Аспирант
Шрифт:
— Марш в душ! Я сейчас приду к тебе.
После душа мы переместились на диван в комнату, которая, судя по всему, служила Заварзиной спальней. Наконец видимо совсем умаявшись, я отключился ненадолго, но за это время Юлия успела переместиться на кухню и судя по доносившимся оттуда звукам развить там бурную деятельность.
Саша! — раздался ее голос, — вставай, мой руки и садись есть.
Я поднялся с дивана, надел штаны, футболу и пошел в направлении кухни. Войдя, я увидел Юлю на которой был коротенький халат, надетый к тому же явно на голое тело. На столе стояли тарелки с нарезанным сыром, колбасой, в отдельной миске я разглядел политый майонезом овощной
— Извини, но я как-то не планировала сегодня кормить мужчину, поэтому то, что могу предложить сейчас это так перекус на скорую руку. Впрочем, если ты останешься голоден я могу тебе налить борща. Он свежий вчера только сварила. Выпить хочешь?
Я пожал плечами и сказал:
— Смотря что.
— Коньяк.
— Надеюсь французский?
— Нет Саша. Грузинский. Но зато очень неплохой на мой, естественно, вкус.
Я кивнул головой, Юлия достала из холодильника початую бутылку коньяка, лимон, из буфета пару пузатых бокалов, быстро порезала лимон на блюдце, плеснула коньяка в бокалы и спросила меня:
— Ну за что пьем?
— Я подумал и сказал:
— За то, чтобы мы встречались как можно реже по такому поводу по какому встретились сегодня.
Юля кивнула головой и выпила. Выпил и я. Коньяк и в самом деле был не дурен. Некоторое время после мы молча ели. Затем Заварзина спросила меня:
— Саш, как думаешь этот мужик, который шофер, он выживет?
Я пожал плечами.
— Черт знает. Но в любом случае шансов выжить у него сейчас значительно больше, чем если бы он свалился с моста в воду, вместе с автобусом.
— Да больше, не спорю. Будешь еще коньяк?
— Ну по одной еще можно.
Закончив есть Заварзина, поставила на плиту чайник поинтересовавшись при этом, что я предпочитаю кофе или чай и сев на мягкую табуретку прямо напротив меня, подпёрла свою голову ладонями устремив на меня свой внимательный задумчиво — печальный взгляд.
— Что так странно на меня смотришь? — поинтересовался я.
— Я… Я, Саша думаю о том, что произошло, между нами, только что. Это всерьез или так разовая акция?
— Ну не знаю как тебе, а мне хотелось, чтобы всерьез. С тобой хоть и не просто, зато не скучно.
— Мне тоже. Ты мне давно нравишься Саша.
— Тогда в чем же дело? Все же от нас зависит. Или ты так не думаешь?
— Не думаю. Увы, но в жизни далеко не все зависит только от нас. Поверь мне. Я иногда чувствую себя как тот герой Стивена Кинга. Из “Мертвой зоны” помнишь?
Это ты про свои вещие сны и прочее?
— И про них тоже. Знаешь когда тогда у того дома, куда шел Афанасьев, я стояла в полной растерянности и не знала, что мне делать дальше то у меня появилось мощное такое предчувствие, что вот сейчас появится человек, который поможет мне в этой ситуации и который мне вообще поможет. У меня бывают такие предчувствия. Но, честно говоря, я совсем не ожидала, что этим человеком можешь оказаться ты. Поэтому, когда ты вышел из рощи и подошел ко мне я была очень удивлена. А сейчас понимаю, что все это и в том числе наша встреча тогда совсем не случайны. И мы мало, что можем изменить. Какая-то сила свела нас, и она же может нас развести.
— Ох, Юлия Сергеевна, совсем не ожидал услышать из уст передового советского ученого — историка подобную мистическую хрень и поповщину.
