Чтение онлайн

– Задирист ты, сын барона, как посмотрю, – благодушно ухмыльнулся он. – Ничему жизнь таких как ты не учит! Но скажу прямо, мне жаль, что помешал тебе схватиться с ан-Суа. Если бы знал, то отсрочил бы драку с тобой. Интересно узнать, чем бы у вас все кончилось!

– Мне тоже интересно, – ответил Виктор. – Знаешь, о чем думаю? Ты ведь лишил меня законной победы. То, что голову чуть не проломил, я еще могу понять. Но лишить победы… право же, Менел, это как-то нехорошо выглядит. Вот убил бы меня и дело с концом. Но ты же оставил в живых. И я теперь ни туда ни сюда. Ни на тот свет, ни на первое место как лучший фехтовальщик с мечом и щитом. Обидно!

Герой задумчиво потрогал закрытую створку

двери, отчего та зашаталась.

– Ты не лучший, сын барона. Я – лучший, – сообщил он. – И сказал уже, что нехорошо получилось с турниром… что теперь поделаешь? Хотя… знаешь, сын барона, ан-Суа ведь еще здесь…

– Что ты имеешь в виду, Менел? – Виктор понял, куда движется разговор, и это ему совсем не понравилось. Все-таки самочувствие не позволяло сразиться с 'черным' бароном достойно. – Турнир окончен. Все! Доблестные участники драпают перед королевской армией. Бегут хваленые чемпионы, бароны, их дети, графы, дважды графы или даже трижды…

– Пойдем со мной, ан-Орреант, – герой пропустил последние слова Виктора мимо ушей. – Я все устрою.

– Что устроишь, Менел? – встревожился Антипов.

– Будет тебе последний бой. Пошли!

Виктор хотел было возразить, но собеседник уже широко шагал вдоль серой стены. Молодой воин, поколебавшись, устремился следом. Когда кто-то что-то пытается устроить, то нужно дать ему шанс. Конечно, люди любят больше совершать благородные поступки, чем полезные и разумные, но все же иногда встречаются исключения.

Однако на этот раз никаких исключений не было. Менел остановился только на тренировочном поле, где, как обычно, находился ан-Суа и несколько дворян, пытающихся улучшить свое мастерство, сражаясь с 'черным' бароном. При виде героя тренировки тут же прекратились, а присутствующие все как один повернули головы и замерли в таком положении. Виктору показалось забавным, как разношерстная толпа, одетая в серые, темные, даже ярко желтые или красные накидки, а иногда даже просто в неприкрытые ничем кольчуги, реагирует столь одинаково.

– Ан-Суа, приятель, – герой обратился к барону подчеркнуто фамильярно, – сдается мне, что турнир-то рановато заканчивать. В нем не случилось самого главного!

– О чем ты, Менел? – человек в черных доспехах тоже не утруждал себя вежливостью, пытаясь соответствовать странной манере общения непобедимого воина.

– Я о щите и мече, ан-Суа, – охотно пояснил герой, подходя к барону почти вплотную. – Из-за королевских выкрутасов турнир получился скомканным. Но одно состязание все же почти состоялось. Почти! И тут моя вина…

Ан-Суа медленно снял черный шлем, закрывающий верхнюю часть лица, и посмотрел на Виктора.

– Приветствую, господин ан-Орреант! Рад, что вы опять в строю, – и, вновь обернувшись к герою, добавил. – Менел, ты хочешь переиграть финал? Я правильно понял?

– Что тут понимать, ан-Суа? Я же сказал – моя вина! Сразись с сыном барона.

Виктор поднял бы глаза к небу, если бы за ним не наблюдали. Меньше всего ему сейчас хотелось сражаться. Лучше – завтра или послезавтра, когда он придет в форму. Но, похоже, его состояние тут никого не интересует. Люди часто бывают настолько упоены своими 'добрыми' поступками, что забывают спросить, нужны ли они кому-то, кроме их. Но отказаться-то нельзя! Если воину предлагают сражаться, то он должен сражаться, а не вступать в дискуссии. Тут даже бытовала оригинальная точка зрения, что обычные люди могут вести умные споры, и это никак не мешает им совершать после глупые поступки. А вот хорошо тренированный воин способен только на правильные действия. Ему не нужно дискутировать.

