Чтение онлайн

очень стесняется.

– Кроме одного, - усмехнулась Алина, - пялиться на Ричарда.

– Зачем ты так? Доктор Ясон сказал, что это какая-то энергетическая зависимость.

– Знаю я эту зависимость! Совсем мужику прохода не дает. Если бы его от нее уже не

тошнило, она бы давно залезла к нему в постель. Пожалуй, пора ей объяснить, что у людей

моногамия.

– Думаю, она знает. Она же фильмы смотрит и книги читает.

– 27 -

– Только выводов не делает.

– Алин, ты к ней слишком сурова, - вступилась

за гостью Ингерда, - она совсем не такая.

Она очень скромная и вообще как ребенок.

– У этого ребенка такие бедра, что любой дрогнет.

– Знаешь, она уже немножечко осваивается, даже разговаривать с нами начала. Я ей дала

свои бусы, а она сказала спасибо.

– Какое достижение!

– Ты просто не видела ее в звездолете.

– Ричард носится с ней уже целую неделю, даже мой спектакль пропустил, но так ничего

от нее и не узнал. Она просто издевается над вами. Неужели так трудно сказать, кто ты и

откуда? Этого требуют элементарные правила приличия. Или она думает, что тут будут вечно

с ней носиться?

Ингерда откинулась на спину, вглядываясь в крону распростертой над ними сосны, выше

веток плыли в голубом небе обрывочки облаков и проносились разноцветные модули с

крыльями и без. Мир был пестрый и веселый, радостный летний мир на благополучной и

прекрасной Земле. Ей нравилось жить. Она радовалась, что родилась именно в это время,

когда люди не воюют и не мрут от голода и болезней, когда живут по сто пятьдесят лет, когда

любая женщина до старости может быть красивой, когда можно летать к звездам, не

считаясь со скоростью света, когда масса вещей придумана для комфорта и удовольствий,

когда ты свободен, и все тебя уважают уже потому, что ты человек... Страшно было подумать,

что творилось на Земле лет двести назад!

Мир был прекрасен и ласков, хоть и отобрал у нее мать. Где-то в космосе была планета с

ее именем, как две капли воды похожая на Землю, только не благополучная и всеми

покинутая. Несчастная планета, которой не повезло. И таинственная Зела как-то связывала

эти две планеты.

Отец позвал их купаться. Она и не заметила, когда он подошел. Ольгерд сидел на коленях

и пил из фляжки.

– Пошли нырять с пристани, - предложила Алина, моментально, как на пружинах,

вскакивая, - Ол, ты пойдешь?

Ее кокетство с Ольгердом было невыносимо. Она по-прежнему была уверена, что он в

нее влюблен, и постоянно его поддразнивала. Конечно, ничего особенного она не спросила,

но при этом встала в такую изломанную позу и так выразительно посмотрела, что Ингерде

захотелось ее крепко шлепнуть по тугой спортивной попке в голубых плавках. Алина была из

тех, кто, приобретая новых поклонников, ни за что не хотел терять старых. Наверно, ей даже

нравилось, что ее любят оба: и отец, и сын.

Ольгерд отказался.

– А ты, цыпочка?

– Мне лень.

– Ладно, идем, -

отец обхватил Алину за плечи, и они пошли по горячему желтому песку

к пристани, на которой кто-то водрузил самодельную вышку для ныряния.

Вместо них скоро вернулась Зела. Купальник на ней был черный, и она не сразу поняла,

зачем он вообще нужен. Слишком длинные мокрые волосы делали ее похожей на русалку.

Тело ее не выглядело спортивным, хоть она и плавала, как дельфин, оно было мягким и

нежным, линии его были плавными и женственными. Она вся была соблазнительно мягкая,

но при этом на ней не было ни одной лишней складочки.

– Съела бы ее, - шепнула Ингерда брату.

– Я тоже, - усмехнулся он.

Зела сама разговор не начинала, но на вопросы уже отвечала, и не только Ричарду.

– Кофе будешь?
– спросил Ольгерд.

Она смущенно кивнула и протянула руку за стаканчиком.

– Устала?

– Нет. Не очень.

– Зела, у вас есть такие озера?
– спросила Ингерда, хоть отец и не разрешал задавать ей

подобные вопросы.

– 28 -

Гостья взглянула на нее испуганно.

– Не приставай, - вмешался Ольгерд, - видишь - человек прекрасно плавает, значит, есть.

– Нет, - сказала Зела тихо, - не такие.

– Разве ты не с той планеты, где тебя нашли?

– Нет, - сказала она еще тише и растерянно огляделась, как бы ища помощи.

– Помолчи, принцесса, - недовольно сказал Ольгерд.

– Пожалуйста!

Ингерда уткнулась в журнал мод. Там предлагались разные костюмы к Большому

Летнему Карнавалу. На Карнавал они обычно летали в институтский городок, и, хотя отец

последние два года предпочитал веселиться с Алиной в Трире, они с Ольгердом не изменили

семейным традициям. Ингерда помнила, как еще мама в детстве была Розовой феей, а ее

наряжала Клубничкой. Это было как в сказке.

– Ол, кем мы тебя нарядим?

– Осьминогом.

– Да ну тебя... посмотри, какие костюмы!

– Ну-ка, - брат перелистнул пару страниц, - что это? «Черный Ворон»? Это как раз для

меня.

– Еще «Палачом» нарядись!
– Ингерда засмеялась и посмотрела на гостью, - Зела, ты

знаешь, что такое карнавал?

– Нет.

– Это когда люди наряжаются и изображают из себя кого-нибудь или что-нибудь.

– Театр?
– неуверенно спросила Зела.

– Нет. Театр - это когда наряжаются актеры, а остальные на них смотрят. А карнавал - это

когда все наряжаются.

– Зачем?

– Чтобы повеселиться.

У Ингерды была потаенная мысль встретить на Карнавале Ясона, если он, конечно,

прилетает веселиться в институтский городок, и если она узнает его в костюме. Впрочем, она

уже теряла к нему интерес, она ни в кого не влюблялась надолго, тем более безответно.

Ингерда не любила быть несчастной.

– А ты кем нарядишься?
– спросил Ольгерд.