Арфеев
Шрифт:
— Я чувствую себя дурой, потому что втюрилась в самовлюблённого нарцисса. Мне не нужны твои деньги! Понял? Засунь их себе в задницу, раз ты их любишь больше всех на свете!
— Не смей так со мной разг…
— А то что? Ударишь меня? Ну давай, ковбой, покажи всю свою силу на женщине! Может, ты умеешь не только врать, но и…
Рома ударил Настю под дых и услышал, как та резко выдохнула. Тело мгновенно согнулось пополам, а скрытый упавшими волосами рот пытался втянуть хоть немного воздуха. Ноги поплелись к столу, подальше от человека, нанёсшего такой удар. Когда Настя вновь смогла дышать, она грустно рассмеялась, смотря на Рому.
— Какой же я была дурой! Ты
— Да мертва она! — Рома оскалился, хоть сам того не заметил. — Я убил её! Не я…то есть… Я… — Он скрыл лицо в ладонях, после чего коротко всхлипнул.
Настя содрогнулась. Более ужасного всхлипа она никогда не слышала.
— Ты…убил Марию?
— ДА! — Его крик отразился от стен кухни, которая будто бы подслушивала их разговор.
И тихо обсуждала.
— Я убил её! Как и их всех! Убил каждого, кто стоял у меня на пути! Потому что я хищник! — На последнем слове его голос дрогнул, а сам он зарыдал, уже не в силах что-либо скрывать. — У меня не было другого выбора! Я не хотел! Я…
— Ты убил нескольких людей?
— Да, но ради нас! Настя, я всё это делал ради нас, чтобы у нас было светлое будущее!
— Ты монстр… — Она отступила на шаг, и глаза её говорили о том, что она ни капли не сомневается в истинности сказанных слов. — Это не ради нас, Ром. Ты просто жаждал крови, вот и всё. Ты просто жаждал крови…
— Ты простишь меня?
— Нет. После всего, что ты сделал, тебе должно быть приготовлено место в аду.
— Я делал это ради нас с тобой! — Он схватил её за горло и прижал к стене, ударив об неё головой. — Я не убийца, а кормилец семьи! У меня пытались отобрать компанию, и я отстоял её, чтобы мы не жили от зарплаты до зарплаты!
— Но какими методами? — Его пальцы всё сильнее давили на кожу, но Настя продолжала говорить: — Ты не умеешь решать вопросы словами. Твой единственный путь — физическая сила. Ты сильный, да, но так и остаёшься подонком, раз забираешь у людей членов их семей.
— Это ради нашей семьи! Как ты не можешь понять?!
— Оно того не стоит. Я не хочу строить счастье на чужом горе, как ты построил свою компанию. Я знаю, откуда берутся деньги. Ты подонок во всех отношениях.
Он ударил её в живот и повалил на пол, полностью сорвавшись с цепей. В мгновение ока его руки вновь сомкнулись на шее. Настя попыталась вырваться, но так и осталась в этой крепкой хватке. Она почти схватила края пиджака, но тут же получила удар по лицу, и из носа мигом брызнула кровь. Она начала заливать рот и горло, так что Настя, чтобы не захлебнуться на полу той кухни, на которой совсем недавно готовила завтрак любимому мужчине, собрала всю кровь во рту и выплюнула её Роме в лицо. Он зарычал подобно дикому зверю. Его рык вырвался из груди, и этого момента хватило, чтобы Настя впилась ногтями ему в шею, у самого кадыка. Она вырвалась из захвата, взялась за ножку стола и подтянула себя. Волосы заскользили по лицу, пытались скрыть мир, но звуки не врали: агрессивное дыхание чуть удалилось и возвысилось — Рома поднимался.
