Бархат
Шрифт:
Не став спорить, я решила помолчать и быть умнее, пока все уладится, привести себя в порядок и позже, поехать к Себастьяну.
Пока Джеймс чем - то занимался в своем кабинете, я успела одеться и допить свой отставленный кофе, который оказался еще теплым.
Неожиданно, я заметила возле кровати свою резинку для волос. Эта самая обычная вещь мгновенно навеяла массу приятных воспоминаний. Я здесь, в его спальне, а стоит лишь прикрыть глаза, как передо мной стоит мой вампир и с серйозным лицом подзывает к себе, в свои объятия. Мне совсем не обязательно напрягаться и пытаться вспомнить. Только лишь расслабиться и закрыть глаза...
Губы,
Мне даже не нужно пытаться. Воспоминания сжигают изнутри и рвут на мелкие части, требуя его обратно.
Прикосновение его приоткрытых и влажных губ к моей спине. Я задержала дыхание, ожидая немедленного продолжения. Это возбуждение передалось и ему. Продвигаясь вдоль позвоночника, уверенно, оставляя влажный прохладный след от языка. Я вздрагиваю, как от неожиданного укуса комара. Медленные поцелуи сзади и сильные объятия. Он хочет меня. Такое невозможно не почувствовать. И я больше, чем довольна.
Открыв глаза, мне пришлось оглянуться, и не заметив Джеймса, я снова расслабилась, дотронувшись до своих губ и шеи.
Сильный поцелуй в губы приоткрыл во мне грань до этого момента неизвестную мне. Я захотела сильнее и жеще. Потянув его за волосы сзади, сама пошла в наступление, никого не дожидаясь. Его руки вцепились в мою талию и рывком усадили меня сверху на его безупречный торс. Я стала выше него и в то же время ранимее. Страсть чувствовалась, как поток электричества между порванными проводами. Его сила и взгляд мне все позволили. Я ощущала его тело под своим, я позволила ему взять все, что он желал.
Замерев, я снова открыла глаза, чувствуя каждый толчок своего человеческого сердца. И воспоминание нахлынуло с новой силой.
Он твердый и сильный, но не причиняющий вреда. Он во мне и я обнимаю его, окутывая своими руками его сильное, совершенное тело. Мои стоны в такт его ровным движениям. Это так ново и ошеломляюще для меня. Этому нет предела. Его движения медленные и легкие. Почти что захлебываясь воздухом, я цепляюсь за его тело, опираясь за него, ища спасения от его мощного напора. Он помогает мне, иногда останавливаясь, давая мне время привыкнуть к нему и его необузданному желанию. Стон. Я напряглась, прислушиваясь. Он мой собственный. Джеймс целует меня за каждое всхлипывание, вырываясь из плена моих влажных губ.
Сердце вот- вот выскочит из груди. Мне пора успокоиться и все же, привести себя в порядок. А вспомнить я могу еще не раз. И не только...
Собрав волосы в низкий хвост, напрочь забыв о косметике, я спустилась вниз, разыскивая своего вампира.
Окна были все еще закрыты плотными темными шторами. Но, мрачность внутри дома не смогла спутать время. Часы в телефоне показывали почти три, а солнце на улице все еще светило ярко.
Ну, вот, теперь он точно никуда не пойдет. Сегодня солнечно, как и вчера. Неужели мне повезло. Хотя, возможно и нет. Тогда, почему такое чувство, буд - то выиграла в лотерею!
– Моя взяла! Сегодня дела отменяются!
– с улыбкой входя в его кабинет, я оставила дверь открытой и подошла к окну, такому же закрытому, как и во всем доме.
– Заметил! Придется быть здесь!- его вздох меня совсем не порадовал.
– Тебе что, здесь нечем заняться?
– я улыбнулась и пошла прямо
– Уверен, что найду достойное занятие!
Все еще шагая прямо на него, мне в голову пришла отличная мысль.
– Помнишь, ты обещал мне рассказать обо всем? Когда с Украины возвращались. Это было условием, - не сводя с него глаз, я заметила, как он нахмурился и сел в кресло сзади, слаживая руки на груди, смотря прямо на меня.
– Помню. Что ты хочешь, Кристина?
– Чтобы ты все мне рассказал. Или хотя - бы отвечал на вопросы, - закусив губу, я села напротив него, делая заинтересованный вид.
– Задавай. Может, и отвечу.
– Нет, нет. Не может, а ответишь! Условие, помнишь?
– я покачала перед ним пальчиком и заулыбалась на весь рот.
– Я слушаю! Какая же ты, все таки, упрямая! Ты хоть понимаешь, что я не имею права это рассказывать? Я обязан хранить это втайне от смертных!
– Да, ты говорил. Но, мы с тобой вместе, мы встречаемся, забыл?
– Да, ты права. Но, я не должен говорить.
– Ну вот. Начнем?
– облизав губы, я приготовилась допрашивать Джеймса до последнего.
– Это так важно для тебя, да?
– Да.
– Ладно, немного нарушим правила.
– Вот скажи мне, как это быть вампиром?
– Кристина, ты что, серйозно?
– заметив мой взгляд, он странно посмотрев, продолжил, - вампир - это машина для убийства. Идеальная, быстрая и умная. По сути своей, восномном, ориентированная на убийство. Но, не все мы такие. Некоторые научились сдерживать свой голод и управлять им. Но, это могут только сильные вампиры. Быть вампиром никто не выбирает добровольно. Всему есть причина.
Я смотрела на него, слушая ответ, и полностью проникалась им, впитывая информацию, как губка. Она, когда - то могла мне пригодиться. Ведь, я несколько раз думала о том, чтобы стать, как он. Что бы было, если бы я стала такой, как Джеймс? Это, правда, пугало меня. Но, увидев его и узнав лучше, теперь это не так пугает, как раньше. Сейчас действует полностью обратный эффект. Сейчас это привлекает и манит меня. И я задумалась.
– А тяжело стать таким, как ты?
– я все же решила спросить и замолчала.
– Нет, стать не тяжело. Быть тяжело. А почему ты именно это спросила, Кристина?
– его удивление и настойчивость совсем не понравились мне. Я должна была ретироваться, но почему - то медлила.
– Мне просто интересно. Могу же я спросить.
– Можешь. Но, вес же?
– А, что ты скажешь на то, если я добровольно захочу стать вампиром?
– задержав дыхание, я смотрела на сидящего напротив парня, наблюдая за его реакцией.
Мне, мой же вопрос показался смехотворным и эгоистичным, сразу же. Но, выбора у меня не было, и отступать тоже было некуда.
– Тебе что, жизнь твоя надоела? Что с тобой? Почему вдруг, твоя жизнь стала тебе не дорога, Кристина?
Он резко встал, уставившись на меня уж слишком серйозными, я бы сказала, даже агрессивными глазами.
Его реакция была для меня неожиданностью. И это насторожило еще больше. Но, я не собиралась забывать свой вопрос или притуплять желание.
– А, что ты так вдруг, распереживался, Джеймс? Это простой вопрос! Но, ты так болезненно реагируешь!
– Да, потому, что я знаю, каково это, - с грустью в голосе, он встал напротив меня,- ты и твоя жизнь, драгоценны! Пообещай, что ты больше не скажешь это и не захочешь стать, таким как я!