Бабник
Шрифт:
– За что?
– Что сразу не сказал о возможном залете, – его ладони бережно сжимают мою талию, лицо вжимается в живот через куртку. – Было бы честнее сказать правду, чтобы ты смогла сама принять решение.
– Почему не сказал?
Убираю пальцами падающую на лоб светлую челку, рассматриваю виноватые голубые глаза.
– Мне нравилось думать, что я стану папочкой. Совсем страшно не было. Я очень хочу этого ребенка.
– Вот как… – тяну я. – Так может, и в декрет пойдешь сам? У меня учеба, десерты.
– Юль, – Иван резво поднимается на ноги, отряхивая коленки, –
– Угу…
– Ну, хочешь так, чтобы честно было, – он откашливается. – У кого зарплата к родам будет ниже, тот и в декрет. А у кого выше, тот оплачивает няню, горничную и вообще все.
– То есть у меня никаких шансов, получается?
– Ну, Юль… Впереди еще целых шесть месяцев.
– И из ресторана я увольняюсь…
– Кхм, это не обсуждается.
– Но вообще, – взмахиваю волосами и иду в сторону машины, – у меня есть план.
– Да? И какой? – Иван меня догоняет, беря под руку.
– У меня блог, если ты не забыл, там десять тысяч человек.
– Много.
– Пфф, и это активная аудитория, а не боты какие-нибудь.
– И что ты делать собралась?
– Что и любой ушлый блогер. Напишу книгу, в моем случае с рецептами. Буду ее своей аудитории рекламировать, даже напечатаю. Вот!
– Отличный план.
– Заработаю миллион и отправлю тебя в декрет.
– Что ж, по рукам, – Иван плюет на ладонь и раскрывает, – давай-давай, забьемся.
Господи, миллион. Ляпнула же.
– По рукам, – плюю на свою руку. Нехотя пожимаю слюнявую ладонь Ивана.
– Буду с интересом наблюдать за процессом.
– Я вот подумала. Буду делать красивые фото, пошаговые рецепты, чтобы все понятно было. Куплю рекламу и других успешных блогеров.
– Ничего себе у тебя планы.
– Так миллион надо заработать. У блогеров-миллионников рекламу и куплю.
– А деньги где возьмешь?
– Так у мужа.
– Аааа… ясно-понятно. Пришли.
Присаживаемся в машину, сиденье включаю сразу на обогрев. Выиграю-не выиграю, а будет действительно интересно. Давно пора покончить с работой официантки и попробовать себя в том, что я действительно люблю. Сделать это очень страшно, но теперь у меня есть повод. Да еще какой серьезный.
– Домой, – взгляд Ивана застревает на моих губах, – или в ближайший лесок? Оскверним мамину «Теслу2 разок.
– Зачем домой? Я бы ещё свежим воздухом подышала. Он очень полезен, – невинно хлопаю глазками и отворачиваюсь к окну.
– Вот так, значит... – Иван насмешливо качает головой.
– Да...
Машина бесшумно выезжает на дорогу и медленно движется вдоль леса. Сердце замирает, когда мы проезжаем мимо очередного поворота в чащу. Облизываю от нетерпения губы, ерзаю. Внизу живота появляется сладкое томление.
– И долго мы будем кататься? Я дышать кислородом хочу, – прикусываю губу, пряча пошлую улыбку.
– Вот что значит секса ночью не было, – замечает со вздохом Иван.
– Кхм, отличный же поворот был, мы почему
мимо проехали?– Там деревня, знак был.
– Мммм…
– Эгым….
– Пффф….
Наконец Иван сворачивает в лес. С обtих сторон деревья, царапающие листвой стекла машины. Через кроны пробиваются лучи утреннего солнца. Опускаю стекло, втягивая в легкие порцию лесного воздуха, от него кружится голова.
Машина замирает, когда мы упираемся в конец проселочной дороги. Иван расслабленно откидывается на сиденье, смотрит на меня с любопытством. Щелчок ремня у него, потом у меня. Мой рваный вздох.
– Будем дышать? – Иван усмехается.
– Аха, – двигаюсь ближе. Рука легко преодолевает пустое пространство, где в обычных машинах коробка передач с рычагом, скользит по грубоватой ткани джинсов. Действительно удобно.
– Ммм…..
Иван прикрывает глаза, когда моя ладонь опускается на топорщащуюся ширинку. Кто-то по дороге тоже не хило завелся. Тяну за пряжку ремня, расстегиваю пуговицу. Он сглатывает и облизывает губы от предвкушения, на меня все еще не смотрит. Это делает смелее.
Тяну за собачку молнии вниз, ткань расходится, и член в боксерах упирается мне в ладонь. Обхватываю гудящий от напряжения ствол, облизываюсь. Очень хочу попробовать его на вкус.
– Юль, это не обязательно, – выдает Иван, когда я решительно подаюсь вперед и наклоняюсь. Правда, голос звучит вяло, неубедительно. Он очень хочет.
– Я хочу.
Оттягиваю ткань в сторону, освобождая член, распрямляющийся, словно пружина. Он налился и заманчиво покачивается перед моими глазами.
Смотрю наверх, где Иван жадно следит за каждым моим действием. Глаза расширились от возбуждения, грудная клетка ходит ходуном. Обхватываю член у основания и медленно веду ладонью вверх. Его глаза закатываются от удовольствия, из груди вырывается одобрительный удовлетворенный стон.
Склоняюсь над членом и обхватываю головку губами. Она остренько-солоноватая на вкус. Не десерт, но вполне приятно. Облизываю ее языком, пробую продвинуться губами по упругому стволу. Одновременно помогаю себе руками.
– Ох, Юль. Моя Юлька, – нетерпеливая ладонь Ивана перебирает мои волосы на затылке.
Смелею и пытаюсь реализовать все, что видела в фильмах для взрослых. Да, примерная девочка не всегда примерная, иногда посматривает развратные видосики.
Сжимаю губы в кольцо, скользя вниз, практически до основания, затем опять вверх. Ласкаю языком, чтобы увлажнить и сделать мои прикосновения еще приятнее. Шея постепенно затекает, скулы начинают неприятно ныть, но Ванины подбадривания подстегивают продолжать.
– Ох.. ммм… Юль, ты моя богиня. Сука, как хорошо, – он выгибается, неожиданно нажимая на мой затылок. В горло ударяет теплая струя спермы, которую я инстинктивно глотаю.
Разогнувшись, слушаю его успокаивающееся дыхание. Навязчивый вкус в горле раздражает. Забираю с заднего сиденья термос с душистым чаем, бутерброды и делаю перерыв.
– Ты ешь? – он распахивает глаза, застав меня с чашкой и бутером в руках.
– Да, что-то захотелось, – задумчиво жую, – мне на свежем воздухе всегда хочется.