Настя рванула вверх и побежала к выходу. Сильные руки вцепились в неё и прижали к стене, не дав шанса вырваться наружу. Рома тяжело дышал и не позволял это сделать Насте, вновь сомкнув пальцы на шее. Стены вокруг шептались, говорили об убийстве, и им так хотелось довериться! Так сладок был их зов, их общий глас! Он перекрывал тяжёлое дыхание Насти, которое становилось всё тише и тише. Её веки опускались,
скрывали голубые огни, но полностью не закрывались. Слабые стоны вырывались из открытого рта, ногти царапали кожу, кровь текла по его лицу, и всё в этом мире сводилось лишь к одному — удушью грязной суки, которая не ценила то, что для неё делают.— Я не хочу тебя убивать. — Он душил её, давясь собственными слезами. — Но тебя следует проучить, мерзавка. Я посвятил тебе жизнь, делал всё, чтобы ты была счастлива, а ты называешь меня подонком! И плюешь мне в лицо!
— И я плюну ещё. — Настя врезала Роме между ног и глубоко вдохнула, когда в грудь волной ворвался воздух.
Она побежала по коридору и ускорилась, когда услышала за спиной шаги, перемешанные с криками. В темноте она наткнулась на дверь, нащупала пальцами замки и начала поворачивать их, но тут кто-то дёрнул её за волосы и оттащил от двери, после чего поволок в гостиную.
— Я не убил её. — Комнату освещал лишь свет выглядывающей луны. — Она всё сделала сама, я хотел только поговорить.
— Отпусти меня!
— Но я не желал её смерти, нет, не желал! У неё были эти документы, она хотела подставить меня! Я всё сделал правильно, так почему ты называешь меня ПОДОНКОМ?!
— Потому что ты избиваешь меня, урод! Отпусти мои волосы!
Он так и поступил, швырнув её на диван. Тело глухо ударилось об обшивку, волосы мотнуло из стороны в сторону, кровь брызнула на подушки дивана. Настя подогнула ноги и быстро перекатилась на другую сторону, ближе к кофейному столику. На нём стоял выключенный ноутбук, по которому ещё совсем недавно они с Ромой выбирали, на какой же фильм им пойти на выходных.
Решившись сразу, Настя схватила ноутбук и ударила им Рому по лицу, услышав хруст то ли костей, то ли каких-то частиц. Не обращая внимания на крик, она освободила руки и побежала к двери. Пальцы не слушались, замки получилось открыть только через несколько секунд, но их хватило, чтобы Рома успел догнать её и, взяв за плечи, развернуть к себе.
Настя посмотрела на его сочащееся кровью лицо и замерла, потому что безумие в этих карих глазах было неподдельным.
— Ты никуда отсюда не уйдёшь. Я люблю тебя.
— Посмотри на себя, Ром! В кого ты превратился?! Что с тобой стало?! Всё, чего ты касаешься, начинает рушиться! Ты как прокажённый, только хуже. Я не знаю, что на тебя так повлияло, но я знаю, что вижу сейчас перед собой монстра. Монстра, неспособного любить! Можешь убить меня, как ты это сделал с остальными, и продолжать говорить про любовь, но…ты так и останешься монстром. В погоне за властью и деньгами ты убил в себе всё хорошее.
— Нет, — в темноте его глаза ещё больше заблестели, отражая свет, исходящий из кухни. — Нет, нет, я не такой. Ты врёшь. Я всё делал ради нас.
— Это отговорка. Ты просто не хотел видеть другие пути решения ситуаций, — вот и всё. Но я этого терпеть не буду. Разберись в себе, Ром, но без меня. Ты слишком опасен.
— Я?
— Да, ты. А теперь отпусти меня и позволь уйти, если веришь, что внутри тебя ещё осталось что-то светлое. Я хочу жить. Прошу, дай мне прожить счастливую жизнь, но без тебя. Мне хочется иметь любимого мужчину, а не хищника с деньгами. Мужчину, который не изменяет.
Кровь, его собственная и сплёванная Настей, текла по лицу Ромы, пока сам он тяжело дышал и обдумывал услышанные слова. Внезапно его ладони отпустили плечи Насти и медленно опустились…как бы сдаваясь. Она немного постояла, в ожидании того, что будет дальше. Но ничего не происходило. Рома лишь пустыми глазами уставился в какую-то точку и молчал, выдыхая из груди обжигающий воздух.