Битва за мир
Шрифт:
– Жди, скоро узнаешь. А пока держи чип и отнеси его Лиосте Фарану в девятый корпус ГКБ. За внутренней сетью следит слишком много глаз.
Несс бросила на шефа свирепый взгляд и, забрав чип, покинула основной корпус конструкторского бюро.
***
Она и трех месяцев не провела на Мерхии, а должность девочки на побегушках уже встала поперек горла. Но раз Темерси обещает задание на Земле... Осталось немного подождать, и с этой скучищей будет покончено. Темерси можно верить, он еще никогда не обманывал.
Девятый корпус находился совсем недалеко, и Несс решила пройтись пешком.
Мерхия была
Скалы тянулись к небу и обрывались пропастями. В них зияли внутренние пустоты и пещеры. Узкие каналы расчерчивали сушу тонкими полосами. Климат здесь был суровый, часто случались разрушительные кислотные дожди. Мерхианцы укрывались под огромными защитными сооружениями. Сначала это были неуклюжие заграждения из подручных материалов, затем стеклянные конструкции с вентиляцией, потом защитные купола в том виде, в котором они надолго вошли в обиход - полусферы из заряженных частиц, отталкивающие любые осадки и сдерживающие ураганы.
Города вырастали, как мох, не тревожа естественный рельеф.
Причудливые скалы, ниточки каналов и запутанные лабиринты пещер давно превратились в мерхианские достопримечательности. Архитектуру приспосабливали под них.
Здания спиралями обвивались вокруг скал и холмов, брали в кольца нависающие над поверхностью края утесов, плелись по стенкам широких пропастей, приклеившись к ним и частично уходя вглубь земли... Лишь немногие стояли сами по себе.
А еще Мерхия отличалась странной сдержанностью в цветах. Казалось, кроме темно-серебристого, бурого и тускло-зеленого, здесь нет других оттенков.
Бурые скалы. Сероватое небо, которое то наливалось фиолетовым, то опять блекло, когда кислотные тучи уходили или изливались дождем. Темно-серебристые здания. Бледно светящийся защитный купол. Низкие плотные тучи над ним, то и дело задевающие его брюхом, провоцируя похожие на фейерверки взрывы мелких искр. Темно-серое дорожное покрытие, коричневато-зеленый мох и вьющиеся хвойные лианы, оплетающие скалы и нижние этажи домов. Ни пестрых реклам, ни разноцветных надписей... Но бурый, темно-зеленый и оттенки серебристого тем не менее непостижимо гармонировали между собой.
Несс не сразу привыкла к здешней атмосфере. Дышалось тяжело, несмотря на полутепличные условия, созданные защитными куполами. Воздух казался густым, как недоваренный кисель, и таким сырым, что его, казалось, можно было пощупать руками. И постоянно пах дождем, даже когда за куполом было сухо и ясно. Красные лучи гигантского солнца, которые в ясную погоду окрашивали мир в кровавые тона, смотрелись непривычно. Белые ночи были лучше. Ночами и в облачные дни постоянное пунцовое зарево хотя бы не действовало на нервы.
Несс добралась до девятого корпуса ГКБ, лентой перевивающего аркообразную скалу, и успела вскочить в лифт для посетителей.
Местные пейзажи определенно не стоили того, чтобы заниматься таким скучным делом.
Вот задание на Земле - другое. Там ни ха что не узнают беглую преступницу. Будет где развернуться...
Несс изумленно подумала, что, кажется, вдруг обнаружила в себе дремлющие задатки авантюристки.
***
В общем-то Финли Кайо
давно свыкся с ответственностью.Привык, что нужно отвечать не только за себя, но и за свой экипаж. Привык постоянно выбивать повышения оплаты у государственного предприятия "Гелеон", в народе именуемого просто базой. Привык вечно быть крайним и у команды, и у начальницы "Гелеона"...
Ко всему этому оказалось легко притерпеться и не воспринимать всерьез.
Но иногда ответственность переполняла чашу даже его приправленного фаталистическим спокойствием терпения.
Например, как сейчас. Когда глубокой ночью Фина не терпящим возражений тоном вызвала к себе Тералит и сходу заявила:
– Твоего химика поймали в свободном квартале. Как ты это объяснишь?
– А я должен?
– Фин потряс головой, пытаясь сообразить, что Ярем могла забыть в свободном квартале. Эти кварталы были вотчиной другого класса людей. Людей, не связанных нерушимыми обязательствами с властями-работодателями. Элиты Атлантического Союза.
Законы не менялись с двадцать шестого века. Каждый гражданин отрабатывал на государство не менее сорока лет. Некоторым предписывалось вступить в брак и произвести на свет детей. Чтобы ни у кого не возникало соблазна эмигрировать или перебиваться без работы, при рождении в запястье имплантировали тонкий малозаметный проводок-наручник. Меры пресечения зависели от проступка, но мягкие в их число не входили.
Свободным же людям когда-то посчастливилось собрать достаточную сумму для уплаты так называемого налога на досуг. За этим эвфемизмом скрывался банальный выкуп. Уплатив его, везунчик подвергался операции по удалению наручника и оказывался предоставленным самому себе. Ни он, ни его потомки уже не принадлежали к рабочему классу.
Со временем свободные начали сбиваться в отдельные поселения и кварталы. Простым работникам там были откровенно не рады. Эти два социальных слоя почти не пересекались.
Что могла Ярем делать в свободном квартале...
Некоторые, правда, часто проникали к свободным с целью подзаработать - на тот же налог или на что-то еще. Но основным занятием, за которое можно было получить деньги, была проституция в различных формах. Ярем едва ли пошла бы на это.
К тому же, если ее поймали... Воровство? Нет, невозможно. Наручник пресек бы это в корне. Закон могли нарушать только свободные. И это было еще одной причиной держаться от них подальше.
– Если против нее выдвинут хоть одно обвинение, ты пойдешь под суд вместе с ней, - злобно сообщила Тералит.
– Тебе охота превратиться в бессмысленного солдата с...
– Тише, Тери, знаю, - перебил Финли. Осужденных в Атлантическом союзе принудительно подвергали серии усовершенствований. Потом они пополняли ряды регулярной армии. Жизнь солдата была вполне сносной, особенно когда не велись боевые действия, но от изначальной личности не оставалось ничего.
– А если знаешь, - зашипела начальница, - то почему ты еще здесь? Твоя Ярем на пятом ярусе, в участке на пересечении Пятидесятой улицы и бульвара Сун. По крайней мере, так мне сказал знакомый полисмен из свободных. И намекнул, что обстоятельства задержания... лучше о них не болтать. Он готов помочь тебе ее вытащить, пока нет обвинений, и не поднимать шум. Но если ты будешь сидеть сложа руки...