Чтение онлайн

Мы целим в глаз, стреляем в бровь —

Над нами властвует любовь!

Как просто: в сердце пилигрима

Заселится лисицей ловкою, «зачмокает».

А, может, это не Она?

Любовь бывает не слышна —

А дружба, фея!

Что Золотой подковкою своею

У сердца рядышком, но мимо

Процокает.

Осенним ветром в двери застучит

Зайчихою с морковкою,

Иль чем-то сереньким под окнами торчит,

Как будто, мышеловкою.

Вечёр, поманит песней

соловья,

Иль белочкой в грильяже …

Ну, наконец-то: «Здравствуй! Это я!» —

В весеннем макияже …

– Да, я Шекспир, чего скрывать!

Могу и даму я, и драму,

На сцене жизни разыграть:

Любить заставить, ревновать;

Вдруг, снизойти на эпиграмму,

В лицо перчатку бросить хаму!

Меня попробуй разгадать,

В меня попробуй не влюбиться,

И тщетно думать удержать,

И позабыть – я буду сниться …

Сидел, готовился, как в бой —

Повсюду «роли», «маски», «лица» —

Творцу хотелось быть собой! …

… Да «знамо дело» – «психбольница» …

К ногам упали белые листы,

Как будто, с наших плеч – одежды.

Ну нет уж, нет уж, максимум – на "ты",

Пошли б вы прочь, невинные невежды.

– С начала? – провоцируют меня.

– С начала! – в ухо ведьма прокричала-

Давай же, оседлай ретивого коня!

И мира целого, чтоб было мало.

А вот и Вы! Однако же, подлец.

Подлец, конечно, этот искуситель.

Какой же устоит пред Вами молодец —

Краса и прелести, и страсть! В мою обитель,

Как будто, в нору к кролику змея,

Вошли Вы и, играя чешуею,

Сказали просто так : "А вот и я".

Как будто, были Вы всегда со мною.

Ах, этот сладкий сон чарующих миров,

Где бродят нимфы и олени.

В котором ты всегда отважен и здоров,

И не болит спина, и резвые колени.

Ах, эти сказочки, да, полно, помним их.

Сморгнешь не так – и разом исчезает

Невинности вуаль и легкокрылый стих,

И честь колеблется, и совесть пропадает.

Мы оба знали про неведомый магнит.

Пол метра! Меньше – будет мало.

Так искранет – в мгновение спалит

И таинство одежд, и мыслей покрывало.

Свой парус ветреный небрежно наклоня,

Ты что-то тихо пошептала,

Потом с рулеткой в полу-метре от меня

Прошла. И биться сердце перестало!

Избави, бог, меня от славы,

Любовью тихой обогрей,

Обычные простые главы

Мне напиши в судьбе моей.

Избави, бог, меня от чести,

От совести и от стыда,

И кровь волнующие вести

Мне в дом не йдут

пусть никогда.

Я буду жить покойно в мире,

Во вторник – рад, в субботу – пьян,

Потом умру и на могиле

Истлеет крест, взойдет бурьян.

Ну, наконец-то, а не то, уж заждались,

Сюда, красивенькие, нежные мои,

Где вы гуляли? Вам в любви уже клялись!?

Вам головы кружили соловьи,

Чаруя звуками, волшебно ублажали,

В поля туманные «нечаянно» влекли,

А там уже охотники лежали!

Едва вы ноженьки оттуда унесли!?

Они такие. Я же не обижу

И воспою, и буду вас любить!

Ну, милые мои, поближе,

Ну, хорошо, глаза закрою, так и быть.

Мои желанные, а как бы вы хотели?

Скажите, так и сделаю для вас,

Изыскан вкус, чарующие трели

И формы дивные – люблю, как в первый раз!

Вас обниму иль крепко, или нежно,

Поищем вместе истину в вине,

И пусть случится то, что неизбежно,

Вы б как хотели? Ну, скажите мне …

Из плена растлевающей постели,

Я в темноте крадусь нагой,

Чтоб не спугнуть, чтобы не улетели …,

Хвать рифму! Съел! И – за другой!

В римском городе Флоренции,

Как-то, вышел разговор:

«Что для бога индульгенции? —

Отступные иль позор».

Раньше бог их сам и жаловал —

«Подрастали пацаны» —

А Кто пестовал и баловал? —

Мол, теперь «Ему должны».

«В самом деле, сотоварищи!», —

Рёк один иезуит …

Все привстали, понимающе, …

Он продолжил, говорит,

Дескать, задарма все молятся,

«Заходя через порог»,

Топчут, образа "мусолятся" —

Типа, надо брать «оброк»!

«Посмотреть с другой сторонушки», —

Строил мысли «визави» —

«Нам тут будут «похоронушки» —

Бога только позови —

Он всё сделает «по-честности»,

У него на облаках,

Всё, как есть! Мы в неизвестности,

Слава Богу, хоть в шелках!»

Дальше, вскакивали, чередом,

Вдохновенные отцы,

Ясно дело, к Богу передом,

Ну а к людям «молодцы»,

Получалось, вечно задницей,

Где людишки , а где Бог … —

Дело начинали пятницей,

Затянул туманом смог.

… Протрезвели к понедельнику,

Так один и говорит:

«Все мы, вроде, не бездельники-

Изуит, не изуит …», —

Типа, будет всё по-божьему:

«Хорошо» и «благодать» —

Каждому, мол, «несорожьему»

Век свободы не видать! …

С тем, уснул, прикрывшись лапою —

Все наколки «при стенах»;

Ясно дело, стал он «Папою