Бастарды
Шрифт:
– Через пару минут, Александр, не торопи. Сегодня обещаю треш, - торжественно произнес, при этом не отрывал от меня взгляда. И все-таки я вновь чуть напрягла пальцы на коленях. Не к добру.
– Удаляюсь, господа, развлекайтесь, - и насмешливо поклонился, как и люди в черном - обслуживающий персонал. Мы молча проследили за его уходом.
– Что он здесь забыл?
– неожиданно спросил Хаски. И мне интересно? Только ответа не получила на заданный вопрос.
Началось шоу. Ведущий говорил громко. Я так поняла, там проходило что-то вроде торгов. Хозяева Бастардов продавали и покупали новых. Как половые
Шум стоял сильный. Духота давила и начинала болеть голова. А когда мною завладевала мигрень, я становилась злой и не управляемой. Кожа, как теплая тюрьма сковала, и я старалась не шевелиться лишний раз. И как они так легко переносят эту жару? Да, знаю, у них теплообмен лучше, но не настолько же? Или настолько?
Подыхала, голова кружиться начинала.
– Ананина, не ходи никуда, - рука Хаски схватила мое запястье, когда хотела пройти в туалет.
Это первый раз, когда он прикоснулся ко мне. Немного выбило воздух из легких, словно по спине ударили огромной тяжелой ладонью. Постаралась вытащить руку, чтобы прекратить непрекращающееся выбивание из груди.
Ниодного шага лишнего нельзя сделать? Он пришел показать, что я тоже средство для уборки, не больше?
– Мне плохо. Или хочешь чтобы меня здесь вырвало?
– ни капли не скрывала своего состояния. Злости, отпечатавшейся в нахмуренным бровях. Плотно сжатой челюсти, через которую звуки доносились с едва заметными шипением.
– Проводим, - никак не ожидала услышать это от Имины.
Хаски отпустил мою руку, но лоб не перестал хмурить.
В туалете оказался рай - холодный рай, благодаря сильным порывам воздуха из кондиционера. Очень долго стояла, прислоняя воду к щекам. Лоб зверски пульсировал, словно там сидел лев и пытался вырваться из клетки. Имина и Олеся рядом. Спустя некоторое время девушки стали поторапливать.
Обреченно вышла в душное помещение. Гул голосов непрекращающийся и опять виски сжали прочной нитью. Не успела выйти, как за руки словили два амбала крупной Бастардовской наружности.
– Стойте!
– не ожидала, что увижу растерянное выражение на лице Имины.
– Она наша.
– Предъявите документы, сами знаете где, - отчеканил мужчина и меня повели за руки, как особо опасную.
– И куда вы меня тащите?
– попыталась вырваться, но по-моему проще скалу сдвинуть. Синяки ведь будут.
– На ринг, - ответили и сквозь толпу неизвестные лица насильно тащили. Хаски твоих рук дело? Пугаешь? Учишь правилам поведения в обществе?
***
– Дим, Дим, - заверещали на перебой Имина и Олеся.
– Они ее забрали! Мы пытались остановить, документы затребовал.
– Вот гнеденыш, - сделал комплимент Пудель.
– Так и знал что-нибудь похожее вытворит. Все знают, как ты презираешь Бастардов. А тут в обществе одного, - я сидел спокойно, сложив руки локтями на столе перед собой.
– Не повезло. Зато научится манерам, - ответил на всплеск криков над ухом.
– Ты представляешь, что он может с ней сделать?
– Виталик, как и обычно, постарался принести капельку доброты. Бесполезно.
– Виталик, успокойся, ничего не сделает, - с тяжелым вздохом ответил.
– Продаст за энную сумму и посмеется, как мы отвалим за неказистого Бастарда кредиты.
– Э!
Нет! Я пас!– поднял руки вверх Трески.
– Мне Ананина не нравится. Пусть ее кто-нибудь купит и из нашего института турнет.
– Все-таки это мы притащили ее, - заметила Имина. На нее посмотрели все без исключения мужские взгляды вопросительно и удивленно. Как будто увидели нового человека.
– Дим, ты не оставишь ее здесь?
Несколько секунд смотрел на девушку, в ней проснулось сочувствие к Бастарду? Оторвался от симпатичной блондинки, когда расслышал внизу на ринге шум. Кого-то вывели. Точно Ананина.
В своей позорной неизменной одежде. Ее не воротило от собственного вида в зеркале? Выглядела отвратительно, иной раз смотреть страшно. Но порой она чем-то забавляла, давала стимул не сдохнуть со скуки, даже от работы отвлекала. Наивная девочка, видимо, жизнь не успела носом потыкать в пол, ну тогда он постарается сделать это вместо жизни.
Закурил. Засунул руки в карман джинсов, достал портмане с кучей документов. Бастард, посмевший сказать слово поперек, пожалуй, стоил тысячи кредитов.
– Лот номер шесть, - ведущий поднял руку, представляя Ананину. Амбалы - Бастарды отпустили экспонат продажи, а она, не зная куда деть ладони спрятала в карманы. Часто так делала.
– Как вас зовут?
– на ухо она ему ответила.
– Анна.
– Лет сколько?
– опять получил ответ.
– Восемнадцать.
– Ты хотела бы на каком поприще больше работать? Интимного характера или лучше домоуправляющей?
–
Усмехнулся отсюда увидев, что Ананина замолчала и не желала отвечать. А ведущий склонился в ожидании ответа. Сколько неуемной гордости и ведь не ломалась никак? Даже извинения не прогнули. Она все также непреклонно смотрела. Не желала прогибаться под ним. Это необычно и немного задевало чувство собственного достоинства. Но не критично.
– Девушка, сказала что не хочет быть проданной. Предпочитает сама за себя отвечать!
– насмешливо сказал ведущий.
– Вы знаете, Бастард, попавший в зону Амиака больше себе не принадлежит. Я прав!?
Толпа проскандировала громко «да».
– Хочешь свободы?
– ведущий наклонил микрофон к губам Ананиной. Та ответила почти бесстрастно «да».
– Тогда отстаивай свою свободу!
Пепел с сигареты попал на руку. Обжегшись, выронил папиросу на скатерть. Вовремя подхватил, не устроив пожар. Внимание на ринг. Шутки в сторону. Она идиотка? Всему должен быть предел и ее самонадеянности тоже.
Ананиной пока ведущий объяснял правила боя. Она кивала, что-то спрашивала. В ушах загремели басы музыки. Срочно, что делать в критической ситуации? И почему вдруг ситуация стала для него критичной? Ну побьют Ананину, потом выкупит, правда немного побитую.
На ринг вышел соперник. Женщина. И на этом хорошо, что женщина. Правда какая. Бастард - тяжелоатлет, выше на голову Ананиной, шея, как ее три, ноги мускулистые. Без шансов.
– Это будет избиением младенцев, - подвел итог громко Санек.
– У Ананиной мозги в каком месте?
К всеобщему удивлению вмешался Макс:
– Ладно, так уж и быть. Я готов потратить на нее кредиты. Но потом она мне все до копейки отработает, - Трески достал деньги из кармана и подкинул на стол. Процедуру повторили многие.