Бессердечные
Шрифт:
Ну а пока остальные ждали их, Томас и Нора задали настоящего жару своим врагам. Их крылья были намного сильнее искусственных, поэтому они хорошо уворачивались от их цепких лап. К тому же, эти двое не только лучше летали, но и отбивались от неприятелей дубинками. Вымотав головорезов, дети поспешно направились к выходу из кладбища в ту сторону, в которую полетели их друзья. Заметив, что добыча убегает, враги тут же ринулись за ними вдогонку. То, взлетая вверх, то опускаясь вниз, Томас и Нора пытались уйти как от преследователей, так и от летящих стрел. Только, благодаря их манёврам, ни одна стрела не сбила их с пути. Но зато им пришлось отбиваться от самих стрелков, когда те предугадывали их очередной трюк. И вот все в синяках, ссадинах, в истрёпанной одежде дети наконец-то
— Ура! Наши юные экстремалы возвращаются, а за ними летят ещё трое красавцев, которые нам совсем не нужны! — сообщил Джек, отходя в сторону, чтобы освободить им проход.
Уже перед самой хижиной крыло Норы задела стрела и она резко сбавила скорость. Томас успел схватить её за руку и втолкнуть в дом, ну а сзади летящий неприятель успел вцепиться в его ногу и откинуть назад. Бросив мальчика на землю, он опустился перед ним и тем самым полностью преградил ему путь, а дверь хижины уже начала медленно закрываться. Джек пытался задержать её, но дверь неотступно следовала своему правилу. И тут на помощь своему хозяину вылетела Сарбона. Сзади она налетела на обидчика Томаса, который ничего такого не ожидал, и сбила его с ног. Когда Сарбона пригвоздила его к земле, мальчик воспользовался этим моментом и быстро побежал к хижине. Уже в последние секунды они вдвоём пролезли в щель, и дверь сразу за ними закрылась перед самым носом у их врагов.
Тяжело дыша, Томас без сил опустился прямо на пол, опёршись спиной о стену. Норе повезло и её не пришлось лечить, но у неё и у Томаса вид был очень потрёпанный и утомлённый. Вообще им обоим здорово досталось.
— Просто невероятно, вы всё же справились! — поздравил их с победой Дэвид.
— Мы все вместе справились с этой не лёгкой задачей, — поправил его Томас. — Теперь можно дальше продолжать свои поиски. Вот только Марианн нужно поправиться.
— Мне уже намного лучше, — отозвалась Марианн, вновь придя в сознание. — Я была первым подопытным кроликом у Луисаны и сделала вывод, что она прирождённый патологоанатом.
— Да не преувеличивай, мой так называемый зверский метод, оказался очень эффективным, — защитилась Луисана.
— Во мне вообще всё перевернулось внутри, когда раздался твой крик, — призналась Нора, с жалостью глядя на подругу.
— А во мне постоянно всё переворачивается от ваших безумных планов. Вы меня сведёте в могилу раньше времени, — заявил Джек, которого ещё телипало от прошедших событий. — Теперь все экстремальные штучки отменяются, или я привезу вас домой по частям. Дети засмеялись и пообещали, что постараются быть осторожными.
Тем временем, Луисана вытащила из своего универсального рюкзака какой-то потрёпанный блокнот.
— Несмотря на то, что мы очень вымотались нам всё же нужно поспешить выбраться из этой хижины ещё до рассвета и желательно оказаться в том месте, где находится вторая половинка ключа, — сообщила девочка, усевшись по-турецки на пол.
— И мне, кажется, что ты знаешь, как это сделать, — догадался Томас, посмотрев на книжку в её руках.
— Ну, конечно я знаю, у нас на корабле была книжка про этот ключ, и мне удалось выписать из неё необходимую нам информацию, — похвасталась Луисана, листая свой блокнот. — Как указано на карте вторая половинка ключа находится в каком-то музее, который расположен в неизвестной пустыне и, чтобы попасть туда нам необходимо всем взяться за руки, и закрыв глаза одновременно представить это место. Потом я прочитаю несколько слов и по идее мы должны оказаться в нужном месте.
— Ничего не выйдет. Мы не сможем все представить одну и ту же пустынную местность, ведь у каждого своё воображение, — возразил Джонатан.
— А мы можем представить не пустыню, а сам музей. Он, как раз нарисован на карте, и в уме можно его сфотографировать, — тут же предложила Нора, и остальные поддержали её идею.
