Чтение онлайн

Глубокомысленно промычала подруге по несчастью. В каком-то роде подруге - я же тоже у нас страдаю по этому недорослю? Знала бы, что это когда-нибудь случится, ни за что не вернулась... Кажется, или я повторяюсь?

– Так какая главная новость?
– напомнила тоже ударившейся в меланхолию Оксане. Она тут же оживилась. Ну как мало нужно человеку...

Она еще раз поманила пальцем, оглянувшись - никто не подслушивает очередную Великую Тайну?

– Это касается Егора. Егора Кузнецова, твоего знакомого.
– Вот тут-то я навострила ушки, и уже сама потянулась навстречу.
– Я так, немного расспросила то того, то того... и знаешь, кое-что интересное

узнала! Ты в курсе, что он уехал следом за тобой? Говорят, что учился в Питере. Но вот что интересно, он обратно приехал первый раз, когда ему лет пятнадцать было. Надолго, прямо в учебное время. Одни говорят, что зимой, другие - весной, но остался он до лета. И снова уехал. Опять прикатил. И так с тех пор до этого года. И ведь он снова уехал, совсем недавно, знаешь, да?

– Знаю...
– растерянно, все равно ничего не понимая.
– А куда?

– Обратно, в Питер, - махнула рукой Окса.

– А зачем? Ты знаешь, зачем он ездил?
– Кажется, у меня и сердце замерло. Предчувствие нехорошее. С чего Егору, обретя свою мечту, так часто возвращаться домой?

– Так у него отец запил после того, как он укатил. Сильно. Мать его пыталась бороться, но безуспешно, пока Егор не вернулся. Не знаю, что там у них случилось, но поговаривают, что сынок по-свойски поговорил с папашей и выбил из него дурь. Только все равно, уехал - тот за старое. Да и допился. Эпилепсия у него, печень совсем того. А Егор катал туда-сюда из-за чего? Он то на стройке, то грузчиком подрабатывает - а деньги на лекарства привозит. Говорят, его за пропуски едва из его той престижной школы не выкинули. С трудом закончил ее - и снова обратно. Отец его совсем слег - давно уже в больнице постоянный гость. А мать видела? Совсем постарела за последние года.

Ты что, не знала?
– наконец, заметила мое состояние приятельница.
– Он же твой друг!

– Не знала... вообще ничего...
– хотелось схватиться за пухнущую голову. Друг... меня от такой новости повело в сторону. Да чтобы Игорь Николаевич, тот интеллигент до мозга костей, аккуратист, поборник здорового образа жизни - и докатился до такого? Но как?
– А в какой больнице отец Егора?
– подняла глаза на девушку. Я не знаю, что я там буду делать. Но необходимость сходить, обязательно, была непереносимой. Мне надо.

– В городской, где ему еще быть? Хотя, скоро операцию делать будут. Что-то на мозге там. Будут отвозить в Саратов.

Вот как.

– Прости, Оксан, - проговорила, решительно вставая, - я пойду.

– Куда?
– Меня схватили за руку.
– Все закрыто уже, кто тебя пустит? Да сядь ты. Выпей.
– Под нос подкатилась початая банка, на жестяной бок которой закапали слезы. Довела себя. Так и знала, что это рано или поздно случится.

Легкая ладонь тряхнула за плечо.

– Ты что... ревешь?

– Реву, - тряхнув головой, подтвердила. И все. Тут начался слезоразлив. Где ты, моя выдержка, спокойствие и девиз смотреть на жизнь с юмором? Окса носилась вокруг, что-то лепетала, гладила по голове, пыталась успокоить, что-то подсовывала - а я только выла громче. До определенного момента. Когда-нибудь слезы заканчиваются, и остается глухая, выматывающая пустота.

Приятельница пододвинула ближе стул, приобняла за плечи, и ведь правда стало чуточку легче.