— Ты зря смеешься Саша над этим. Наша жизнь устроена совсем иначе чем учат нас в школе и институте. Поверь мне. И таинственного с мистическим в ней значительно больше, чем ты можешь представить себе сейчас.
—
Ну не буду спорить. Возможно, ты разбираешься во всем этом лучше меня. Тут правда возникает один вопрос, напрямую касающийся этих твоих мистических сновидений и предчувствий.— Какой? — Юлия поднялась с сидения, подошла к плите и выключила газ под вскипевшим чайником. Затем она достала из шкафа растворимый кофе, положила его по чайной ложечке в две чашки и залила кипятком. — Тебе с сахаром или без? — спросила она меня.
— Положи две ложки. А вопрос вот какой. Смотри и в прошлый раз и сегодня мы сумели предотвратить несчастье своими силами. Но ведь так может быть не всегда. Представь, что скажем завтра тебе присниться сон о таком будущем несчастье или катастрофе или преступлении предотвратить которые мы вдвоем окажемся не в состоянии.
— Хорошо. Такое конечно вполне может быть. Но что ты предлагаешь? Обратиться к властям и рассказать им о том, что мне Юлии Заварзиной сняться вещие сны о том и о том? Да нас засмеют и это в лучшем случае. А в худшем ославят либо сумасшедшими, либо аферистами.
— Ну обратиться к властям в принципе не такая уж плохая идея поверь мне. Тем более у тебя наверняка есть кое-какие знакомства в этой среде. Если мне не изменяет память твой отец был заместителем председателя Горисполкома?
— Не изменяет. Действительно был. И знакомства у меня кое-какие есть. Так что с кого начнем. Куда обратимся в первую очередь. В Обком, Облисполком, или может сразу в ЦК послание направим. Лично в руки Генеральному Секретарю ЦК КПСС Константину Устиновичу Черненко! — Юлия произнесла все это с явной насмешкой в мой адрес.
— Ну в случае чего можно конечно и к Черненко обратиться. Но мы пока дедушку тревожить по таким пустякам не будем. Как и Обком с Облисполкомом. Я другое предлагаю. У тебя нет скажем информации о тяжких преступлениях, которые могут произойти в городе или области в самое ближайшее время? И желательно не бытового характера. Лучше всего в городе. Но на крайний случай сойдет и область.
Юля задумалась. Помолчала не долго и потом сказала довольно не хотя:
— В принципе такая информация у меня есть. И даже не только по Величанску и области. Кое-что есть и по Союзу в целом.
— Так это просто замечательно! — я даже вскочил со стула, — представляешь мы сливаем эту информацию куда надо, там ее проверяют и убеждаются в твоей правоте. И дело в шляпе! Нужна только информация, которую легко было бы проверить. Есть такая?
— Ну положим есть. Но я все равно не понимаю, как ты собираешься донести ее до компетентных товарищей? Если ты надеешься на меня, то делаешь это напрасно, в этой среде сколь — ни будь значительных связей я не имею. Ты, конечно, можешь записаться на прием к генералу Алдонину, но на мой взгляд с такими же шансами на успех можно обратиться и в Обком, и в Горком, да хоть в ЦК.
Я снисходительно посмотрел на Юлию.
— Вот знаешь, что губит тебя Заварзина, что не дает тебе прийти к правильным выводам и найти правильные решения? Твоя склонность все утрировать и преувеличивать!
— Ну хорошо Саша! Я все утрирую. Но что предлагаешь ты? Я пока не услышала от тебя ни одного здравого предложения. Только одни я общие слова. Я утрирую. А ты, как всегда, тянешь кота за хвост и впадаешь в какое-то словоблудие.
— Не спеши с выводами. Мы не пойдем ни в Обком, ни в ЦК, ни к генералу Алдонину. Мы пойдем к майору милиции Герману Валентиновичу Астахову. Вот к кому мы пойдем с твоей информацией, добытой путем ясновидения вещих снов или что там будет тебе угодно. К нему и только к нему!