Банши
Шрифт:
— Если бы меня не поймали, тебе бы не пришлось приходить туда. И все были бы в порядке.
— Карла, милая, здесь нет твоей вины. Только моя. Ты ведь попала туда из-за меня. И Дар пришел за мной.
— Он пришел потому, что любит тебя.
— Да. И потому, что я дала подсказку, где меня искать. Если бы не она, сейчас Дар был бы здесь.
— А где была бы ты?
— Неважно.
— Важно, Эния. Виноваты те, кто хотел причинить тебе вред, и только они. Не вини себя за то, кто ты есть. Ты не выбирала это. И ты не виновата в этом.
— Да.
— Милая, я переживаю за тебя. Может, приедешь ко мне?
— Нет. Я
— Уверена?
— Да.
— Ладно, я завтра позвоню тебе еще. Держись.
— До завтра.
Я положила трубку и сила на кровать. Сколько еще продлится это ожидание? И что будет в конце? Надежда или приговор? Я боялась даже думать о том, что Дара больше нет.
Ближе к полуночи телефон зазвонил снова. Джон. Мое сердце сделало кувырок в груди. Дрожащей рукой я подняла телефон.
— Джон?
— Да. Я только что узнал последнюю информацию. Разбор завалов окончен. Техника уехала.
— И?
— Мне очень жаль.
Во мне что-то оборвалось.
— Они нашли его тело? — Голос хрипел, будто сорванный.
— Найдено несколько обгоревших тел. Опознать их нет возможности. Они сохранились только потому, что были закрыты бетонной плитой от остального взрыва. А так, найдены несколько частей тел. Взрыв был слишком сильным.
— Он мог успеть скрыться оттуда до взрыва?
— Я разговаривал с Чарльзом. Он прочесал территорию вокруг здания. Никаких следов. Никто не выходил оттуда.
— Я поняла.
— Эни, может, мне приехать?
— Нет.
— Ты уверена?
— Да. Пока.
— Пока.
Все переживания последних дней, все отчаяние, страх и боль скручивались во мне в большой клубок. И им просто не хватало места. Когда я уже не могла сдерживаться, тело приняло более удобную для него форму — банши. И ей не хватало места в этом доме, нечем было дышать. Открыв замки, я выскочила на улицу и сделала то, что умела лучше всего — закричала. Я была уверена — этот крик слышали все!
До самого утра я гуляла по лесу в образе банши. Не могла вернуться к человеческому. Утром я вернулась в дом и начала собирать вещи. Оставаться здесь я больше не могла.
Закинув вещи в багажник, я вернулась в дом, чтобы попрощаться с местом, в котором была так счастлива. Отключила мониторы, камеры — все равно они уже не нужны. Только ловушки и сканеры снимать не стала. Не хочу, чтобы кто-то забрался сюда. Это только Его дом. Повинуясь какому-то чувству, достала из сумочки помаду и подошла к зеркалу. Через минуту на нем появилась надпись «Я буду любить тебя всегда. Прости, что не уберегла».
Вышла на улицу, заперла дверь, села в машину и не обернулась уезжая.
Следующим пунктом моего пути был ресторан. Никто не ожидал увидеть меня там, у меня была еще неделя отпуска. Но еще больше никто не ожидал, что я уволюсь. Карла работала в зале, когда увидела меня. Она тут же подошла ко мне и обняла.
— Милая, что ты тут делаешь?
— Увольняюсь.
— Что?
— Я уезжаю, Карла.
— Куда?
— Домой.
— Насовсем?
— Еще не знаю. Посмотрим.
— Я буду скучать по тебе. Ты будешь звонить мне? — По щекам девушки текли слезы.
— Да. Но не обещаю, что это произойдет в ближайшее время. Мне нужно прийти в себя.
— Я понимаю. Будь осторожна. И знай, тебе всегда здесь рады. Спасибо за все, что сделала для меня. Ты моя самая близкая подруга.
— Пока, —
я погладила ее по руке, успокаивая.— Пока. Я буду ждать звонка.
Я вышла из ресторана и села в машину. Теперь нужно заехать к арендодателю, отдать ключи от дома.
Каждым пунктом поездки, я будто зачеркивала все, что появилось в моей жизни в последнее время. По иронии, зачеркивала все хорошее. Плохое же останется со мной.
Последним пунктом была Гарда. Я хотела попрощаться с Джоном. Увидев меня, он подскочил со стула.
— Эни, что ты тут делаешь? — Коп обнял меня. От его взгляда не укрылись темные круги под моими глазами, бледность кожи.
— Пришла попрощаться.
— Ты…
— Да, уезжаю. Пришла пора вернуться домой.
— Ты уверена? Тебя там кто-нибудь ждет?
— Нет. Но мне это нужно.
— Зачем?
— Потому что это мой дом. Когда-то я сбежала оттуда. Пора возвращаться.
— Навсегда?
— Возможно. Не знаю еще.
— Есть шанс, что ты вернешься сюда?
— Вряд ли.
— Черт, Эни…
— Я знаю, Джон. Ты можешь ничего не говорить, я все знаю, вижу в твоих глазах.
— Я все равно буду ждать тебя.
— Будь осторожен. Береги себя.
— Ты тоже.
— Пока.
— Я провожу тебя.
— Не надо.
Я провела ладошкой по его щеке, а затем молча развернулась и вышла. Все, больше меня здесь ничего не держит. Пора домой.
Такие знакомые места. Чем ближе я была к дому, тем больше воспоминаний поднималось в моей голове. Они отодвигали на задворки новую драму, позволяя мне в подробностях вспомнить старую. Потерю родителей. Но она больше не доставляла мне той боли, что раньше. Только глухая тоска.
К своему дому я подъехала, когда уже было за полночь. Но это даже к лучшему. Хочу, чтобы как можно меньше людей знало о том, что я вернулась. Не готова я их видеть. Не хочу.
Я загнала машину в гараж, поднялась по лестнице, нашла спрятанный мною ключ от двери. Здравствуй, дом. Дверь открылась с тихим скрипом. Внутри было темно, но включать свет я не хотела. Вместо этого перетекла в образ банши. Сразу обострились все чувства, в том числе и зрение. Первым, что я увидела, была мебель, накрытая тканью. Я сама ее накрывала, когда уезжала. А точнее, убегала. Ничего, завтра все сниму, выветрю запах затхлости и пыли, куплю продукты. А пока… Я прошла по лестнице на второй этаж. Заглянула в комнату родителей, немного постояла в дверях, оглядывая знакомый с детства интерьер, вспоминая, сколько всего здесь произошло.
Дальше я заглянула в гостевую комнату. И только потом подошла к моей спальне. Было страшновато открывать эту дверь. Ведь она вела не только в мою комнату, но и в мое прошлое. Готова ли я встретиться с ним? Да, наверное, готова.
Первый взгляд на знакомые вещи буквально выбил из меня дух. Кровать, застеленная мягким плюшевым покрывалом, стол с кучей журналов, ручек, парой бутыльков с духами и косметичкой. Шкаф с книгами у окна и цветная подушка на подоконнике — именно там я читала книги. На стенах кремовые обои, в которых кое-где видны маленькие дырочки — следы от кнопок. Когда-то там висели плакаты, но потом я выросла и сняла их. Теперь на стене висела картина — грозовое море. В гардеробе старые цветные блузки и юбки, раньше я их любила. В углу кресло с плюшевым медведем, через подлокотник свисают наушники. Господи, будто вчера все это было.