Чтобы Марианн не поднималась, вся кампания тоже уселась на пол, образовав круг. Присоединилась
ко всем и Сарбона, которую дети взяли за передние лапы. Свои вещи они сложили к себе на колени, а половинку ключа на середину круга и, когда все закрыли глаза, Луисана начала произносить заученные слова на древней латыни. Каждый сидящий в круге, напряжённо пытался представить себе в уме нужное место. Буквально через несколько минут из всех щелей в хижине начал дуть ветер и с каждой секундой он усиливался. Вскоре вокруг сидящих, образовалась воронка, которая подняла их всех вверх и принялась кружить в воздухе. Как бы сильно они не держались друг за друга, их руки всё же разомкнулись, голос Луисаны растворился в вое ветра, который каждого закружил в своей бешеной пляске. Воронка начала быстро сужаться, сдавливая своих жертв со всех сторон, образуя тиски, в которых стало очень трудно дышать. Но, к счастью их мучения продолжались не долго. Через несколько минут ветер резко отступил, высвободив их из своих объятий.Марианн первая, с глухим стоном, приземлилась на песчаную поверхность, а остальные, истошно вопя, припарковались следом за ней, забив себе все бока.
— Какой ужас! Меня чуть не вывернуло наизнанку от такого круговорота, — пожаловалась Марианн, с трудом поднимаясь на землю.
— Да, полёт оказался не из приятных, — поддержала её Луисана, потирая ушибленную спину. — Но зато мы быстро прибыли куда нужно и оторвались от дрянных старух.
Придя в себя, после такого бешеного полёта дети огляделись вокруг: бескрайнее, пустынное море песка, безоблачное небо и беспощадно палящее солнце — это всё из чего состоял местный пейзаж.
— А вам не кажется, что мы попали не туда, куда нужно, — первым нарушил тишину Джонатан. — Лично я в упор не вижу здесь никакого музея. Им тут и не пахнет, если его, конечно, не занесло песком.
— Наверное, кто-то представил другую картину, и поэтому вышла только одна пустыня, — предположила Нора, окинув всех вопросительным взглядом.
— А вот и нет, посмотрите там впереди, что-то тёмное есть, может, это и есть музей, — заметил Томас, указывая рукой в сторону.
— Давайте лучше пойдём и проверим, — предложил Джек. — Не забывайте, что у ваших родственниц есть специальный посох, и они могут в любой момент оказаться здесь, а я больше не могу позволить вам подвергать свою жизнь риску.
Дети с ним согласились и, подняв с песка свои вещи, а из пасти Сарбоны забрав ключ, путники отправились в дорогу, по залитому солнцем песку. Путь казался бесконечным, открытый участки кожи быстро покраснели от жгучего солнца, а у детей впервые начали слезиться глаза. Слёзы просто застилали раздражённые, красные глаза и это ещё больше усложняло им путь. К тому же, в дополнение к палящему солнцу путников обжигал горячий, сухой ветер и дорога для них превратилась в настоящее испытание. В горле уже давно всё пересохло, а ноги, вязнувшие в песке, вообще отказывались идти.
— Ну, вот скажите, почему нам постоянно попадается такая жаркая погода? У меня от этого солнца уже кожа, как наждак, — вовсю причитала Нора.
— Нора, и как у тебя ещё хватает сил на то, чтобы скулить, — удивился Джонатан.
— Тебе легко говорить, попробуй в такую жару поносить мои длинные, тяжёлые волосы и тогда ты не только заскулишь, а завоешь.
— Скажи спасибо, что они у тебя не чёрные, как у этих троих, — попытался утешить её Дэвид.
Томас и Луисана, еле переставляя ноги, шли, накрыв головы и лицо куртками, а раненную Марианн Джек вообще нёс на руках.
— Как же хочется пить. У нас экстренная ситуация, почему эльфы не могут помочь нам с водой? — пожаловалась Луисана.
— Они не в силах предоставлять нам пищу и воду, — пробормотал Джек.
— Это также, как и с крыльями — не могут, но всё же умеют, — недовольным тоном произнесла Марианн.
— Поразительно, одна скулит, другая язвит даже, когда во рту пересохло всё, что только можно, — не упустил возможности подшутить Джонатан, но Марианн и Нора окинули его таким неодобрительным взглядом, от которого можно было вообще засохнуть полностью.