Аномалия 2
Шрифт:
– Даа!
– С маленькими кармашками?
– Дааа!- с ласковым придыханием говорил он.
Мы оба упивались нашим разговором.
– С таким интересным содержимым?
– Дааа!
– Никогда не видел!
Укоризненно покачав головой, он убрал одну руку под скатерть и хорошо слышно щелкнул курком.
– Ну что же вы так? Только разговор начал складываться, и вы принуждаете меня придти к крайним мерам.
– Знаете Владимир Михайлович, самое сложное было не вытащить капсули из вашего допотопного оружия, а видеть снова Михаила Михайловича.
Я с удовольствием посмотрел на вытянувшееся лицо собеседника. Незаметно вынул руку, он посмотрел
– Ну так как? Я понимаю что с ВАШИМИ возможностями можно сделать много, но у моего человека в отличии от моего оружия, пистолет заряжен.
– У нас тоже,- с милой улыбкой сказал Аля, и стволом пистолета приподняла скатерть так, чтобы показался вороненый ТТ. Внезапно наш собеседник рассмеялся и показал руки, мол все сдаюсь.
– Ваши условия? Вы должны понимать что мы от вас не отстанем, и куда вы направляетесь знаем.
– И вы тоже должны понимать что просто так мы вам ничего не вернем, я обещал жене купить .. купить,- и растерянно посмотрел на девушку, мне ничего не приходило в голову.
– Ну за тут сумму что у меня в бумажнике, который вы мне кстати не вернули, достаточно чтобы отблагодарить за ту вещь что потерял наш человек.
– Да сумма солидная. Хорошо, согласен. Давайте пройдем к нам в каюту и совершим эту не равноценную сделку.
При слове неравноценная делец ощутимо дернулся, но молча встал и с приятной улыбкой поклонившись громко сказал:
– Приятно иметь дело с образованным джентльменом,- потом этот гад поцеловал ручку Али и с достоинством поклонившись в сопровождении своих людей вышел из ресторана.
– Криминал?- спросила Аля, немного наклонившись ко мне.
– Не похоже, но связи имеет, это точно.
– Кто он?
– Вот его паспорт, на посмотри.
Пока Аля изучала документы парня, я расплатился за обед и встав элегантно подал "супруге" руку, помогая встать, направился с ней к каюте.
Около нее стояли со скучающем видом, наши новые "знакомые". Постучав определенным кодом, у нас их было три. Свои, свои с гостями, и свои с врагами. Я постучал третьим кодом. Поэтому как только вошел ушел вместе с Алей в сторону не мешая работать Андрею.
– Андрей спокойно. Мы договорились, так что поспокойней, пинать не надо,- поторопился сказать я, когда Андрей навис над тремя разлегшимися на полу гостями.
– Ну что же вы Владимир Михайлович, пол холодный, заболеете. Вставайте, уже можно. А вот остальным я разрешения не давал,- сказал я, заметив что остальные тоже пытаются встать. Профессор заинтересовавшись шумом выглянул из каюты, и с интересом уставился на ноги лежащих парней, но заметив мой жест быстро скрылся.
– Однако вы опять смогли меня удивить - сказал делец, по моему приглашению садясь в плетенное кресло.
– Бывает. Вот кстати ваши вещи. Бумажник я все-таки оставлю, там такой красивый орнамент.
Забрав все вещи, делец вопросительно приподнял бровь.
– Ах, да. Андрей можно вернуть тот сверток со стеклом,- сказал я.
Получив требуемое, и убедившись что все на месте, гости удалились. На пороге делец обернулся и сказал:
– Хорошо, что мы решили все полюбовно. Все-таки разговоры бывают разные.
– Да точно, я до сих пор еще не решил, правильно ли поступил. Может было лучше отправить вас на корм рыбам?- слегка отрешенно с холодком спросил я.
Еще раз окинув меня каким-то странным
взглядом делец молча кивнул и удалился.Сошли они на следующей остановке судна, в каком-то городке, под внимательным взглядом Андрея. Следующим был Гданьск, где мы должны были пересесть на судно петербургской линии.
До Питера мы доплыли вполне нормально. Я даже сказал бы превосходно. По крайней мере я, точно. Мы просто отдыхали, получая удовольствие от самого путешествия. Многие часы проводили на палубе, где было странно мало народа - наверное, из-за сильного ветра, который жестоко трепал одежду и вырывал из рук вещи. Но нам нравилось, даже Але, принужденной здесь держаться за мою руку, а иногда и с силой повисать на моем плече, чтобы не улететь в море в раздувающемся платье и с раскрытым зонтиком, в то время как ветер бешено рвал ее накидку и шляпку. Однако для нее все это было гораздо легче, чем часами сидеть в салоне, в женском обществе, за обсуждением модных новинок и всяких прочих вещей, и делать при этом титанические усилия, чтобы не проколоться. И уж конечно, это было приятно мне - видеть нашу непобедимую амазонку слабой, и нуждающейся в моей поддержке.
– Кронштадт,- облокотившись о перила, сказал Андрей, глядя на видневшиеся вдали громаду острова.
Но я рассматривал не базу флота, а большой парусный корабль, который в облаках парусов весь увешанный флагами шел нам на встречу. Наше судно было новой постройки и имело паровую машину, что позволило хоть и с трудом, идти против ветра, в отличии от красавца корабля который прошел в километре от нас.
– Тридцатипушечный фрегат,- сказал Карл Фридрихович, тоже с интересом разглядывая военное судно.
– Красавец. Вот только не понимаю, в книгах описываются белоснежные паруса. А где здесь? Желтые, какие-то не опрятно грязные?- слегка озадаченно спросил я у профессора. Андрей, оторвавшись от созерцания Кронштадта, повернулся к нам и тоже прислушался к разговору.
– Ну, это зависит от сроков использования. Новые, они конечно белые. Кстати заметьте у фрегата на второй мачте средний парус светлее. Это означает, его недавно меняли,- ответил профессор.
Ветер снова с яростью набросился на нас, и конечно же, больше всех досталось Але. Я обхватил девушку за плечи - здесь это было можно, так как все ее пышное платье летело за ее спиной, плотно облепив ноги, и мы могли стоять совсем рядом друг с другом, пытаясь спрятаться от ветра за ее наклоненным зонтиком, он весь гнулся, хлопал, и порывался улететь. Мы целовались, широкие поля ее шляпки нам мешали. Вдруг Аля вскрикнула:
– Моя шляпа! Ты мне ленты распустил! Лови ее скорее!- и поспешно набросила капюшон плаща, чтобы не трепало волосы.
И была погоня за шляпкой, улетавшей, по счастью, по палубе, а не за борт. И вручение пойманного приза нашей прекрасной даме, и ее милая улыбка, мне в награду. И процесс надевания шляпки, совсем не простой на таком ветру - в непрерывном Алином сражении с развевающимися юбками, накидкой, прической. Зонтик она сложила, чтобы было легче - но все равно, безнадежно проигрывала, ветер не оставлял ее в покое ни на миг, девушку просто раздевало, вздувая платье до головы, куда там какой-то Мерилин, вы представьте эту же сцену в кринолинах, и добавьте парус накидки, получите слабое представление, что творил ветер на палубе с бедной Алей! И в завершение, неистовый порыв, штормовой силы, буквально бросил девушку в мои объятия - при этом сорвав с нее шляпку, надетую с таким трудом, и растерзав прическу в один миг. Поймать не удалось - в этот раз шляпу закружило высоко в воздухе, и швырнуло далеко в волны, как ненужный мусор.