэле, к тому времени капитально приподнялись. — Где же наш Мкртч? — спросили парни. — Мкртч теперь Костик, а Костик учится, на учёного, — ответил я, — и в дела ваши более ни в зуб ногой. — Печально, — прокомментировали парни. В особенности тот, Шломо, ну, с которым летели тогда. В Венесуэлу. Он к тому времени как раз такими вот делами… занялся. Премиственность. Наподобие того, царствие ему небесное, Израиля, что по всему миру нацистских преступников отлавливал. Кстати, вполне правильная ассоциация. Сколько народу из-за той сволочи в нищете позагибалось да спилось? А детей не родилось сколько?
А тут вдруг нате вам – такая оказия. Вылетел! Из института! Посадить могут! Ура! Нет, конечно, не их это работа была. Сам влетел. Но, один чёрт – куда деваться?
Сначала, разумеется, в учебку. Ну, и решили нам "матрацы" выдать. Парашюты, в смысле, оболочковые.[237] И на них, натурально, обучить. А что. Летит себе самолётик транспортный в небе, или пассажирский даже, из него комочки одной почти органики вываливаются – РЛС не просечь – сыпются до где-то тысячи, там раскрываются и, на "матрацах", строго до места. Система такая ещё в СССР разработана была. Причём даже запаска управляемая имелась. Треугольником раскрывается. Говорят. У нас-то обычные запаски были, а по-боевому так и вовсе – только с основным. Планировалось. Так вот, "матрацы" те на вооружение поступили, но в войсках не использовались. Почти. Цыря учить дорого и долго, да не каждого и научишь. У нас, вон, даже замки, ну, на лямках, чтоб купол если что отстёгивать, заблокированы были. Видимо, прецеденты имели место быть. Проявления нездорового любопытства к этим самым замкам. Когда качаясь в воздухе… Со всеми вытекающими.
Теперь пригодились. Арбалет-8. Сначала на "дубах" побросали, чтоб воздух снова почувствовали, потом на этих. Ну и – на третьем прыжке. Тоже вот так, метров пятьдесят оставалось. И тут какой-то представитель племени му, что из народа даков, впоследствии образовавшего замечательную нацию румын, вздумал на вертолёте – частном – посадку совершить. Ни предупредить кого, ни запросить, ни хоть радио послушать или глазами посмотреть, этому самому даку, который му, и в голову не пришло, разумеется. Я же куполом этим не настолько владел, чтобы уйти, или хотя бы к потоку так расположить, чтоб не погас. В общем, подвешенным за шкирман на сопле с тех метров тридцати и продефилировал. До грунта. И всё бы ничего – лёгкий я, да тренированный ещё, ну, поломался бы конечно, но не вовсе – вмазался, вдобавок, о сцепку прицепа с парашютами, что там стоял. Вроде как в стороне. Оченно жесткую сцепку. Шеей. Лежу, значит, весь из себя симпатичный, и всё, что ниже затылка, в упор не чую. Включая язык и прочие нижние челюсти. Одни глаза моргают. Отпрыгался, значит. И – отходился. Заодно…
Не думаю, впрочем, что в той системе прижился бы. Уж очень они… круто взялись. Сначала указ вышел о переносе претензий на наследников – без ограничения. А потом и вовсе. Начинать стали с этих самых наследников. Не смог бы… я… так… Полагаю.
Подходим к КП. Новому, под тентом. Рядом со щелью. Аэродром наш больше не трогали, но бережёного бог бережёт. Доложили. Сиротин всё знает уже. Оказывается, основной функцией того Р-10 вовсе не корректировка была. Голь на выдумки хитра. Он всё флотским передавал, флотские нашим, по проводной, а наши – дальше и выше. Ну, хоть так. Понятно теперь, почему "ишачки" так вовремя подоспели. С МиГами и Яками. В общем, не до нас здесь. Там бой опять. Горят, жгут, и снова горят. Нам до десяти – отдыхать. Разумно. Такого боя не было ещё. Натурально, как выжатый лимон. Слегка перекусил, прямо у крыла, чаю хлебнул, дырки посмотрели с Колей… немного, но есть, потом завалился на постеленное технарями барахлишко и вырубился. …! оно всё конём!