Бомбермэн
Шрифт:
Наконец Михаил Андреич добился от Деньгина чего хотел, и сменившийся Коновалов отвёл меня в "комнату для переговоров".
– Ваша ошибка Андрей Михалыч, что вы живёте по своим законам, исполняя их даже там, где этого делать не нужно, да и мало того, нельзя - сказал адвокат, усаживаясь напротив меня.- А когда вы приходите в чужой монастырь со своим уставом, то это добром не кончится. Русские пословицы говорят за себя: "С волками жить, по-волчьи выть", знаете?
– А если мне претит их устав?
– Вы обязаны думать о самоценности. Жертвы должны приносить
– Понятно...
Пока я отсутствовал, в камеру прибыли ещё двое, грустный черноусый кавказец в дорогой изорванной рубашке, и ещё один человек, пожилой, с лицом, морщинистым, как помятая бумага. Итак, нас было уже шестеро и это было много для такого маленького помещения. Внутри невозможно было дышать. Серый, расположившийся на лежаке, проснулся, махнул мне рукой, чтобы присоединялся, и тут же снова уснул. Я влез к нему и сев, опершись спиной о стену, достал Бомбермэна.
В камере стоял гул голосов, спёртый воздух не лез в лёгкие, поэтому игра явилась для меня спасением. Бравурная музыка известила, что игра началась. Внезапно мне пришла идея попробовать переместить Сознание в этого маленького смешного человечка в каске, и комбинезончике с кармашками, в которых наверно лежали его бомбы.
Это оказалось неожиданно легко, я просто сконцентрировался...
VII
И вынырнул из небытия, не осознавая себя.
Просто появился ниоткуда, как появляется ледяной кристалл.
Первой пришла способность чувствовать.
Подо мной был твёрдый каменный пол.
Откуда я знал, что он каменный? Да Бог его знает.
Откуда я знал, что есть Бог? Не имею понятия.
Пол был холодный.
Руки, которыми я опирался, бессознательно удерживая тело в равновесии, заледенели.
Потом пришёл слух.
В абсолютной тишине я сразу услышал, как бьётся сердце, лёгкие с шумом выдыхают воздух.
Значит я живой!
Сквозь прикрытые веки просочился неяркий свет.
Попытка определить местонахождение, не открывая глаз, оказалась безуспешной. Несколько мгновений я медлил, жадно вдыхая сухой пыльный воздух, наконец, открыл глаза.
Моему взору предстало довольно длинное помещение красного кирпича, похожее на коридор. Высокие стены. Крыша отсутствует, и видна серая вата облаков, нависших над головой.
Утро это или вечер?
Я встал, чтобы обследовать место.
"Похоже на крепость" - подумал я, идя по покрытому густой пылью полу, уложенному тщательно подогнанными каменными плитами. На древних, нетронутых временем стенах, никаких украшений, бойниц, дверей или колонн. Никаких бордюров, лестниц и дверей.
Пустой, длинный коридор, который оканчивается метров через пятьдесят, такой же глухой стеной, как и та, от которой
я начал свой путь.Я остановился, оглянулся назад. Передо мной - та же картина, что и пару минут назад, только цепочка следов на пыльном полу, указывает на то, что я пришёл с той стороны. На обратном пути я внимательно осматриваю стену, в надежде увидеть пропущенную мною деталь интерьера, за которую можно зацепиться взглядом или мыслью. Но тут было всё то же самое.
Выходило, что я был заперт, как крыса в коробке! Но крысы хоть могут лазить по стенам, в отличие от меня. Это открытие не прибавило мне бодрости, и я снова сел у стены, сцепив пальцы и глядя на безнадёжно гладкие стены.
Кто я? Я не помнил своего имени.
Зачем я здесь? Я тоже не знал, и даже не догадывался.
Что было раньше? Но взглянув в прошлое, я увидел девственно белый лист.
Что теперь делать?
Это был резонный вопрос, и ответ был очевиден - выбираться отсюда!
Неподвижное, затхлое, серое небо, не дающее свежести, равнодушно взирало на меня, запертого в четырёх стенах, неизвестно кем и неизвестно зачем.
Я подумал, что в старинных замках, (а место выглядит, как часть замка), бывают замаскированные секретные двери. Стоит только нажать на определённый кирпичик, как в стене открывается проём. Определённо, он тут быть должен, ведь как-то выбрались отсюда те, кто строил эти стены?
Зачем кому-то надо было вообще строить такое помещение?!
В голову пришёл только один ответ. Чтобы специально поместить внутрь жертву, и наслаждаться зрелищем того, как она будет оттуда выбираться! Я тут же почувствовал всей шкурой, как сквозь невидимые щели, на меня глядят сотни людей. Они потихоньку смеются и говорят шепотом, чтобы не выдать себя, и может быть, делают ставки на то, сколько я тут протяну и не сойду с ума.
А может быть, я умер и это ад? Что ж, весьма похоже, только я не мог припомнить ни одного греха, за который бы мог попасть сюда, и это было нечестно. Мне кажется, что высшие силы (или низшие, кому, как угодно), должны поступать честно, или по правилам. Ну, Бог-то должен поступать по правилам, он их сам и создал, а вот Дьявол...это вопрос!
Я попытался представить, зачем это было бы нужно и Богу и Дьяволу, но не нашёл в этом никакого смысла.
Чтобы не забивать голову ненужными мыслями, я отправился искать волшебный кирпич, который откроет мне дорогу на свободу. Я устал, как Сизиф. Кирпичей, до которых я мог достать, было несколько тысяч, но ни один из них не поддавался моим усилиям. В конце-концов, я упал в изнеможении от бесплодных попыток, и уснул прямо на холодных камнях.
Проснувшись, я открыл глаза в полной уверенности, что проклятый коридор мне приснился, но реальность ответила: "Не обольщайся".
Всё та же унылая серость комковатых облаков, не сдвинувшихся за это время ни на йоту, заполняла пустоту, в которой ни разу не пролетела птица, и у меня возникло стойкое ощущение, что небо фальшивое. В действительности оно твёрдое, как крышка гроба. Это вызвало у меня неприятное ощущение, как будто резко закончился воздух и я задыхаюсь, но я не стал концентрироваться на этом образе, успокоив себя несколькими глубокими вдохами и осматриванием знакомых до тошноты стен.