Арпонис
Шрифт:
Андрей кивнул, не говоря ни слова. Сойдя с эскалатора, они постарались как можно скорее укрыться за колоннадой. И преодолели уже половину перрона, когда в тоннеле показался поезд.
Поезд успел открыть двери, прежде чем ребята разглядели знакомую фигуру, устремившуюся ко второму вагону. Было похоже, что преследователь разыскивал их на противоположной стороне платформы и чуть не упустил. Однако он вовремя исправил свою ошибку и теперь хорошо видел свою цель. Боясь пропустить отправление, он не рискнул бежать вдоль состава, но до самого последнего момента внимательно смотрел в их сторону.
Двери
— Он в поезде! — с волнением воскликнул Андрей, тоже наблюдавший за ассистентом.
— Видел, — кивнул Сашка. — Дело плохо!
Он пытался сообразить, как всё-таки оставить преследователя в дураках.
— Если он знает, где мы живем, бежать бесполезно, — повторил Андрей высказанную им ранее мысль.
— Да не знает он ничего! — попытался успокоить его Сашка. — Если б знал, ждал бы нас у дома, а не по перронам скакал.
— А что он тогда делал у электрички?
— Потому и ждал у электрички, что всё, что он знает — это наш район. Тетя Зина, поди, сообщила, когда хотела нас отправить на машине. Мужик у нее наверняка и за шофера тоже, не только как бензобак, — усмехнулся Сашка.
— Но почему у электрички? И именно у нашей электрички?
— Да потому, что он явно в курсе, чем мы добирались, вот и сложил два плюс два. На своей машине нас и догнал.
— Эх, пробки не оказалось на дороге! — огорчился Андрей. — А то без проблем бы добрались до дому!
Сашка согласился, но, поразмыслив, решил возразить.
— Не хочу тебя пугать, — проговорил он невесело, — только мне кажется, что это бы нас не спасло.
— Это еще почему? — удивился Андрей.
— Как нас звать, он знает, так? — спросил Сашка.
— Ну? — Андрей непонимающе посмотрел на него.
— Ну и… Я сам об этом только что подумал, — сказал Сашка. — Я бы на его месте занялся поиском наших имен в записной книжке тети Зины. Или, как ты тогда, в списке последних звонков.
Нечто похожее на отчаяние промелькнуло на лице Андрея. Он закусил губу и мрачно уставился в окно, мимо которого светлыми пятнами мелькали в тоннеле фонари.
Поезд стал тормозить. Тоннель закончился — перед глазами пролетали колонны станции и столпившиеся на перроне пассажиры. Андрей встрепенулся и, ухватившись за кофр, глянул на Сашку, взявшегося за вторую ручку.
— Что будем делать? — спросил он.
Сашка, который не мог вспомнить, имеется ли здесь сквозной выход, нервно ухмыльнулся:
— Бежать!
Не дожидаясь, пока полностью откроются двери, они выскочили на перрон. На этой станции народу было больше, так что за время стоянки они успели добраться лишь до соседнего вагона. С трудом лавируя среди пассажиров, ребята заскочили туда, когда двери уже закрывались.
— Нам не уйти, — отчаянно прохрипел Сашка. — На следующей станции он в лучшем случае попадет в соседний вагон, а в худшем — прямо в наш. Надо что-то придумать!
— Надо поменять линию, — неожиданно посоветовал Андрей.
— Он от нас в двух шагах, — заметил Сашка скептически. — Мы и до перехода не доберемся, как окажемся в его лапах!
— Можем перескочить на следующей станции, — сказал Андрей. — Там другая сторона перрона — другая линия. Я знаю, я тут жил. Главное,
чтобы поезд напротив уже стоял, тогда есть шанс, что двери закроются у мужика под носом.— А если не успеют? — быстро спросил Сашка.
— Тогда кидаем этот сундук ему под ноги и удираем в другой конец вагона, — не задумываясь, ответил Андрей.
Сашка хмыкнул:
— Я так и вижу, как он легко его поднимает и начинает медленно приближаться к нам по проходу.
— А я бы на его месте не стал этого делать, — зло проговорил Андрей.
Сашка припомнил кувырки Костика и решил промолчать.
— Ладно, попробуем, — пробормотал он, когда поезд стал сбавлять ход.
Но всё пошло не так, как они рассчитывали. В момент, когда распахнулись двери, на другой стороне платформы поезда не было. От предчувствия неприятностей у Сашки екнуло сердце. Вертя головой и пытаясь одновременно видеть всё вокруг, оттого двигаясь вприпрыжку, он со всего маху саданул себе жестким ребром кофра по голени.
От боли в глазах вспыхнули звезды. Заскулив как маленький, Сашка присел, потирая ушибленное место, но понукаемый Андреем вынужден был заковылять следом, хотя почти ничего не различал перед собой от навернувшихся слез.
В гуще пассажиров они умудрились проскользнуть незамеченными. Андрей разглядел знакомую фигуру, метнувшуюся к дальнему выходу со станции, и облегченно вздохнул. Но когда в темноте туннеля показались фонари приближающегося поезда, ассистент на ходу обернулся.
Сзади них нарастал шум подходящего поезда, спереди к ним неумолимо приближался ассистент. Он никуда больше не торопился. Он шел прямо на них, размеренно пожирая разделявшее их расстояние, на его губах застыла нехорошая улыбка. Между ним и замершими на перроне ребятами само собой образовалось пустое пространство, которое никто не хотел пересекать.
И вдруг, будто ступив в лужу масла, ассистент дрыгнул ногами, развернувшись на пятачке. Застыв в нелепой позе, он попытался распрямиться, но ноги его не слушались. Они выскальзывали из-под него, как выскальзывали лыжи из-под еще не умеющего кататься Мишки Сыромятникова.
Сконцентрировавшись, он смог устоять, замерев неподвижно, и медленно повернул к ним голову. Однако ноги опять поехали из-под него. Он дернулся, но сделал этим только хуже: теперь он стоял на самом краю платформы, медленно склоняясь назад. Стараясь за что-нибудь ухватиться, он отчаянно размахивал руками, пытаясь удержаться от падения на рельсы, и в какой-то момент ему это удалось.
Сашка видел, как точка равновесия его тела невероятно, вопреки законам физики, смещается вперед, к замершим от ужаса людям, будто невидимый канат тянет за нее, — ассистент выпрямлялся. Из толпы стремительно вынырнул человек и, желая помочь, выбросил вперед руку.
Это простое движение словно перерезало канат — ассистент отшатнулся и, уже не в силах ничего изменить, рухнул с платформы спиной вперед. Фонари поезда еще успели осветить его сгорбленную фигуру, пытавшуюся подняться с колен, а в следующее мгновение он скрылся под налетевшим составом.