– Правда не знала?
– Помотала головой. Если бы...
– Дурочка ты, - мягко укорила она.
– Влюбленная в своего Егорушку по уши. Да ведь? Да ладно, не смущайся, он парень красивый и обаятельный. Грех на такого не запасть.
– Вскинув было голову, вновь ее опустила, с кисляком на лице.

–

Это мерзко.

– Мерзко?
– возмутилась Оксанка.
– Что за глупости?

– У нас разница в пять лет, - пояснила, как будто она и сама не в курсе, не понимает.
– Мы всегда были друзьями.

– Так, ты это брось!
– меня вновь встряхнули. Да что это такое...
– Ничего не мерзко. Вы оба, считай, на одной линейке стоите. Ты ведешь себя как восемнадцатилетняя порой, а он - как взрослый мужик. Все у вас будет хорошо. Только не забивай голову глупостями, ок?

– Да как?
– взвыла. Хорошо умничать, если со стороны на все смотреть! Все мы умные, когда нас не касается.

– Через как, - передразнила девушка.
– Вот приедет он - поговорите, все решите. А до этого не накручивай себя.
– Банка перекочевала в изящные ручки. Щелчок. Шипение.
– Твое здоровье, страдалица.

Скривилась в ответ. Что-то не хочется мне, чтобы он приезжал.

Или, учитывая все, что узнала, хочу?

Да и без этого хочется. Очень.

***

В этом месте всегда особенный воздух, и он мне всегда категорически не нравился. Сухой, даже спертый. В больнице почему-то редко проветривают, и из-за этого сильный запах разнообразных лекарств, а около столовой - несет вареной капустой, а это для меня худший запах в мире. И эти стены, такие унылые, холодные, тускло и пугающе блестящий чистый пол... вообще чистота с больнице вызывает панику, замешанную страхе. Врачи, разговоры о болезнях... все пропитало эти стены. Но пока ты в холе, в толпе, не так сильно и обращаешь внимание, или стараешься сделать вид, будто не замечаешь. Но как только приходится забраться на верхние этажи... запустение - оно похлеще всего. Шаги, разносящиеся эхом по коридору, оцепенение, возвращающиеся воспоминания, напряженность во всем теле - не знаю, как у других, но у меня так всегда. Ненавижу больницы.

Узнать, в какой именно палате находился отец Егора, не составило труда - не в столице же. Подняться на этот самый верхний, пустынный этаж, дошла до нужной двери, приоткрыла ее, по давней привычке только после этого занеся кулак... и максимально осторожно закрыла вновь. Не хотелось мешать. Смотрела я в маленькую щелку всего секунд пять, но увидела все, что хотела. И Игоря Николаевича, почти полностью поседевшего, небритого, постаревшего лет на тридцать. Почти старик. Мама Егора... не знаю, она сидела ко мне спиной. Сжимала руки своего мужа, и негромко уверяла, что все будет хорошо. А Игорь Николаевич успокаивающе, уверенно улыбался, но в глазах совсем другое. Ни тоска, ни страх - ничего. Угасли.

Пять секунд, но как они, разлитая в маленькой комнатушке атмосфера, врезались в память, задели что-то в душе.

Гадко было, очень гадко. И ничего могло спасти - ну, так думала, когда подъела третий стаканчик ванильного, выпила холодного сока и сгрызла купленную у добродушной тетки кукурузу. В заднем кармане завибрировал мобильник, заставляя дернуться и подскочить. Дурная привычка, и когда же я от нее...

"Я проехал Саратов, через три часа буду на жел. вокз. Встретишь?"

Думала, что умру. Вот прямо тут, от разрыва бешено забившегося сердца. А так, всего лишь выронила телефон. Серебристая рыбка слайдера нырнула под ножки соседнего стола. Нет, вот так я не боялась давно - почти паника от мысли, что сейчас аппаратик развалится на составляющие, не будет работать, и я... Клиника. Мужик смотрел на вылезающую из-под его стола, такую счастливую меня круглыми глазами. Видно, так и не понял, с чего вдруг я сорвалась и метнулась под его ноги. Пусть. Пусть...