– Менел, я могу сразиться с ан-Орреантом просто так, интереса ради, – ответил ан-Суа. – Но зачем мне ставить под сомнение свою победу? Турнир получился скомканным,

да. Но одно состязание было нормальным. Победил в нем я.

Антипов понял, что имеет в виду 'черный' барон. Каждая победа идет в личный зачет рыцаря. Сейчас одно-единственное сражение символизировало весь турнир. И сражение выиграл именно ан-Суа.

– Приятель, я же говорю, что здесь моя вина, – повторил Менел, постучав себя рукой в грудь. – Я ненавижу, когда из-за меня портится бой или драка. Свои сражения выигрываю сам, но не мешаю и другим побеждать в том, что меня не касается. Это мой принцип! Поэтому с тобой договоримся так: я ставлю на победу те кольчужные перчатки с прочными пластинами, которые тебе понравились вчера. Кто выигрывает, тот их получает. Ты или сын барона.

Ан-Суа на секунду задумался. Мыслительный процесс отражался на его лице: нужно ли рискнуть почетной победой ради шанса получить перчатки? Конечно, материальная сторона вопроса победила.

– Я согласен! – прозвучал ответ.

– Тогда можно начинать, – снова улыбнулся Менел.

– Но я не согласен, – раздался голос позади героя.

Все тут же уставились на ан-Орреанта.

– В чем дело, сын барона? – осведомился Менел. – Ты разве не понял, что я предложил? Это ведь хорошо для тебя! Ты можешь все переиграть!

Виктору никогда не нравилось, если его принимали за большего глупца, чем он хотел показаться. Причем, с течением времени это ухудшалось. Когда Антипов сильно валял дурака в детстве, то окружающие считали, что он – маленький глупец, но теперь, когда он вырос, стоило ему хоть чуть-чуть притвориться непонимающим, как все дружно думали, что он – большой глупец. С возрастом растет не только сам человек, но и мнение людей о нем.

– Послушай, Менен, мне все ясно, – ответил Виктор. – Ан-Суа желает получить перчатки, а тебе по какой-то причине хочется навести порядок… как ты его понимаешь. Я бы никогда не подумал, что герои так щепетильны в отношении боев, но, с другой стороны, вам же надо быть хоть в чем-то щепетильными? Но мне перчатки не нужны, Менел. Если ан-Суа хочет быть победителем в несостоявшемся турнире, то пусть будет. Мне другое нужно.

Воцарилось молчание. Все смотрели на Виктора и было ясно, что каждый думает об одном и том же. Ветер раскачивал плюмажи на шлемах в такт неторопливым воинским мыслям. Забавная картина единодушия существовала ровно до ответа Менела:

– Что же тебе нужно, сын барона?

– Если для тебя так важно переиграть турнир, то просто вручи перчатки ан-Суа при любом исходе. А мне дай несколько уроков после, – это было единственное, что пришло в голову Виктора, чтобы избежать позора. Он чувствовал себя не очень хорошо для того, чтобы сразиться с 'черным' бароном. Даже проигрыши бывают разными. Многих из них стыдишься, но иногда можно и гордиться своим поражением. Сейчас Антипову гордиться было бы нечем.

– Я так и знал, что тебе палец в рот не клади, сын барона, – ухмыльнулся герой. – Еще два дня назад понял! Хорошо же… пусть ан-Суа забирает перчатки, а тебе дам один урок. Все согласны?

– Да! – громко объявил барон.

Виктор уныло кивнул. Похоже, что рьяный молодчик в жилете припер его к стене. Не торговаться же из-за количества уроков?

– Мне нужно разогреться, – пробормотал Антипов.

– Сколько угодно, – галантно ответил ан-Суа. – Я подожду.

Добрая душа в виде брата Ипика предложила Ролту щит, который он повесил на руку, потом подобрал один из тренировочных мечей и начал разминаться. Его бы Виктор смотрел по сторонам, то заметил бы как 'черный' барон вытянул шею, а Менел удивленно приподнял одну бровь. Но Антипов не обращал внимания ни на что, кроме своих движений, пытаясь сконцентрироваться, чтобы хотя бы проиграть более-менее достойно.