Бард
Шрифт:
– Ну, знаете, папаша! – возмущенно воскликнул Боб. – Тоже мне, утешили называется!
Глава седьмая,
Ночной привал получился довольно нервным. Еще до рассвета, когда небо на востоке только-только начало сереть, а наш костер уже прогорел, я проснулся и более не мог сомкнуть глаз. Усевшись возле кострища, я принялся разгребать золу, размышляя о том, что же мне дальше делать. По всему выходило, что дальнейшее расследование отравления солдат приведет
– Не спишь, Сын Тени? – тихо спросил я.
– Нет, – отозвался Риголан и высунул голову из плаща. – Постоянно вспоминаю текст сообщения, которое передал кланам Тени, – все ли написал? Клочок бумаги маленький, многого не впишешь, а больший кусок использовать нельзя – нетопырь не полетит с ним, будет сдирать.
– Что же ты написал? – спросил я.
– «Пророчество Лореанны исполнилось. Идем в Гасенск, ожидаем схватки с некромантом – минимум пятьдесят зомби. По пятам идет Аштон. Буду ждать десятую ночь лета у камня Скроу», – наизусть прочитал Риголан свое письмо. Я в этот момент только вспомнил, что мы в пути всего одиннадцать дней и десятая ночь лета – еще через три дня. А мне уже стало казаться, будто бы я всю жизнь знаю не только Боба Крейна, но и Сына Тени Риголана, и даже полоумного мага Джонатана и что мы уже целую вечность находимся в пути.
– А что такое «камень Скроу»? – спросил я.
– Что-то вроде «камня Сиу» – улыбнувшись, ответил темный эльф, выбираясь из плаща и усаживаясь перед костром. Расковыряв несколько угольков, я бросил в кострище травы, тонких веточек, и они уже занялись огнем. – Это тот приметный валун в форме лошадиной головы, у которого мы встретились, – камень Сиу, – пояснил Риголан. – Камень Скроу – тоже большой валун, похожий скорее на голову ящера, но по эту, восточную сторону гор.
– И когда мы будем возле этого камня? – снова спросил я.
– Самое большее – через два дня, – ответил Риголан. – От камня идет прямая тропа до Гасенска. То есть не совсем, конечно, прямая… – усмехнулся Риголан. – Там уже начинается Великая северная топь – сплошные болота. Так что дорога там петляет. Но все равно более короткого пути нет.
– Доходим до камня, устраиваем привал до утра, – покивал я. – А если твои соплеменники не подойдут утром?
Риголан лишь пожал плечами:
– Нетопырь летел всю ночь и еще как минимум сутки будет лететь, не останавливаясь. К исходу этого срока он должен быть уже в подземельях. Еще сутки – на то, чтобы прислать хоть какой-то отряд, какую-нибудь весть, этого вполне достаточно… Я не вождь и не могу заставить кланы делать то, что я считаю нужным. Я сделал свой выбор и пойду с тобой, юный бард, до конца. А кланы… – Риголан лишь развел руками.
– Да нечего рассчитывать на кланы! – вдруг подал голос Боб, который, оказывается, тоже не спал. Выбравшись из своего плаща, он поднялся, отошел в сторону и приволок сухую ветку. С треском разломив ее на части об колено, Боб стал бросать дрова в костер. И только тогда продолжил свою мысль: – Надо рассчитывать на свои силы. Ну, пятьдесят зомби, ну и что? С десяток, а то и штук пятнадцать я беру на себя!
– Ну, это ты загнул, дружище! – усмехнулся я, однако Риголан меня не поддержал. Я пожал плечами, а Боб, поглядев на меня свысока, продолжал:
– Еще штук пятнадцать—двадцать возьмет на себя Джонатан. А то и все двадцать пять!
– Вот, черта лысого, неправильно ты считаешь! –
уже разозлился я. – А сам некромант?! Его ты что, со счетов сбросил?! И кто тебе сказал, что он слабее Джонатана?! А Аштон, который висит у нас на хвосте?! Допустим, еще день он будет ждать Брампа, а затем отправит за нами погоню. И погоня эта будет идти быстро. Пускай на территорию графства Ассукс он не пошлет целую армию, но еще с полсотни солдат – легко! А если он узнает, что с нами боевой маг, так он этому отряду еще и боевых магов придаст, и, может быть, не одного, а штуки три! Вот теперь и считай – минимум два мага против Джонатана да еще сотня бойцов против нас троих! Как ты их теперь делить будешь?!Боб, казалось, задумался, даже наморщил лоб, беззвучно зашевелил губами. Затем чело его разгладилось и он радостно воскликнул:
– Получается, по тридцать три целых и одной трети на каждого! Но эти трети, так уж и быть, я возьму на себя, пускай будет тридцать четыре!
Секунду я молчал, недоуменно глядя на молотобойца, а затем расхохотался. Риголан также скривил губы в усмешке. И в это время Джонатан, который последние пару дней выглядел все свежее, разбуженный нашим весельем, подал голос:
– А что, завтрак уже готов?
Ответом ему был новый взрыв хохота.
Позавтракав и определившись с дальнейшим планом действий, мы выдвинулись в сторону камня Скроу вдоль Северного хребта. Где-то в том месте, где мы находились теперь, проходила граница между Южным баронатом и графством Ассукс, так что с минуты на минуту мы должны были покинуть земли барона Аштона. На местности никаких пограничных знаков установлено не было – каменистое плато с чахлой растительностью слева, таежные заросли – справа, больше ничего.
Поскольку свободное пространство позволяло, мы ехали с Бобом рядом, и я, чтобы скоротать время, спросил его:
– Ну и как сложились твои отношения с прекрасной дамой?
– Нормально сложились, – ответил Боб. – Пришел, вызвал ее на улицу, на задний дворик. Потом взглянул в ее глаза – и все, пропал. Чувствую – жить без нее не могу. Так и сказал ей: «Жить, говорю, не могу без тебя. Как взгляну в твои глаза, так сердце и заходится, и заходится!»
– А она что? – спросил я, как-то не ожидавший от увальня Боба таких нежных признаний.
– А что она? – удивился в свою очередь, Боб. – Стоит, глазки опустила и говорит: «Это ты нарочно так говоришь, чтобы засмущать меня и воспользоваться! Грех это, говорит, с девичьим сердцем играть!»
– Да ты что?! – восхитился я. – Какой красивый диалог! Ну а ты что?!
– А я говорю: «Ты про меня такого даже не думай! У меня намерения самые серьезные, говорю же – жить без тебя не могу! Вот только одно дело закончу – и сразу свататься… Если живой останусь».
– Чего, так и сказал? – засомневался я.
– Так и сказал.
– Ну, ты даешь! А она чего?!..
В таком примерно духе разговаривали мы с Бобом где-то около часа. Он подробно пересказал мне свою беседу с девушкой Оленой, те нежные обещания, которые давали они друг другу, чувствуя, как в их юных сердцах разгорается доселе неведомое чувство. Впрочем, Боб был не таким уж и юным, пожалуй, даже старше меня года на два-три. Только в отличие от молотобойца, прожившего всю жизнь в Абадилле, я успел побродить по свету, повидать кое-что, в том числе и девушек, и уже не однажды влюблялся. Так что огонь волшебного чувства любви уже не был для меня в диковинку, переживать отношения с дамой столь сильно и полно, как переживал их теперь Боб, я уже не мог. Кроме того, устав гильдии бардов запрещал члену гильдии иметь семью. Точнее, женатый бард не мог претендовать на звание магистра, что для меня в то время было равнозначно запрету. Уже завершая нашу беседу, я тяжко вздохнул и сказал: